Эни не была уверена, что хочет знать, но губы сами произнесли:
– Что случилось с твоей сестрой?
– Двое недоумков забили ее камнями. Они били так, что брызги крови попали на меня, хотя я был довольно далеко. От ее головы мало что осталось. – Юст мрачно хмыкнул и поморщился – не то от физической боли, не то от душевной. – Она была совсем маленькой и еще не умела использовать магию. И ее кровь им была не нужна, они просто хотели… Хотели, чтобы мы все умерли.
Все внутри Эни стиснуло болью. Невольно ей вспомнился случай, как неподалеку от Соны жестоко убили маленького мальчика. Его родители уверяли, что всему виной эвендины, но королевский посланник провел расследование этого дела, и выяснилось, что ребенка убил родной отец. Если люди могли поступать так со своими собственными детьми, что говорить об эвендинах…
На мгновение Эни стало дурно. Она как будто воочию увидела смерть сестры Юста и почувствовала на себе брызги ее крови.
– И что вы сделали?
– Что мы сделали? Сбежали на Тоа-Дин, как последние трусы.
– И не тронули убийц? – усомнилась Эни.
– Может, и тронули. Не знаю. Я плакал. – Юст чуть отодвинул лурго, тыкавшегося мордочкой в его лицо.
И снова Эни ощутила все на себе.
В ушах глухо отдаются угрожающие голоса. Слезы жгут глаза и размывают мир вокруг. Но вот кто-то хватает Юста, рывком вытаскивает его из ненадежного укрытия и бежит с ним прочь. Он глядит через плечо отца, надеясь в последний раз увидеть сестру, но из-за слез все сплывается в неразличимое серо-багровое пятно.
– Эй, что с тобой?
Голос Юста донесся до Эни будто издалека. В следующий момент ее ударило изнутри – словно полыхнула маленькая молния, которая заставила все тело содрогнуться. Ощущение жгучих слез тут же пропало, хотя в душе еще оставались страх, грусть и отчаяние.
– Прости, – сказал Юст. – Но, по крайней мере, теперь мы знаем, что ты еще и дайя.
– Что? – не поняла Эни.
– Некоторые эвендины могут читать по эмоциям, так мы это называем. Делать это без спроса нельзя. Но ты, понятно, этого не знаешь и пока еще даже не контролируешь.
– Ты тоже так можешь? – тихо спросила Эни, на мгновение испугавшись, что он давно читает ее как открытую книгу.
– Я? Нет. Но я могу защищаться. Все могут, нас этому учат. Когда научишься управлять этим, используй с осторожностью. Чтение по эмоциям без разрешения считается серьезным оскорблением.
– Разве кто-то может такое разрешить? Это же все равно что заглянуть в душу, нет?
– Иногда разрешают. Например, когда один никак не может понять, что чувствует другой, – из-за этого случаются многие беды… Или на суде.
Эни кивнула. Ей было неловко, что она ненароком оскорбила Юста, но мысли об очередной необычной способности пришлось отогнать прочь, иначе они вновь привели бы ее к воспоминанию о словах Диоса.
К счастью, до них донеслись голоса, и вместо того, чтобы продолжить эту тему, Юст попросил:
– Позови Диоса. Я должен рассказать ему…
Однако прежде чем Эни успела встать, Диос пришел сам. Когда он увидел, что Юст очнулся, его лицо просветлело.
– Как ты, Юст?
– Живой. – Эвендин пристально посмотрел на него. – Чем я заслужил такое, интересно знать?
– Что, ранения? – Диос с беззаботным видом уселся на край кровати.
– Не ранения. Спасение.
Эни снова подумала о той невероятной силе, что совсем недавно пронзала дом, и тоже вопросительно посмотрела на Диоса.
Но он не собирался ничего объяснять.
– Не за все нужно предъявлять заслуги. Иногда что-то происходит просто потому, что происходит. Я не захотел тебя отпускать, а ты захотел остаться, и поэтому ты все еще здесь, чему я несказанно рад. – Диос улыбнулся, но тут же посерьезнел: – Это ведь не Осберт сотворил, верно?
– Они поцарапали меня немного. С ними девчонка, надо иметь ее в виду… Она гораздо умнее, чем те, с кем нам приходилось сталкиваться. Использовала стеклянное пламя – от человека я такого, понятно, не ожидал.
– Ясно. – Диос еще сильнее нахмурился. – Странно, что Магнус не предупредил о ней. Что было дальше?
– Я побежал в лес, другого выхода не было. К тому же я подумал, неплохо было бы показать им ильфитов, мы ведь говорили об этом… Поначалу все шло как надо, но потом… – Юст прикрыл глаза. – Я наткнулся на одного из инцариев.
Диос заметно напрягся.
– Кто это? – спросила Эни.
– Отмеченные особыми силами. Ильфиты бывают разные. Есть совсем слабые, которых можно победить одним ударом заговоренного меча, а есть те, что посильнее. Помнишь Паука Даргандэла?
Даже если бы Эни захотела, она не смогла бы забыть то леденящее чувство, что сковало ее, когда она увидела этого ильфита сначала в Тихом лесу, а затем во сне.
