До чего же противно!
- Мы уже знаем, что за смертью графа и князя стоит Вирна, - произнес Арбенин, меняя тему разговора. И он был прав. Сколько времени нам дал Кулик? Пять минут? Да. А вопросов множество, и все они намного важнее причин, толкнувших ректора академии на подлость.
- Скажите, вы знаете, что ей надо во дворце? Зачем она собирает силы? Ее цель – его величество? – продолжил расспросы Николай.
Арсеньев рассмеялся.
- Царь? Да зачем он ей? Я не знаю точно, чего она добивается, знаю лишь, что Вирна собрала какие-то договора, чьи-то души в обмен на свои услуги.
- Кто? – быстро спросил Арбенин, а у меня неприятно засосало под ложечкой. Я вдруг собрала недостающие части картины. И все же, когда прозвучал ответ ректора, невольно вздрогнула.
- Какие-то глупцы. Я помню несколько фамилий. Кажется, - тут брови Арсеньева сошлись на переносице, - некто Фадеев, и еще, кажется, Маевский. – Андрей Алексеевич развел руками. – Что вы хотите, я видел документы мельком и то Вирна тогда разозлилась на меня.
Николай оглянулся на Шуйского.
- Она собирает души, - проговорил он. Слова прозвучали как приговор. Я мало что поняла, кроме того, что ситуация слишком серьезная и опасная.
- Плохо, - покачал головой Анатоль. – Очень плохо. – Бывший монах холодно посмотрел на ректора. – Вы хоть понимаете, что натворили и кого привели во дворец?
Андрей только руками развел. Кажется, помимо излишней словоохотливости, зелье наделило ректора и толикой равнодушного безумия.
- Он не осознает того, что сотворил, - вздохнул Вронцев.
- Помолчите, - чуть резче, чем обычно, сказал Николай и, обратившись снова к Арсеньеву, спросил: - Вы знаете, где ее логово? Она ведь не живет в отведенных ей покоях. Уж я знаю этих существ.
- Понятия не имею. Вот вам святой круг, - Арсеньев осенил себя знамением аллесианцев, затем снова улыбнулся.
- Над зельем надо поработать, - шепнул Степан господину Кулику. – Он стал каким-то дурочком.
- Это пройдет, - тут же проворчал Трифон Петрович. – Ведь главное, результат.
- И все же, поработайте, - не успокоился анимаг.
Арбенин отвернулся от Андрея Алексеевича. Последний зачем-то наклонился и присел прямо на пол, вытянув вперед длинные ноги. Теперь его разбирал смех. Звучал он отвратительно, так что хотелось закрыть уши.
- Итак, что мы имеем? – Николай сделал знак, и агенты сгрудились вокруг своего главного мага. – У нас демон и, судя по всему, не самый слабый. Насколько я понимаю ситуацию, где-то во дворце Вирна соорудила свое логово, а значит, именно здесь и будет прорыв. Она собирается открыть врата и впустить в наш мир темные души и младших демонов приспешников.
- Но почему именно дворец? – спросила я.
- Мне кажется, с таким царем это идеальное место для земного чистилища, - фыркнул Кулик.
- Демоны могут забираться в чужое тело, овладевать сознанием. Но для этого им нужны силы и, полагаю, особый обряд, - продолжил Николай. – Так что все, что сейчас происходит, только начало чего-то ужасающего.
- Но что нам делать? – спросил Вронцев. – Я не сталкивался с демонами. Не уверен, что смогу помочь.
- Сначала отыщем логово. Затем мы с Анатолем отправимся туда. Мы сможем пройти, потому что коснулись зеркала.
- Не факт, - покачал головой блондин.
- Ей нужны наши силы. Она притянет нас, потому что не дождется, пока мы ослабеем, подобно Милошскому и остальным бедолагам. Но лучше, если мы успеем найти логово до этого неприятного момента, - закончил Николай.
В этот момент в помещение забежал Карат. Пес выпрыгнул из стены, звонко тявкнул и подбежал к хозяину, остановившись у его ноги. Я же повернула голову и успела увидеть, как Варвара Потаповна важно залетает в комнату.
- А вот и я, - проговорила светлая душа. Ее взгляд нашел смеющегося Арсеньева, и брови призрака сошлись на переносице. – Это кто же его, бедолажного, так?
- Мое зелье! – почти гордо ответил Кулик.
- О, была бы возможность, я бы пожала вам руку, Трифон Петрович, - улыбнулась Варвара, но наткнувшись на вопросительный взгляд Арбенина, понурила плечи. – Увы. Ничего. Мы уж и так и сяк с Каратом. Летали по всему дворцу. Видели только придворных. Все сидят по своим покоям, носа не высовывают, да настойки пьют от хвори. Думают, наивные, что настойка их защитит, - фыркнула душа.
- Этого и стоило ожидать, - вздохнул Николай. – И все же, спасибо вам, госпожа Крамская, за помощь.
- Жаль, что не смогла быть полезной, - потупил взор призрак.
- Ну почему же… - усмехнулся Арбенин. – Теперь мы, по крайней мере, знаем, что логово скрыто магией. Впрочем, не стоило ожидать легкого решения проблемы.
Николай обвел взглядом собравшихся. Затем бросил быстрый взгляд в сторону смеющегося ректора и щелкнув пальцами, заморозил Арсеньева.
- До чего же смех противный, - проговорила я.
- А мне нравилось, - улыбнулась светлая душа.
