Сундук вытащили из кареты, поставили на неподвижную поверхность и, наконец-то крышка открылась.
В глаза сразу брызнул яркий свет, а в лёгкие начал поступать свежий воздух. Отверстия в сундуке, конечно, не позволили задохнуться, но пылью я надышалась знатно.
Господин Ворст подхватил меня под мышки, вытащил из сундука и усадил на стул. Не веря своим глазам, уставилась на второго похитителя.
– Рад снова тебя видеть, Эмма, – усмехнулся дядя Дуг.
* * *
Он сделал знак Ворсту и тот схватил меня за подбородок, больно нажал пальцами на челюсть так, что мои губы раскрылись сами собой, и влил какую-то горькую жидкость.
Дар речи вернулся почти сразу же. Правда, шевелить руками и ногами я по-прежнему не могла, поэтому сидела на стуле неподвижно как статуя, хотя никто так и не озаботился тем, чтобы связать меня.
– Отец считал вас чуть ли не родным братом, – мрачно заметила я, разглядывая человека, которого знала всю жизнь, но так, по сути, не знала совсем.
– К его сожалению, у меня уже был брат, – господин Ларнак кивнул на Ворста.
– У вас же разные фамилии, – на автомате отметила я.
– И разные отцы, – хмыкнул Дуг. – Хотя и фамилия Ворст ненастоящая.
– Что вам от меня нужно?
Я старалась сохранять спокойствие изо всех сил. Повторяла себе, что Конклав наверняка где-то неподалёку. Артану уже доложили о происходящем и вообще скоро все эти странности закончатся.
Но внутри всё равно росла тревога. Почему Конклав не вмешался раньше? Чего дожидаются?
– Уже ничего, – ухмыльнулся Ворст и сел рядом с братом, вытянув ноги. – Давай, Дуг, отведи душу, выскажи девчонке всё что хотел, и будем кончать с этим делом.
– В каком смысле кончать с этим делом? – хрипло произнесла я и закашлялась. Голос от длительного молчания слушался плохо.
– Уже ничего, милая Эмма.
Господин Ларнак поднялся со стула, подошёл ко мне и погладил шершавыми пальцами по щеке.
– Я не желал тебе зла, я хотел выкупить у тебя дом с самого начала. Намеревался дать такую сумму, чтобы ты спокойно отучилась в магистратуре. Ради памяти твоей матери. Но ты оказалась слишком упрямой и целеустремлённой. Прямо как твой отец. Видишь цель – не видишь препятствий. Именно так он когда-то и отбил у меня Эмили.
– Вы с мамой встречались, – произнесла я утвердительно.
– Значит, она всё-таки тебе рассказала? – спросил Дуг и мечтательно улыбнулся.
– Нет, – я покачала головой. – Недавно я нашла ваше совместное фото, и догадалась сама.
Улыбка сползла с лица господина Ларнака.
– Всё это уже неважно.
– Давно вы узнали, что в подвале нашего дома магический источник?
Я вовсе не желала вести беседы с убийцей своего отца, но не видела другого выхода, кроме как тянуть время.
– Год назад, – снова улыбнулся Дуг. – Как-то раз я закупил большую партию старинных магических книг, и среди них оказался дневник одного старика, в котором он описывал, как нашёл магический источник на пустыре рядом со столицей. Он уже не надеялся вернуться и поэтому указал координаты для того, кто обнаружит его записи. Какова же была моя радость, когда оказалось, что источник находится в доме моего заклятого врага. Я получил шанс не только отомстить за утраченную любовь, но и сказочно разбогатеть.
– Ты ей всю свою жизнь будешь рассказывать? – Ворст сцедил зевок в кулак.
– Давай закругляться.
– Ты прав, – кивнул Ларнак. – Подробности моей задумки тебе знать необязательно. В общем, я хотел поступить благородно, но ты не оставила мне выбора, Эмма. Придётся тебя убить.
Стало страшно. Особенно пугала предвкушающая ухмылка на лице господина Ворста. Казалось, что Дугу действительно грустно, а вот его брат явно наслаждался моментом.
– Что вы со мной сделаете? – Я старалась, чтобы мой голос не дрожал, но по щеке уже сбежала первая слеза. К сожалению, преступники увидят мои слёзы, как бы ни хотелось сохранить лицо даже в такой ситуации.
– Ты заснёшь, и мы сбросим тебя в реку, – сообщил Ворст и улыбнулся ещё шире. – Я бы не стал усыплять, чтобы ты бодрствовала, пока будешь захлёбываться, но брат хочет проявить добросердечие.
– Всё ради памяти её матери, – произнёс Ларнак и погладил меня по голове рукой. – Ты так на неё похожа, и ты могла быть моей дочерью, но увы…
С этими словами он раскрыл ладонь и дунул мне в лицо. В этот раз пыльца была ядовито-розовой. От неё я не кашляла, но веки сразу потяжелели, в глаза словно насыпали песка. Я засыпала. Сначала закрылись глаза, а затем отключилось моё сознание. Последним, что я услышала, было:
– Хватай её девчонку за ноги, я не собираюсь тащить её в одиночку.
Следом раздался громкий хлопок, крики и топот, но я уже не разбирала, что происходит. Я погрузилась во тьму.
Очнулась я на больничной койке. Понятия не имею, сколько прошло времени. Окон в помещении не имелось от слова совсем.
