Инга сама однажды так попалась. В приюте одна из старших девочек, Лариса, начала рассказывать всем, что знает, как стать магом. Ссылалась на свою тетю, которая вроде как всему научилась сама. Рассказывала, как правильно дышать, как проваливаться в состояние между сном и явью, придушивая себя или друг друга. Как пройти дальше и получить магию. Настоящую, полноценную…
Инга польстилась. Кто не хотел бы уметь все и сразу?
Очнулась она только после того, как чуть не задохнулась. Начала выяснять и поняла, что тетя Ларисы из старого рода, и сама отправила в приют племянницу, рожденную матерью не от мужа.
– Ты хотел стать исключительным. Тем, у кого получится. И получилось ведь, – продолжила Инга, косясь на Павла. Тот смотрел спокойным, но тяжелым взглядом на Ярослава. Видимо, чтобы тот не расслаблялся... Эмпат решила напирать дальше: – вот только выяснилось, что выкладывать неприличные картинки на чужих страницах и взламывать мелкие сайты – вовсе не то же самое, что нарушить закон по-крупному, не так ли? А ты уже почувствовал силу и не собирался ждать пять лет. Не хотел получать образование, книжки читать, чертежи делать. Нет, ты хотел все и сразу. И твоя семья от тебя не отвернулась. Твой отец дал взятки – и тебя оставили дома. Тебе позволили ездить на выставку и сидеть там одному. Твоя семья тебя кормила, поила, одевала и обувала, и не контролировала, что ты там в интернете ищешь.
– Еще бы они что-то контролировали, – буркнул Ярослав, – я сам себе купил планшет. И вообще – они меня заставили работать! Сидеть и пялиться на трансляции с камер этого выставочного зала, куда три с половиной калеки в день заходят!
Инга попыталась не расхохотаться. Да, инвалид, да, не ходит…
Но она бы променяла работу горничной по двенадцать-шестнадцать часов с тряпкой в руках на столько же часов разглядывания мониторов в комнате с кондиционером.
– Да плевать, – мрачно продолжила она, – у тебя была работа и куча свободы, потому что твои родители рисковали многим. Но тебе хотелось большего. Ты начал подрабатывать в такси, но все не то… И вот тот, кто дал тебе «звезду», вновь объявился на горизонте. Раньше он рассказывал, как несправедливо, что у тебя нет магии, а теперь – что мерзкие маги и правительство закрыло тебе все дороги, но у него есть одно средство. Одна простая работка. Просто отправить такси по нужному адресу, и все. К девушке опаздывал?
– Хотел друга удивить, – буркнул Ярослав. – Показать ему одно место.
– И тебя ничего не смутило, – с сожалением констатировал Павел.
Ярослав бросил на него взгляд, равно наполненный яростью и сожалением.
– Мне нужны были деньги, ясно? Вам не понять, каково это – с трудом в сортир ходить, и то еще не в каждый. Каково жить в доме с кучей людей, которым плевать на то, что ты хочешь, которые могут вломиться к тебе, перекрыть выход – и от них не уйти. Каково иметь младших братьев, бесконечно бегающих повсюду. Бегающих, топающих своими ногами! Каково видеть мать, стыдливо отводящую глаза. Я хотел съехать, как только закончится этот «домашний арест». Хотел иметь возможность хоть по интернету покупать себе нормальную одежду, заказывать еду. Жить я хотел, ясно?!
– И оплатил жизнь чужой смертью, – с горечью заметила Инга.
– Я не знал, ясно? – Ярослав явно понял, что скрывать что-то бесполезно, и теперь пытался оправдаться. – Ноль просто просил меня помочь и деньги кидал на карту.
– Ноль? – заинтересовался Павел.
– Это ник. Я не знаю кто он, ясно? Мы давно познакомились в сети. Обсуждали одну рок-группу, потом концерты, протесты… В общем, он – нормальный парень. Много пережил и сочувствовал моей истории. Я как-то пожаловался, что вообще никаких перспектив – программирование и дизайн всякий мне плохо даются, а чем еще в сети зарабатывать? Вести блог о том, как дерьмово инвалиду, или писать кривые тексты, которыми забиты все сайты, за копейки? Ноль рассказал, что знает способ, как… ну… как получить магию. Работающий. И все завертелось.
– Ты п-поверил анониму из интернета? – в голосе Павла слышалось почти нескрываемое удивление, – а если б-бы он рассказал, что магия б-берется из мышьяка, то искал б-бы отраву?
Ярослав насупился.
– Я – не идиот. И проверял через «Слово» все, что Ноль предлагал. Вбивал в поиск – и листал ссылки. Ничего опасного. Да и чем себя занять, когда из комнаты просто так не выйдешь? И один раз… Получилось. Такой странный сон, после которого я смог, просто подумав, поменять время на часах. Это прошло, но…
– Но остановиться б-было уже невозможно, – хмыкнул маг, – и ты п-продолжил. П-поверил своему анонимному собеседнику, утверждавшему, что д-достаточно убить себя – и способности останутся с тобой навсегда. Убить себя д-дважды.
– В первый раз почти получилось, ясно? И да, я думал, что, может, и ну его… Но Ноль мог сдать меня предкам, и они бы меня запихали в дурку. Они и так хотели, но я сказал, что передоз – случайность, и они отстали. А если бы решили, что я, ну, этим занимаюсь… Кранты. А если бы получилось, то я мог бы показать им свои возможности, помочь в бизнесе… – усмехнулся Ярослав. – Получилось. Но моя помощь им не нужна.
