– А что может этот Меч? – спросил Тагон, не выдержав долгого молчания.
– Никому не известно. Деревянный Меч предназначался Ириане, Стеклянный – Велиакхе, а Оловянный, стало быть, – мне. И я почти уверен, что никто, кроме меня, не способен в полной мере овладеть его силой.
– Ладно, – решил наконец Тагон, – мы не знаем точно, захватил Миграбян Оловянный Меч или нет. Когда мои ребята доберутся до схрона, я пошлю их всех на разведку. В драку с Миграбяном лезть явно рановато, но и терять времени тоже не следует.
– Здравое предложение, – сказал Фирал. – Так и поступим. А пока я расскажу о том, как мы боремся с Миграбяном.
Как оказалось, у старого затворника имелись свои счёты к некроманту. В битве с Миграбяном пала единственная дочь Фирала, молодая волшебница, специализировавшаяся на магии огня. Узнав о том, что аданские маги заключили мир с новым императором, Фирал стал искать тех, кто мог бы сразиться с некромантом, и единственным, кто готов был воевать до конца, оказался Граф Развалин.
Не имея ни одного боевого мага и располагая всего несколькими десятками воинов, Тагон и Фирал не могли драться с Миграбяном в открытую. Оставалась лишь партизанская война, способная хоть немного ослабить могущественного врага.
Но даже с големами и зомби, чудовищно сильными и почти неуязвимыми, справиться было куда как непросто. Далеко не сразу Фиралу удалось разработать подходящее оружие против них. Узнав о том, что серебро является для зомби сильнейшим ядом, маг начал экспериментировать. Результатом его опытов стали посеребрённые мечи, а также наконечники для стрел и копий. Ещё более грозным оружием против живых мертвецов стало всё то же серебро, только растворённое в селитряном спирте. Селитряным спиртом, как я уже знал, здесь называли азотную кислоту.
Сложнее было справиться с големами. Каменных воинов не брало никакое оружие, за исключением разве что катапультных ядер. Но и здесь Фиралу удалось найти достаточно простое решение. Заказав у местных кузнецов множество проволочных сетей, он зачаровал их таким образом, чтобы големы не смогли их разорвать. После этого осталось вооружить хотя бы нескольких воинов Тагона тяжёлыми молотами на длинных рукоятях. Теперь каждого голема издали забрасывали сетями, запутывая его до такой степени, что он не мог даже пошевелиться. После этого молотобойцы дробили големов на куски.
Единственными существами из армии Миграбяна, против которых Фиралу так и не удалось подобрать оружия, были тени, таинственные призраки, неуязвимые перед обычным оружием. Способ хоть как-то защититься от теней нашла Фиара, обнаружившая, что ночью тени куда более активны, чем днём. Девушка предположила, что на их жизнедеятельность оказывает влияние солнечный свет. Тогда граф снабдил каждого воина мешочком леманского огня, порошка, способного гореть ослепительно ярким пламенем. Подпалив этот состав, можно было ненадолго дезориентировать тень и, воспользовавшись её замешательством, бежать. Выслеживать врагов на расстоянии тени не умели.
Также не удавалось выследить разбойников Тагона с помощью собак. Заклинания, которые Фирал накладывал на обувь и одежду партизан, делали такую слежку попросту невозможной.
Фирал продолжал рассказывать о способах избегнуть слежки, но я больше не слушал. Мысли мои обратились к способам борьбы против зомби. Всё-таки посеребрённые мечи и стрелы – это варварство. Оружие хоть и простое в изготовлении, но ненадёжное и малоэффективное. Но что можно предложить взамен? Автоматы с серебряными пулями? А кто их будет конструировать? Уж точно не я. Нет, создание огнестрельного оружия придётся отложить до лучших времён, а в бою, если дело всё же дойдёт до столкновения, использовать уже проверенные гранаты, на металлические корпуса которых можно контактным способом нанести тонкий слой серебра.
– Как вооружены големы и зомби? – спросил я у Тагона.
– Големы чаще всего – тяжёлыми стальными дубинами, реже – мечами. Оружие зомби в основном трофейное – мечи, сабли, копья, алебарды.
– Что-нибудь метательное?
– Нет, – ответил Фирал. – И зомби, и големы совершенно безмозглые твари, так что для них даже меч является слишком сложным оружием.
– А какой строй они используют в бою?
– Строй толпы, – едва заметно улыбнулся Тагон. – Атакуют всем скопом, стараясь лишь не задевать друг друга.
Отлично, значит, в ближнем бою лучшим оружием против них будут самодельные водомёты, рассыпающие в разные стороны капли воды, содержащей соль серебра. Эх, если бы у нас был вертолёт, способный залить сотни, если не тысячи врагов ядовитым серебряным дождём.
Дождём!!!
– Фирал! – воскликнул я возбуждённо. – Ты владеешь погодной магией?!
– Нет, – ответил тот невесело. – Зелья, артефакты, немного простейшей бытовой магии – вот и всё, на что я способен.
До вечера мы знакомились с жилищем старого мага. Как я и предполагал, подземные коридоры существовали здесь задолго до Фирала. Прибегнув к помощи людей графа Тагона, волшебник осушил затопленное подземелье и приспособил его для своих нужд. В частности, он провёл водопровод: вода забиралась из реки, магическим способом очищалась и подогревалась, после чего поступала в подземелье. Подобным образом функционировала и канализация – сточные воды по трубе сбрасывались в реку ниже по течению.