При этом вокруг всё было выкрашено такой серой безликой краской, а в глаза светили столь слепящие белые лампы, что у меня сразу закралось нехорошее предчувствие о том, что больница вряд ли обычная.
Мои подозрения подтвердились, когда я попыталась пошевелить руками, и услышала позвякивание наручников.
Что ещё за чёрт?!
Мои запястья оказались прикованы к перилам больничной койки.
Нет, меня пытались убить, но наручники почему-то на мне же! Как так-то? Долго мучиться подозрениями мне не пришлось.
Вскоре в палату вошёл мужчина в форме инквизитора. Совершенно незнакомый мужчина в форме инквизитора!
– Доктор сказал, что вы в полном порядке, госпожа Роузли, и как только очнётесь – будете готовы к допросу.
С этими словами он принялся освобождать мои руки, но только затем, чтобы тут же заключить меня в новые, сведя запястья у меня за спиной.
– К какому ещё допросу? – вяло поинтересовалась я.
Не знаю, что у них тут за доктор, но мой организм совершенно не был согласен с тем, что я «в полном порядке». Безумно хотелось пить. И спать. Можно ещё и покушать. Ну, хотя бы дали воды.
– Эммален Роузли, – сухо произнёс инквизитор. – Именем Конклава вы арестованы!
Глава 27.1
Меня вели по безликому серому коридору, у которого, казалось, не было конца и края. Потом мы долго поднимались по лестнице, пока не оказались в огромном холле, где повсюду сновали люди в форме. Серый, мраморный пол украшал символ конклава. Глаз и меч на фоне солнечных лучей.
Я жадно принялась обшаривать помещение взглядом в надежде увидеть Артана. Мужчин в инквизиторской форме было достаточно, но главного человека я так и не увидела. Физическое недомогание уступило место тревоге. Может, Артан ждёт меня в том месте, куда меня ведут? Если же нет… то дела мои плохи.
Тем временем меня подвели к лестнице с резными деревянными перилами. В этот раз поднимались недолго.
Инквизитор постучал, дождался разрешения войти и толкнул тяжёлые деревянные двери.
Кабинет, в котором мы оказались, разительно отличался от серой больничной палаты, в которой я очнулась. Здесь всё дышало роскошью.
Огромный стол из красного дерева, тяжёлые кресла с шёлковой обивкой, стеллажи до потолка, заставленные книгами с золотым тиснением.
За столом сидел мужчина средних лет. Чёрная мантия с символом Конклава на груди. Аккуратно подстриженная тёмная борода на волевом лице, тяжёлый взгляд. Легко догадаться, что передо мной глава Конклава – Верховный инквизитор собственной персоной.
Предположение быстро подтвердилось, когда мой тюремщик сказал:
– Ваше Верховенство, Эммален Роузли доставлена для допроса.
– Спасибо, Норт. Иди, хочу побеседовать с дамой наедине.
Инквизитор вышел, а я осталась один на один с главой Конклава.
– Присаживайтесь, госпожа Роузли, – кивнул мужчина и зашелестел какими-то бумагами.
Я неловко примостилась на краешке шикарного кресла. Сесть удобнее мне не позволили наручники на руках, сведённых за спиной.
– Итак, как давно вы знаете о том, что ваш дом стоит на магическом источнике?
Я обвела взглядом кабинет, но не увидела артефакта истины. Правда, это совсем не означает, что его тут нет…
– Около недели.
– И за это время не подумали сообщить об этом Конклаву?
Верховный инквизитор посмотрел на меня. Острый взгляд воткнулся сотней ледяных иголок. Я сглотнула. Такое ощущение, что на моей шее затягивается петля.
– Но ведь в моём доме шло тайное расследование Конклава. Я решила, раз инквизитор уже на месте, значит, он и сообщит об источнике куда следует.
– Это верно…
Его Верховенство побарабанил пальцами по столу.
– Но ведь вы не сообщили ри Кану, что догадались о наличии источника. При этом бессовестно пользовались им, создавали артефакты, продавали.
– Ну так источник то в моём доме! Я думала, что имею права им пользоваться! – возмутилась я. Всего я могла ожидать от этого ареста, но только не того, что мне предъявят за источник! И где носит Артана, когда он так нужен?
– Нет, не имеете, – покачал головой мужчина. – Согласно закону от две тысяч трёхсотого года, республика Крондт приостановила передачу земли в частные руки. Так что дом принадлежит вам, а вот земля – республике. Также в статье сто двадцать уточняется, что при обнаружении магического источника недвижимость, размещённая на территории, подлежит отчуждению в пользу республики.
Я лишилась дара речи. Воображаемая удавка сдавила мою шею тисками. Я открыла рот, попыталась вздохнуть, но сухой воздух кабинета меня не спас, и я закашлялась.
– Как «подлежит отчуждению»?
– Обыкновенно, – спокойно ответил Верховный. – Странно, что вы не знаете. В академии артефакторики, выпускницей которого вы являетесь, совершенно точно есть курс по юридическим аспектам магии. Вряд ли преподаватели упустили такой важный момент.
За юридические аспекты магии зачёт мне поставили автоматом. Потому что я написала объёмный доклад о патентном праве на изобретения. Так делали многие преподаватели теоретических дисциплин. Всё-таки для артефактора главное – это практика.