Эррен махнул рукой.
– Какой гласник станет сидеть в моем доме месяц? Если начать разбираться, что за лихо завелось (а разобраться давно бы надо!), так то голова должен письма писать и все по порядку делать. А мне просто жену успокоить надо, чтоб маг при ней сидел. Мало ли что! Да мало ли когда! К тому же в Киларе не маг, а магичка. И в Хофоре, ближнем городе, тоже магичка.
– И что?
– Так магичку я уже нанял! Молодую девку, толковую. И успокоить жену умеет, и поболтать есть с кем. А только вот подумалось мне: делать – так с толком! Мало ли чего там вылезти может – а ну как что-нибудь здоровенное? Что девица сделает, если это здоровенное попросту свалится на нее? Нет, я так подумал: вдобавок к магичке нужен маг, молодой, сильный – ну вот как ты!
Шадек доцедил эль. Его светлые глаза уже изрядно остекленели, но голос звучал ровно.
– Значит, жить в твоем доме и приглядывать, что к чему, пока твоя жена не разродится. На всем готовом с кормежкой, да еще половина серебрушки в день, да еще молоденькая магичка в напарниках. Ха!
Шадек приложил пальцы правой руки к левому плечу, и швец облегченно разулыбался.
– Ну вот и ладушки, тогда утром в путь. В ночь кататься нечего, дорога снежная, холодина зверская. Так что встречаемся у городской конюшни на рассвете. И вот еще!
– Что?
– Кормежка кормежкой, а никакого эля и прочего – ни капли, понял? Не хватало, чтоб ты дрых беспробудно или с похмелья маялся, когда лихо будет крушить мой дом!
– И в мыслях не было, – маг смешно выпятил нижнюю губу.
– Вот и славно, – закруглил тему Эррен.
Мужчины пожали друг другу руки, и швец направился к выходу. Народу в таверне к вечеру прибавилось, так что к дверям пришлось почти протискиваться.
Приятели мага тут же вернулись, пригласив с собой и знакомцев от соседнего стола.
– Ну? – потирая ладони, воскликнул один из них. – Что будем делать вечером, Шадек?
Маг неохотно отодвинул кружку и с печальной решимостью ответил:
– Трезветь.
– Поначалу магистры думали, что я безнадежен и бесполезен. Но к середине первого года я показал им, что от меня есть толк: я могу быть добротным плохим примером для других учеников.
Дорога и в самом деле оказалась заснеженной и ужасно скучной: узкая колейка между укрытых снегами полей, по которой кони брели шагом. Иногда в стороне виднелись небольшие леса и заледенелые речушки, изредка другие колейки отбегали к маленьким деревенькам в двадцать-тридцать дворов. Больших поселков, на несколько сотен жителей, в округе было три: Мароска – в трех переходах к востоку от Килара, Лирма – в десяти переходах к югу, и Фонк, куда держали путь мужчины, – в пяти переходах к западу от города.
Эррен пребывал в отличном расположении духа: удачно съездил, все нужное на рынке купил, да еще и мага нашел. Шадек, вялый после вчерашних возлияний, поначалу сонно отмалчивался, сунув нос в воротник теплой куртки, но на свежем воздухе постепенно пришел в себя и теперь тоже то и дело вставлял в разговор пару фраз. Чалый конек, верный спутник мага, шагал по дороге спокойно, и Шадек окончательно уверился, что не зря принял предложение Эррена: чутье у конька было воистину прорицательское, и когда его хозяину случалось ввязаться в очередное сомнительное приключение, животное вело себя совершенно иначе.
– А я слышал, – заметил меж тем Эррен, – что бестолковые маги обучение не заканчивают. Будто бы каждый третий прерывает учебу.
– Верно, – удивился такой осведомленности Шадек.
– Так получается, способностей у тебя побольше, чем нужно пугалу, раз Школьный знак имеется.
– Тоже верно. Было дело, я даже услышал от наставников что-то похожее на похвалу, – Шадек криво улыбнулся. – Меня назвали исключительно способным и порадовались моей лени и разгильдяйству.
– Порадовались? – Эррен недоуменно сдвинул брови.
– Ага. Если бы я к чему-нибудь стремился, ну хотя бы к власти или к богатству, то мог бы стать опасным для общины типом. Так-то.
– То есть ты мог бы применять свои способности во вред? – уточнил швец. – Причинять ущерб другим? А как же моральные устои?
– А про моральные устои наставники не говорили.
Эррен еще сильнее нахмурил лоб. Шадек рассмеялся и тут же умолк, приподнялся в седле, вытянув шею. Справа от дороги, на пригорке, сквозь снежную толщу пробивался зеленоватый свет.
– Там портал.
– Ну да. И что?
– Ничего, – Шадек опустился обратно в седло. – Отвык. Все забываю, что здесь, на северо-востоке, ими все засыпано. Я на юге вырос, там у нас их всего пара штук на десять переходов окрест. А возле Тамбо вообще ни одного портала не было.
– Жуть какая, – передернул плечами Эррен. Посмотрел на мага и махнул рукой. – А, кому чего. Это в наших северных местах еще не забыли про войну с Гижуком, все еще учат детей обращаться с оружием. И наша молодь в Миры ходит непременно: утверждать умения, сбивать дурной запал, а многие – еще и от старших прятаться, папки-мамки ведь за порталом не достанут! Ну и ремесленникам доход, конечно. Эх, скажи нашей детворе, что другие живут без порталов, – детвора обхохочется.
