– И я все равно не п-понимаю, каким образом…
Инга успела открыть скрипучее окно в тот же момент, когда дверь в комнату распахнулась и на пороге появились двое. Одного она смутно помнила – жилистый мужчина чуть повыше ее, со славянскими чертами лица и черными волосами. Мягкие штаны, мятая футболка и тапочки на босу ногу резко контрастировали с острым взглядом карих глаз. Второй, затянутый в строгий костюм высокий худой блондин, в чьих волосах проглядывала седина, казался недовольным происходящим. Взгляд этого мужчины был колюч и холоден.
– Что ты творишь? – возмутился хозяин дома, – Инга, отойди от окна!
Он знал ее имя… Покопавшись в памяти, Инга вспомнила, что этот мужчина представлялся Павлом. Павел – следователь. Вдруг на Особый отдел работает? Наверняка же работает, он говорил что-то о том, что расследует дела магиков.
Уходить от окна точно не стоило.
– Вот почему это – поганая идея, – раздраженно заметил старший мужчина. – Она сейчас себе шею сломает, а ты что делать будешь? Труп на заднем дворе закапывать? Твои благие намерения суд учитывать не станет. Черная метка, Паша. Нам обоим.
Инга напряглась, вслушиваясь в слова. Это приносило боль где-то в глубине тела, но все же сами нужные образы появились в разуме.
Удивительно, но за словами того, что старше, маячил страх. Причем страх не за себя, в последнее из сказанного он ведь не верил…
– Инга, я обещал вчера, что не п-причиню вреда, – Павел шагнул ближе и поднял руки, – и п-повторю это еще раз. Ты в б-безопасности. Мы п-просто хотим п-поговорить. Со мной – Андрей Васильевич Лопухов, мой коллега и начальник. И он тоже не п-причинит тебе вреда.
Инга переводила взгляд с одного на другого.
– Не причиню, – коротко подтвердил второй мужчина.
«Если ты не окажешься угрозой» – читалось за его словами.
Инга несколько расслабилась. Некоторые вещи начинали проясняться. Она – проблема. Это понятно. Это нормально. Почему проблема именно этих двоих – вопрос. Кажется, этот Павел вчера говорил про то, что она ему кого-то напоминала и что помогать – его работа…
Инга разжала руку, которой до того вцепилась в подоконник, намереваясь его перемахнуть. Второй этаж тут не как в приюте, высоко, но все же…
– Что вам нужно?
– Правда, – лаконично ответил старший из мужчин.
Лопухов… Инга читала об этой фамилии, и не раз. И один из этой семьи тут, в Москве, а не в столице? Аристократ из аристократов, известный род. Очень известный.
– Д-давайте п-поговорим в д-другом месте, – вмешался Павел, – в столовой. Я б-буду рад, если вы п-присоединитесь к завтраку.
Инга хотела было отказаться, но хозяин дома посмотрел на нее и добавил:
– Часть п-препаратов, которые нужны, если не хочешь месяцами чувствовать б-боль и слабость, п-принимаются п-после еды. Нормальной еды.
Есть хотелось… А еще хотелось сбежать куда подальше. Главное, чтобы опять не усыпили. Во второй раз ведь не сбежит, наверняка ублюдки что-нибудь придумают, учтут свои ошибки.
А эти двое… Чем они лучше?
– Зачем это вам? – Инга часто шла напролом, получая нужные образы из ответов.
– Отличный вопрос, – хмыкнул аристократ Лопухов, – просто прекрасный. Я вот тоже очень хотел бы знать.
Павел недовольно поморщился, но такое отношение стерпел. Инга чувствовала, что между ними имелось что-то большее, чем просто рабочие отношения, что-то менее формальное. Вряд ли родственники, слишком непохожи. Покровительство? Дружба?
– Некоторое количество сентиментальных соображений, желание расследовать тайну, частью которой ты являешься, и возможность чем-то занять отпуск и п-получить шанс с чистым сердцем игнорировать все сомнительные п-приглашения на любые светские и не очень мероприятия. К тому же твой Аспект мог б-бы стать хорошим п-подспорьем в нашей работе, – с большим терпением произнес хозяин дома. – И не знаю, как ты, но лично я чувствую себя лучше, п-помогая д-другому.
Инга чуть склонила голову. Не врал. Верил в то, что говорит. Но и Антон Сергеевич вон верил – и что вышло?
Она бросила взгляд за окно. Да, высоковато. Неловко повернется – и правда может же шею сломать…
– И, если тебя это не убедило, то д-для магов не б-бывает случайностей, – подытожил Павел.
Инга осмотрела одного, второго. Перевела взгляд на комнату, на улицу явно богатого района…
До нее начал медленно доходить тот факт, что хозяин дома ведь действительно маг. Он же ее без всяких видимых пут вчера поймал и сам понял, что она – магик… И мало того, что этот Павел вчера помог и продолжает уверять в своих добрых намерениях, так еще и она сейчас находится в его жилище. И выпытывает, что и как, у мага не из простых и у потомственного дворянина из рода, близкого к императору. Словно они должны перед ней отчитываться…
– Простите, – Инга уставилась в пол.
Еще и стояла, пялилась на них… Некстати вспомнились уроки манер в приюте, где вдалбливали простую истину: некрасиво сверлить взглядом любого человека, а того, кто старше по положению, и вовсе оскорбительно.