В подземелье было несколько бедно обставленных жилых комнат, кухня и лаборатория. Вот последняя и заинтересовала нас с Велиакхой больше всего. Но если гоблин в основном изучал всевозможные травы и другие ингредиенты для зелий, то меня интересовали оборудование и реактивы. Колбы, пробирки, пипетки и бюретки были почти точь-в-точь как земные. Дальше начинались различия. Так, для конденсации паров здесь применялась толстая медная трубка, на которую требовалось время от времени накладывать охлаждающие заклинания. Вместо электроплитки Фирал использовал железный диск, нагревающийся с помощью магии. Для сушки и прокаливания тех или иных составов применялась муфельная печь, использующая древесный уголь, но способная обходиться и без него – если достаточно часто обновлять нагревающее заклинание. Вместо магнитной мешалки была магическая мешалка, вместо центрифуги – усилитель тяготения. Имелись даже аналитические весы!
А вот набор химических веществ меня разочаровал. Несколько неорганических кислот, известь, десяток солей, а также порошки меди, железа и серебра соседствовали со всевозможными травами, экстрактами и такими сомнительными реагентами, как шерсть и толчёные кости тех или иных животных.
Ясно, что магические ингредиенты для меня интереса не представляют. Вопрос в том, что можно сделать со всем оставшимся. Смешав соляную кислоту с азотной, я получу состав, способный растворять золото. Вот только зачем мне растворённое золото? Серная кислота с азотной дадут смесь, которой можно нитровать целлюлозу с образованием пироксилина, сиречь бездымного пороха. К сожалению, я не знаю, как осуществить этот процесс практически. Можно, конечно, поэкспериментировать… когда-нибудь потом, когда Миграбян больше не будет нам угрожать.
– Я вот о чём подумал, – сказал вдруг Велиакха. – Ты утверждаешь, что тени можно вывести из строя ярким светом. А как насчёт зомби и големов? Можно ли их как-то ослепить?
– Нет, – ответил Фирал. – Они одинаково хорошо видят и при свете дня, и в ночной темноте. И ослепить их невозможно: ребята Тагона стрелами выбивали мертвецам глаза, но те продолжали атаковать как ни в чем не бывало.
Невозможно, так невозможно. Не теряя времени, я стал разъяснять Фиралу конструкцию нового оружия.
– Всё очень просто. На спину вешается бак с раствором нитрата серебра… ну, той самой дряни, которую вы получаете, растворяя серебро в селитряном спирте. К баку подсоединяется насос, а вперёд выводится шланг…
– Что выводится?
– Труба. На конце она должна сужаться, чтобы обеспечить хорошую скорость вылета жидкости. С помощью такого нехитрого устройства можно разбрызгивать раствор на десяток шагов, поражая целые толпы зомби.
– Поливать мертвецов серебряной водой? – криво улыбнулся Фирал. – Дороговато будет.
– Империя стоит того.
– С этим трудно поспорить, – кивнул Тагон. – Если нужно, я все наши золотые запасы обменяю на серебро. Вот только против големов ничто из твоих разработок не поможет.
– Ими пусть займётся Велиакха.
– Если у нас будет время, – сказал гоблин, – я обеспечу всех ваших головорезов комбинированным зельем. Тогда им останется вооружиться чем-нибудь потяжелее и сойтись с големами врукопашную.
Оглушительно чихнув, Велиакха захлопнул крышку последнего сундука и повернулся к Фиралу, сидящему на стульчике в углу комнаты.
– Этого недостаточно. Трёх необходимых компонентов нет вообще, ещё четырёх слишком мало. Пока ты не раздобудешь всё, что нужно, я не смогу создать зелье.
– Всё не так просто, – отвечал Фирал. – В западных землях нет ни одной лавки магических товаров. Так что все компоненты для зелий и артефактов приходится добывать в Срединных Землях и тайком доставлять сюда. Но на это уходят месяцы.
– А сами поискать их не желаете? – спросила Ириана. – Где-нибудь в здешних лесах? Я могу вам помочь.
– Не думаю, что от твоей помощи будет хоть какой-то прок, – сказал Велиакха без особого энтузиазма. – Ты ведь наверняка даже не знаешь, как эти травы выглядят.
– Ну и что! – не смутилась эльфийка. – Раз знаешь ты, значит, узнаю и я. Фирал, у тебя есть ментальный концентратор?
– Хрустальный шар подойдёт?
– Вполне.
Хрустальный шар был водружён на стол, Ириана и Велиакха уселись на стулья друг напротив друга.
– Представь как можно более чётко внешний вид каждой из этих трав и произнеси их названия, – сказала девочка гоблину. – Свои мысли постарайся сфокусировать на этот шар, чтобы я смогла прочесть их.
– Так ты и мысли читаешь? – отшатнулся Велиакха. – Только этого нам не хватало.
– Не бойся, – поспешила успокоить его Ириана. – Мысли зверей и птиц я могу читать без особого труда. А вот мысли кого-то разумного без его желания и без внешнего концентратора мне ни за что не прочесть.