– Он тоже инцарий, – продолжил Диос. – Инцариев отличает четкий облик и высокий уровень магической силы. По иронии, обычно они выглядят не слишком страшно и во многом походят на людей или эвендинов. Но все инцарии очень сильны, одолеть их невероятно трудно. Паук, пожалуй, сильнейший, но Юст вряд ли столкнулся с ним…
– Да, это был не Паук, – подтвердил Юст. – Паука я, думаю, узнал бы, но тогда я не разговаривал бы сейчас с вами. Этот ильфит был немногим ниже меня, у него из-за спины торчали черные ветви, они походили на рога оленя… Я сразу заметил, что что-то не так: вокруг него вилась тьма ильфитов – мелких, почти незаметных. Он управлял ими, как хотел. Но на меня набросился сам. Я даже не заметил, что произошло… Просто в следующий момент понял, что истекаю кровью. Не знаю, откуда взял силы встать. А потом снова наткнулся на эту девчонку…
– Они пошли искать Осберта и наверняка шли по твоим следам, – задумчиво проговорил Диос. – Их счастье, что они не наткнулись на этого ильфита… Но дело плохо: инцарии еще никогда не подходили так близко к нам. Если не найдем его и не дадим отпор…
– Может, барьер выдержит.
– Может, но за барьером тоже живут люди. Ладно, тебе об этом беспокоиться не надо, приходи в себя и набирайся сил.
– Как это не надо? – запротестовал Юст. – Завтра я уже встану.
– Только попробуй, – строго проговорил Диос и поднялся на ноги. – То, что в тебе удержалась жизнь, еще не значит, что затянулись раны. Сейчас мы с Эни приведем Адаллу, и она будет с тобой столько, сколько сочтет нужным.
– Ты шутишь? – вытаращился на него Юст.
– А потом, – Диос словно его не слышал, – максимум, что ты будешь делать, – это объяснять Эни устройство воздушных струн. Ну, еще можешь в планировании поучаствовать, – великодушно разрешил он. – Остальное не обсуждается. Все. Жди, когда поправишься.
У Юста еще оставались возражения, но Диос уже шагнул к порогу комнаты и жестом велел Эни следовать за собой.
Они вышли из дома. По пути Эни заметила, что в столовой расположились Тард, Гильем и еще какие-то люди – они рассматривали что-то, лежавшее на столе, и бурно спорили. Кристина на кухне сердито гремела посудой.
– Пока они пытаются решить, что делать с подкреплением Готтрана, – объяснил Диос. – Скоро придется подкинуть им задачу посложнее. Инцарий бродит недалеко от барьера, Магнус молчит, и не ровен час эвендины все-таки бросят вызов Дориану из-за Алара…
Дождь уже кончился, но солнце выходить не спешило. Трава была мокрой и тускло поблескивала в приглушенном дневном свете.
– Куда мы идем? – спросила Эни.
– Туда, где ты уже была. Обычно мы собираемся там, но раз вы с Кристиной все узнали, а в доме нет лишних людей, я разрешил Темнокрылым устроиться поудобнее. Надеюсь, – Диос бросил на нее лукавый взгляд, – тебя как хозяйку Предгорья это не сердит.
– Ну, ты же не лорд Йоран, – пробормотала Эни, смутившись. – Значит, я – не леди…
– Ты по-прежнему считаешься его женой, так что Предгорье фактически твое. Йорана-то в живых нет.
Пока Эни пыталась переварить эту информацию, Диос привел ее к уже знакомой скале. Вход в пещеру оказался куда удобнее, чем та расщелина, через которую пролез лурго. Кроме того, его закрывала другая скала, поэтому, не зная наверняка, что здесь есть чье-то убежище, проход можно было и не найти.
– Есть еще пара входов – подземных, за пределами барьера, – сказал Диос, первым проходя внутрь и снимая со стены факел. Миг – и он вспыхнул ярким пламенем. – Поэтому мы присматриваем за этим местом. Обычно здесь ночует Юст.
– Но здесь холодно.
– Прохладно, но ему удобнее здесь, когда он хорошо себя чувствует. Эвендины любят спать на природе. Мало кто из них привык к человеческим домам. Но есть и такие, – предусмотрительно добавил он, видя, что Эни есть что сказать по этому поводу. – Впрочем, он был здесь не один… Не пугайся, ладно?
Они прошли в уже знакомый Эни зал, сейчас темный и тихий. За камнем она увидела пустую лежанку, кубок и несколько книг – видимо, именно здесь оставался Юст. Но Диос провел ее дальше, по широкому пещерному коридору. Слева оказалась комната, тесная из-за каменных нагромождений, а справа – проход, круто уходящий вниз. Длинноногий Диос легко шагнул туда и спустил Эни, обхватив ее за талию. Подземелье простиралось еще глубже, но туда они, к облегчению Эни, не пошли, а повернули налево и вскоре увидели небольшой грот, где лежал непонятный сверток.
Хотя Диос и сказал Эни не пугаться, совладать с собой было сложно. Когда сверток зашевелился и оттуда высунулась тонкая рука, ей стало по-настоящему жутко.
– Диос? – послышался хриплый голос.
– Я, Адалла.
– Любитель менять судьбы… Предвечных на тебя нет.
Фигура скинула покрывало и показалась полностью. Это был эвендин, но совсем не похожий на Юста.
Она была очень маленькой и невообразимо тонкой – казалось, ее слабые ручки, упирающиеся в холодные камни, вот-вот с треском сломаются, не выдержав усилий. Волосы тонкими нитями падали на хрупкие плечи. Смертельно бледное лицо треугольной формы наполовину закрывала толстая повязка – кто-то старательно завязал ей глаза. Когда существо задвигалось, Эни подумала, что оно похоже на уродливое дитя, которое бросили умирать от голода и холода.