Взяла в руки метлу и принялась сгребать мусор в кучки. Потом с помощью лопатки засыпала это всё в один большой мешок. Отец в таких мешках закупал картофель на рынке, и у него осталась парочка опустевших.
После того как я сгребла все куски штукатурки, моему взгляду предстал паркет, покрытый слоем белой пыли. Настала очередь ведра и швабры. Я меняла воду пять раз, чтобы избавиться от белёсых разводов, которые никак не желали расставаться с полом. Протёрла все деревянные поверхности – журнальный столик, перила лестницы, ступеньки, которым тоже досталось и которые пришлось протереть.
Наконец, гостиная приобрела более-менее приличный вид. Конечно, ещё был диван и парочка кресел, который придётся вытащить на улицу и как следует выбить, но не сегодня. Уборка и так заняла больше двух часов, а впереди меня ещё ждала работа.
Кряхтя и потирая поясницу, я взяла холщовый мешок с подковами и поплелась в мастерскую отца. Это была маленькая комната под лестницей, переоборудованная из кладовки.
Откидной стол, встроенный в стену, деревянный стул, стеллаж и ящик для инструментов. Максимально просто. Я включила освещение, которое состояло из трёх лампочек, свисающих с потолка, села и открыла ящик с инструментами.
Взяла штихель и принялась наносить узор магического плетения на первую подкову.
Четыре часа и четыре плетения спустя, у меня ломило спину и болели глаза, а ещё предстояло совершить магическую подпитку.
Я вынула из кармана листочек с заклинанием, где карандашом пометила себе интонацию, положила правую ладонь на подкову и принялась читать.
Чтение текста с паузами в нужных местах и разнообразными интонационными выделениями заняло у меня почти полчаса.
Кошмарно долго! Обычно заклинания читаются не дольше десяти минут.
С другой стороны, наложение магического плетения на дипломную работу в академии заняло у меня три часа. С перерывами, конечно. Так что мне не привыкать. Только после дипломной работы я спала сутки, и неделю не могла колдовать. Сейчас же мне придётся повторить заклинание ещё три раза, и так несколько дней подряд, пока я не выполню все заказы.
На второй этаж я поднялась с трудом. Уборка гостиной, плюс шесть часов за столом – спина просто отваливалась, в глаза словно песка насыпали, в горле ощущалось напряжение. До комнаты добралась просто чудом.
Дневник-артефакт мигал красным, но сил на общение не было. Я просто упала на кровать и тут же уснула.
Глава 12.2
Артан ри Кан
Вернувшись домой, ри Кан ощутил желание выпить чего-нибудь покрепче. Велел слугам разогреть ужин и подать его в кабинет, куда сразу и направился, чтобы открыть шкаф с элитными напитками и наполнить пузатый бокал янтарной жидкостью.
С ним творилось что-то странное. В нём снова проснулось непреодолимое стремление защитить женщину. Он допускал, что однажды встретит ту, с которой захочет разделить не только постель, но и жизнь. И как любил говаривать отец: желание защитить – верный признак того, что встретил ту самую.
Только что делать, если их сразу две?
И они такие разные!
Незнакомка по переписке казалась ему нежной фиалкой, которая мужественно преодолевает невзгоды в одиночку.
Эммален Роузли произвела на него впечатление взбалмошной, неорганизованной, но целеустремлённой дамы, которая тоже оказалась в сложном жизненном положении и отважно справлялась с ним.
Роузли немного раздражала чрезмерной гордостью, а незнакомка… была незнакомкой без имени и без лица, хотя нежность и рассудительность её писем его привлекала.
Всё же спросить имя? Предложить встретиться? Просто разузнать кто она и помочь анонимно – какая бы беда у неё ни приключилась.
Артан съел ужин и половину бутылки, которую ему презентовал сам Верховный инквизитор, прежде чем всё-таки решился.
Раскрыл артефакт-дневник и написал:
«Дорогой друг! Поверьте, я очень долго размышлял над тем, что собираюсь написать, и, надеюсь, вы простите меня за это. Давайте снимем маски! Скажите мне, кто вы, как вас зовут и где живёте? Вы не раскрывали подробностей, но я чувствую, что сейчас вам требуется друг. Настоящий друг, а не простой товарищ по переписке. Я живу в столице республики Крондт и если по счастливому стечению обстоятельств вы тоже, то я готов встретиться с вами в ближайшую субботу в Центральном парке. В любое удобное для вас время».
В ожидании ответа Артан прикончил содержимое бутылки и заснул прямо на софе в кабинете. Она так и не ответила.
* * *
Утро выдалось недобрым. Во-первых, из кабинета исчезла посуда с остатками вчерашнего ужина, как и пустая бутылка. Значит, слуги всё убрали и знают, что хозяин налакался как последний плотник (Артан усмехнулся возникшей в голове аналогии) и заснул прямо в кабинете.
Во-вторых, голова нещадно трещала, напоминая о вчерашнем фиаско. Что с ним такое? Почему понадобилась целая бутылка, чтобы набраться храбрости и написать девушке?
Незнакомка явно ему небезразлична.
Артан глянул на дневник и чертыхнулся.
Она всё ещё не ответила. У неё действительно какие-то проблемы. Настолько серьёзные, что девушка совершенно забросила занятие, которое увлекало её целых шесть месяцев. А он, идиот, сомневался помогать ей или нет.