– Я приношу свои извинения, – Инга склонила голову.
– Расслабься, – отмахнулся Павел, – п-после всего, что с тобой случилось, ты на редкость адекватна. П-пойдем есть и говорить. И не надо только очи д-долу опускать. Веди себя как обычно, б-без всех этих этикетов. Ты – мой гость, и таково мое желание.
Инга кивнула, но все равно старалась не смотреть на мужчин. Кто она и кто они… Еще и ведет себя как малолетняя упрямица, вместо того чтобы поблагодарить хотя бы.
Она попыталась изобразить полупоклон.
– Благодарю за помощь, – лучше поздно, чем никогда.
Павел вздохнул.
– Лучшая б-благодарность – рассказать обо всем.
Инга все же бросила на мага короткий взгляд. Он ведь и принудить может, так?
– Идем, – Павел кивком указал на выход из комнаты.
Инга успела заметить тонкий шрам на горле мага. Почему-то подумалось, что шрам может быть связан с заиканием, и эта мысль немного успокаивала. Если обладающий магией имеет сложности с речью, то, может, он не так уж от обычных людей и отличается? А с обычными людьми дело иметь привычнее, чем с могущественными волшебниками.
Инга медленно направилась за Павлом, обходя по широкой дуге второго мужчину.
– Это будет непросто, – пробормотал тот негромко.
Столовая находилась через несколько дверей по коридору и отделялась от кухни лишь тонкой перегородкой. К большому удивлению Инги за перегородкой кухарки не обнаружилось. Хозяин дома, правда, готовить не стал, лишь разогрел в самой обычной микроволновой печи запеканку, поджарил тосты, к которым прилагался плавленый сыр, и принялся возиться с кофейным аппаратом.
Инга исподтишка следила за действиями Павла. Любопытно же. Все же настоящий маг. Интересно – они все заикаются? Нет, вряд ли. Об этом писали бы в книгах. Да и Толик ничего такого не говорил. Видимо, и магам не все подвластно… Может, некрасиво так разглядывать, но не смотреть же на мрачного аристократа, а стол на шесть персон ничем интересным не выделялся. Стол как стол. Полированный. В доме у Антона Сергеевича и дерево было явно дороже, и ножки резные…
– Тебе хоть восемнадцать есть? – безрадостным тоном осведомился Андрей Васильевич, нарушая тишину.
Инга, глубоко задумавшаяся о том, что занавески в столовой синего цвета, но синева это напоминала море, а не тоску, пусть на уроках литературы и говорили иное, вздрогнула и кивнула.
– И давно?
Инга думала было соврать, но все же не рискнула. Сыскарь может же все что угодно проверить. Да и что тут скрывать?
– Месяц.
– Отлично, – сарказм можно было различить и без всякого магического дара. – И что тебя в Москву понесло, краснометочная?
Он знает… Инга бросила взгляд на дверь.
– Да прекрати ты дергаться, – с явным раздражением бросил аристократ, – хочешь сбежать туда, где заберут недозабранное? Тогда иди хоть сейчас. Учти только, что сила Истока выжирается вместе с жизненной, так что потолок ритуального зала – последнее, что ты увидишь в своей жизни.
– Ритуального зала? – с интересом и подозрением разом отозвалась Инга, решив все же поднять глаза на Андрея Васильевича.
Того ее недоумение явно удивило.
– Да. Ты не помнишь проведенный ритуал?
– П-предлагаю сначала есть, а п-потом говорить, – Павел принялся расставлять тарелки и приборы.
Поставил и кофе себе и Андрею Васильевичу, а Инге досталось что-то похожее на кисель. Жаль, кофе она любила, а от приготовленного Павлом еще и запах шел отменный… Маг ее сожаление заметил и пояснил:
– У тебя забрали сил столько, что удивительно, как ты смогла сбежать. Так что п-пока вместо кофе вот это. Вкус отвратный, но восстанавливает неплохо.
Кисель и правда оказался очень так себе, в отличие от всего остального. Есть очень хотелось, встреча с Толиком в ресторане случилась, казалось, вечность назад. От второй порции запеканки Инга попыталась отказаться из вежливости, но маг заметил, что или она ест, или будет лежать пластом, пока тело не придет в норму, и последний вариант его не устраивает.
После еды, налив еще порцию кофе и убрав посуду, Павел вернулся на свое место за столом.
– Итак, Инга, рассказывай, что случилось с тобой вчера, что этому п-предшествовало и п-почему тебя удивили слова Андрея о ритуале.
Инга скосила глаза. Андрей Васильевич, успевший принести из коридора портфель, достал записную книжку и ручку.
Теперь у Толика могут быть проблемы... Или нет. Он же ничего не сделал, так?
– Хочу заметить, что мы оба сейчас являемся частными лицами, – вновь привлек внимание Инги Павел, – и в любом случае мы оба расследуем магические п-преступления, а не что-либо еще.
– И, хотя то, что ты свободно ходишь по городу, само по себе является «магическим преступлением», его никто расследовать не намерен, – заметил Андрей Васильевич. – Можешь в качестве вступления рассказать о том, за что получила красную метку.
– Ни за что, – буркнула Инга.