– Война с Гижуком была шестьдесят лет назад, – лениво протянул Шадек. – Надо ж вам, северянам, быть такими злопамятными.
– Словно в ваших южных поселениях не учат мальчишек на мечах сражаться.
– Учат. Но не так ретиво. Применять это умение негде и, если честно, незачем. Где те шестьдесят лет, где те войны? У нас хорошие отношения с соседями, разве нет?
– Хорошие, – согласился Эррен. – Но всякое случается.
– А откуда доход ремесленникам? Ваши подлетки работают там в шахтах, что ли?
– В каких еще шахтах? Ты сам в Мире бывал-то? Хоть раз, хоть в одном?
– Случалось. В паре переходов от моей деревни есть портал в степной Мирок. Так одно время мы повадились сбегать туда от старших. – Шадек улыбнулся. – Хорошо там было – речка рыбная, место спокойное, никаких общинных полей! Родня до-олго в толк взять не могла, куда мы деваемся. Зато уж когда поняли – как же нам влетело! Вдвойне на том поле горбатиться пришлось…
– Ну так если бывал, то знаешь, что нету в Мирах никаких шахт. А водится там кто?
– Волки. Мелкие, черные, шугливые.
– Не только они.
Маг подумал.
– Ящеры еще. Но я про них только слышал, сам не видел.
– Потому что в степях они не водятся. И еще там живут магоны.
– А, помню-помню! Магоново племя, обитальцы Миров! Только их я тоже живцом не видал никогда.
Эррен почесал нос.
– Южане. Как из иного мира выпавшие. Магоны – они такие, большие, серокожие, злые – жуть! Орут, колдуют чего-то, мечами машут. И тупые – страх, даже не говорят. Так вот, у магонов непременно находится что-то такое, что можно продать кузнецам или магам. То кинжальчик диковинный, то меч необычный, то стрелы. А еще Кристаллы, книжки всякие, Карты магические…
– Кристаллы – отличные штуки! – оживился Шадек. – У меня тоже есть пара: один – обережный четырехгранник, от пчелиного яда, получил его когда-то в плату за… Ну, неважно. А второй – для усиления магии воздуха, это мое начало.
Маг не поленился стянуть рукавицу (пальцы сразу же свело от холода), расстегнул верхнюю пуговицу куртки и полез за пазуху, вытащил крепкий кожаный шнурок, на котором болтался темно-синий Кристалл величиной с ноготь. Из глубины его мерцали пронзительно-голубые искорки.
– Двадцать серебрушек выложил за него! – со смесью досады и гордости заявил Шадек.
– Четырехгранник, – брови Эррена сложились смешным домиком, – мелочь. Двадцать серебрушек за это? Дикие южные люди!
– И я знаю, что Кристаллы приносят из Миров, – добавил Шадек, не отреагировав на ворчание спутника. – К слову, один мой друг верит, что камни сочатся какой-то демонической дрянью, от которой все мы умрем.
Эррен фыркнул.
– Во-во! – поддержал Шадек. – Маги ж много раз их расколупывали так и сяк, и ничего не нашли. А Оль, ну, этот мой друг, все твердит: у нас просто нет таких глаз, чтоб увидеть этот подвох в Кристаллах. А спроси его: если никто не может точно знать, правда это или нет, – так отчего ты в это веришь?.. Только я думал, что Кристаллы добывают в шахтах. Не с деревьев же их срывают?
– Не с деревьев, нет, – их снимают с магоновых тел.
– И про Карты знаю, – продолжал маг. – У одного торгаша в Тамбо как-то натыкался на них. Покрутил-повертел, ничего не понял, пошел у наставников в Школе узнавать, что за штуки такие. Так магистры вовсю кривились: мол, ерунда какая-то, опыты недоучек. Но некоторые ученики их покупают. Карты описывают способы изменения обычных заклятий, а еще их сочетания и всякое подобное.
– А сам-то пробовал использовать Карты?
– Не-а. Не люблю такие опыты. Ну их к демоновой матери.
Эррен недоуменно хмыкнул, но вслух ничего говорить не стал. Шадек, насколько можно было судить, не походил на человека, который из осмотрительности может отказаться сунуть нос во что-нибудь интересное. С другой стороны – кто сказал, что Карты его интересовали?
– Слушай, – маг невидяще прищурился на дымок, вившийся из многочисленных труб, еще невидимых из-за поворота дороги. Кажется, подъезжали к жилью, – а откуда у этих магонов такие интересные штуки появляются? Раз они недоразвитые и даже не говорят, то кто им составляет эти Карты и пишет манускрипты? И оружие делает такое, которого в Ортае нет? И где они сырье берут, если в Мирах нету шахт?
– Вроде бы за горами есть еще что-то. Ты ведь знаешь, что всякий Мир, хоть лесной, хоть пустынный, хоть маленький, хоть большой, непременно бывает окружен горным кольцом? Так вот, есть байки про родину нормальных, не свихнутых магонов – как будто они живут за горами и добывают Кристаллы. А потом их маги зачем-то открывают порталы в Миры, магоны прыгают в них, теряют разум и бегают там как придурочные.
– Оль рассказывал похожие байки, но кто в них верит? Слушай, что ж я раньше и не ведал, что под носом столько интересного творится, а? Я-то думал, Миры – просто местность такая особенная, куда взрослым хода нет. Так и ничего эдакого нет там тоже! Ну, речка. Ну, волки. Но выходит, там непаханое поле любопытного, подумай только!