– Зато Нолю п-пригодилась.
Ярослав на несколько секунд прикрыл глаза, словно признавая свое поражение.
– Да. Я научился делать то, что он просил. Не сразу, но научился.
– Но вы рассорились, – заметил Павел, – и так, что ты своего д-друга и наставника б-боишься д-до чертиков.
Ярослав скривился.
– Я делал то, что он просил. Не задавал вопросов раз, другой, третий… Если отцу не нужны мои таланты, то помогу тому, кому нужны. А потом увидел в сети заметку, что на месте, куда я направлял такси, нашли тело. Я не убийца, ясно? Я написал Нолю и сказал, что выхожу из игры. Он в ответ сказал, что зайдет ко мне, когда не будет семьи. Я посмеялся – они-то всегда дома… Но один раз утром, когда мать уехала с младшими, а отец куда-то направился по работе, я обнаружил у себя в доме парня. Худой такой, щуплый. Надкусил зачем-то пирог, потом – пару бутербродов, которые мне оставили на столе. Я пока телефон достал, пока начал набирать номер полиции… А он взял – и стал девушкой. Я чуть в обморок не упал! А он сказал, что или я затыкаюсь, делаю как раньше и получаю свои бабки, или он меня сдает с потрохами особистам и там мне черная метка светит. Я пока в себя приходил – он и свалил.
Инга, пытавшаяся разобраться в вязи чувств за словами, заметила, что парень остановился. Рано остановился.
– Это не все.
– Я не вру.
– Ты недоговариваешь, – надавил Павел, – если ты все еще рассчитываешь скрыться за «я не знал» и «меня заставили», то тебе п-придется все хорошо объяснить.
– А что объяснять? Куда мне идти – сюда, что ли? Чтобы потом выяснили, что я тут такой весь запрещенный по городу разгуливаю, и тогда или всю семью на цепь, или прости-прощай семейное дело?
Эмпат фыркнула. Да, этот Ярослав действительно думал о семье. Но о себе он думал больше. Думал о себе – и обрек на смерть одного за другим восемь человек, которых ничего не подозревавшие таксисты привезли прямо в лапы к смерти. Хорошо просто жать кнопки и думать, что ничего страшного не происходит. Это ведь не на стройке в себя прийти…
Вслух она сказала:
– И ты, весь из себя такой бунтарь, который не побоялся нарушить закон и почти умереть ради магии, вдруг решил сидеть тихо как мышь?
– Вроде того.
– Не верю.
Ярослав долго смотрел то на нее, то на Павла. Потом решился:
– Если вы не пустите ко мне Ноля, то я расскажу.
– Сначала рассказываешь. Восемь убийств, п-похищение и п-покушение, – припечатал Павел, – соучастие краснометочника в этих п-преступлениях… можешь п-поискать в своем «Слове», чем это грозит. Или в гугле американском. Или еще где-нибудь. Отвечай за содеянное. Своего д-друга ты б-боишься д-до чертиков, так что или жди его п-прихода, или рассказывай все как есть «магам с золотой ложкой во рту».
Ярослав замолчал. По сосредоточенному виду и громкому сопению было понятно, что он обдумывает все сказанное.
В дверь для допросов постучали. Павел поднялся и тут же вышел. Инга слышала краем уха, что маг перебросился с кем-то парой слов. Что-то уточнил, вернулся и обратился к ней:
– Идем, Инга. Нам п-пора, еще есть дела. Что ж, Ярослав, д-думаю, мы б-больше не встретимся. Не могу сказать, что рад знакомству. Надеюсь, в суде обойдутся б-без моего п-присутствия.
Эмпат бросила взгляд на растерявшегося парня. Он ведь еще мог рассказать что-то важное, но Павел явно не шутил и действительно собирался уходить. Хотя вот в этом «есть дела» имелось что-то… Притворное. Но все же она встала и направилась к двери.
– Эй, эй, подождите! Минуту. Я все скажу. Сотрудничество и все такое!
В голосе парня страх смешался с мольбой и надеждой на то, что все останется по-старому, что кто-то исправит все его ошибки…
Павел вернулся на тихо скрипнувший стул. Инга последовала за ним, немного жалея, что допрос еще не окончен – она уже устала сидеть на одном месте и слушать этого Красильникова.
– Три минуты, – жестко сказал маг. – У тебя есть три минуты. П-потом мы уйдем.
– Ладно, ладно! В общем, я после этого вторжения решил узнать о Ноле и о том, куда он меня втянул. Начал рыскать в сети. Шерстил все, что мог… Короче, я не знаю кто он, но он тусуется во всяких соцсетях, на сайтах и форумах. Ищет таких, как я, и подговаривает получить магию. Ему мало кто верит, но все же. И к тому же, когда в школе одной народ потравился, Ноль рассказывал, что это все – магическая месть богатым и директору, которая обижала хорошего человека Самшитова, и что любой может сделать так же. Все очень мутно, но… В общем, мне кажется, что он – не одиночка. Я узнал только, что в тех местах, куда ехало такси, появлялась женщина, такая нерусская. С ней каждый раз кто-то был, какой-то человек и, думаю, это Ноль, просто в разных обликах.
– Мы это и б-без тебя знаем, – отрезал Павел, – минута.
– Подождите, подождите! Ноль заставил меня не только подчищать все на камерах и управлять такси, но и общаться с богатой девушкой, Владленой. Точнее, общался он, но с моего компа в выставочном зале.