Решено! Если сегодня к вечеру она не ответит, завтра с утра он запустит процесс поиска, изучит личные дела всех выпускниц академий магии в стране и выяснит, у кого и что случилось за последний месяц.
Часы в кабинете пробили девять утра.
Чёрт!
Артан глянул на руку, чтобы сверить время и чертыхнулся ещё раз.
Кажется, вчера он забыл часы в подвале Роузли.
Инквизитор всегда снимал их перед работой и последний раз, когда он их видел – они лежали на небольшом выступе в стене.
Полчаса спустя, когда ри Кан привёл себя в порядок и уже собирался уходить, по дому прокатился мелодичный перезвон. Схватив сумку с инструментами и одеждой плотника, которую он надевал в кэбе по дороге в дом Роузли, быстро спустился вниз.
Пока мажордом Ганс чинно приближался к входной двери, Артан успел застегнуть сюртук на все пуговицы и даже надеть цилиндр. Ни один гость не станет задерживать хозяина дома, если он уже надел головной убор и, очевидно, собирается куда-то уходить.
Дверь открылась, мажордом поклонился:
– Доброе утро, леди ри Кан.
М-да, ни один гость не станет задерживать хозяина, если только этот гость – не ваша матушка.
– Мама, чем обязан?
Леди ри Кан вплыла в холл, отдала зонтик Гансу, сняла перчатки и только после этого соизволила ответить:
– Доброе утро, Ганс. Доброе утро, Артан. Ты совсем забыл о манерах в этом своём Конклаве?
– Доброе утро, – покорно согласился инквизитор. – Прости, я очень рад тебя видеть, но сегодня будний день и я спешу на службу.
– Я ненадолго, – леди ри Кан посмотрелась в зеркало и поправила причёску. В волосах матери не было и намёка на седину – одно из преимуществ светлых волос. Да и в целом Раисса ри Кан едва ли выглядела на свой возраст.
– Это приватный разговор, – сказала она как бы в воздух, не обращаясь ни к кому конкретному, но Ганс понял намёк. Легонько поклонился и оставил мать и сына наедине.
– Слушаю.
– Ты помнишь об обещании, которое дал мне пять лет назад, когда начал службу в Конклаве?
– Помню, – обречённо вздохнул Артан. Он обещал матери хотя бы раз в полгода ходить на свидания с женщинами их круга. Аристократками, которых одобрила леди ри Кан.
– И почему же ты его не выполняешь?
– Я думал, что шесть месяцев отношений с Элизой освободят меня от этой обязанности хотя бы на год.
– Шесть месяцев отношений, и ты так и не сделал бедняжке предложение. Какой позор! – воскликнула леди. – Я думала, что умру со стыда, посещая светские мероприятия.
– К счастью, эта участь вас миновала, матушка, – любезно ответил Артан.
– Не ёрничай! Так вот, прошло шесть месяцев, и ты должен снова отправиться на свидание.
– Я всё-таки предпочёл бы отдохнуть от этой обязанности ещё полгода.
– Артан ри Кан, дом Раннэн!
Полное имя с упоминанием одной из ветвей королевского рода, к которой они принадлежали. Дело плохо, мать, похоже, в ярости.
– До меня и моих подруг доходят слухи о твоих интрижках с женщинами ниже тебя по происхождению. Прекрати меня позорить!
Интрижки – это сильно сказано. Скорее случайные связи для удовлетворения мужских потребностей. Серьёзных отношений заводить больше не хотелось.
– Ты знаешь, что мужчинам прощается многое, но ты обязан показываться людям с девушками твоего круга! Ты обязан хотя бы демонстрировать намерение жениться.
– Хорошо.
С матерью всегда проще согласиться, чем объяснить, почему нет. К тому же она не переходила границы и не навязывала отношения с неприятными ему дамами. Требовалось только ходить на свидания время от времени, чтобы мать могла с гордостью рассказывать подругам, что её сын очень хочет завести семью, но служба в Конклаве не оставляет времени для этого.
– На кого пал выбор в этот раз?
– Я тут встретила твоего товарища – Кевана. Он сказал, что к его невесте приехала кузина. Анаис д’Игрэйн.
– Хорошо.
– Два свидания!
– Мама!
– Одно свидание – знакомство. Сходите в ресторан вместе с Кеваном и его невестой. Потом пригласишь девушку прогуляться в парке.
– Договорились, но я, как обычно, не обещаю, что последует продолжение отношений.
– Конечно, – покладисто согласилась леди ри Кан. – Но я верю, что однажды ты выберешь подходящую девушку и подаришь мне внуков.
Инквизитор распрощался с матерью, сетуя на то, что не мог ни в чём ей отказать. Когда погиб лорд ри Кан, мать замкнулась и превратилась в тень. Ничто её не радовало, и Артан начинал всерьёз беспокоиться, но постепенно леди пришла в себя. Раисса ри Кан обрела новый интерес к жизни именно тогда, когда Артан имел несчастье сходить на свидание с одной аристократкой. Слухи дошли до матери, и она ожила. Отношения с той дамой не сложились и тогда-то мать и попросила его не забывать об обязанности наследника древнего рода. Как он мог отказать? Тогда не прошло ещё и года со смерти отца.