- Есть у кого-то идеи? – обратился к агентам Николай Дмитриевич.
- Предлагаю с помощью магии исследовать стены. Начнем с первого этажа, - проговорил Степан.
- Не пойдет. Мы просто потеряем драгоценное время и…
Время, снова подумала я и нахмурилась. Почему мысли постоянно цепляются за это слово? Я отошла от остальных, скрестив руки на груди. И принялась думать.
Время…
Перед глазами тут же предстали часы и стрелки, отмеряющие минуты. А затем зеркало, которое стоит перед приемным залом.
Идея вспыхнула, словно искра прозрения. И я вцепилась в нее, как утопающий цепляется за соломинку. В какой-то момент догадка показалась мне глупой, но я все же решила поделиться своими соображениями с Николаем и остальными.
- Ваше сиятельство, - позвала Арбенина. Он обернулся. – У меня есть одна мысль…
Николай улыбнулся.
- У вас светлая голова, княжна. Рассказывайте, - велел он.
- Я лучше покажу. Не уверена, что получится. Возможно, я просто трачу ваше время напрасно…
- Вы тратите его своими рассуждениями, - мягко направил меня в нужное русло князь.
- Хорошо, - я вернула ему улыбку и развернувшись, быстро пошла в комнату со злополучным зеркалом. Агенты поспешили за мной.
- Эй, а с этим что делать? – спросила Варвара Потаповна, некультурно ткнув в Арсеньева пальцем.
- Пусть постоит немного, о жизни подумает, - бросил Степан.
Душа только пожала плечами и последовала за мной и остальными агентами. Шагая, я чувствовала, как гулко бьется в груди сердце. Вера в меня Арбенина вдохновляла. И поэтому я еще сильнее боялась ошибиться.
Но вот и зеркало.
Остановившись перед ним в нерешительности, я посмотрела в отражение.
- Никому не прикасаться! – велел Николай. Но агенты и сами сторонились опасности.
Я вгляделась в отражающую поверхность. Да… Было в ней что-то притягивающее. Особенно когда стоишь так близко, так и манит коснуться рукой прохлады зеркала. Усилием воли я перевела взгляд и нашла в отражении маленький камин, на котором стояли часы.
- Время… - проговорила тихо.
Не просто так Вирна привела нас сюда. Я, конечно, могу ошибаться, но думаю, что стою на правильном пути.
- Полиночка, только не вздумай трогать эту гадость, - обратилась ко мне светлая душа. – Тут кое-кто уже наглупил, что у меня сердце не на своем месте.
- И не собираюсь, - я развернулась на каблуках и направилась прямо к камину. Арбенин последовал за мной. В его взгляде проснулся интерес.
- Я заметила часы в отражении, когда вы обследовали зеркало, - не глядя на Николая, я взяла в руку тяжелые часы. – Помните, я говорила вам о времени. Эти слова твердила темная душа. А Вирна сказала о полночи.
- Интересно, - проговорил князь.
- Надо попробовать перевести стрелки на полночь, - предположила я тихо.
- Позвольте мне, Полина, - Арбенин взял часы, решительно установил время и поставил часы на место, а затем отошел.
Несколько секунд ничего не происходило. Я стояла, чувствуя странное волнение и одновременно облегчение, подозревая, что ошиблась. А затем устремила взгляд на зеркало и судорожно сглотнув, схватила Николая за руку, указав на отражение, пошедшее рябью.
- Смотрите! – ахнул Кулик.
Лица агентов обратились к зеркалу. Отражение в нем начало меняться. Секунда, другая и в зеркале больше не было комнаты и агентов, не было и камина… Остались лишь часы, которые словно висели в воздухе, но спустя несколько секунд исчезли и они. Поверхность зеркала закрутилась в спираль, выпучилась, став будто сотканной из воды, и втянувшись назад, закружилась, образовав портал, светившийся алым.
- А вот и вход в логово, - проговорил Шуйский.
Арбенин посмотрел на меня. В его глазах читалось одобрение и что-то еще. Неуловимое, но приятное.
Восхищение?
Я почувствовала, что краснею, но не отвела взор. Николай зачем-то взял мою руку в свою, поднял, поднес к губам и поцеловал, да так, что мое бедное сердце снова пустилось вскачь.
Глава 50 Жатва
- Ой, не нравится мне это все!
Голос Варвары Потаповны нарушил момент очарования, когда я всего на несколько ударов сердца забыла о том, где нахожусь и что делаю. Моя рука еще немного задержалась в руке Николая, а затем князь отпустил ее и повернулся к зеркалу.
- Только не говорите, что собираетесь пробраться через этот портал! – светлая душа устремилась за Арбениным. Я моргнула, сбрасывая романтическое наваждение, и посмотрела на князя, который подошел к Шуйскому, встал рядом с ним и объявил:
- Мы идем в портал.
- Хм, - произнесла Варвара. – Это то же самое, что сунуть голову в пасть льву, - высказалась она.
- Не вижу другого варианта, - ответил Николай Дмитриевич. Голос его прозвучал удивительно спокойно. Мне показалось, или он совсем не боится?
- Мы должны войти туда. Нельзя позволить Вирне открыть портал и впустить в этот мир нечисть, - согласился с Арбениным Анатоль.
- Демоны? В этот мир? – ахнула светлая душа, которая не присутствовала во время размышлений Николая и рассказа Арсеньева. – Да как же так?