Магия воздушных струн — страница 37 из 51

Эни лишь тихо пробормотала: «Извините», – на большее не хватило сил. Во-первых, когда она закончила игру, у нее появились смутные подозрения или, точнее, ощущения содеянного. Во-вторых, после такого мощного применения магии, да еще впервые за всю свою жизнь, она чувствовала себя усталой.

Диос заверил, что все в порядке, велел Дорте принести в комнату еды и попросил Эни быть здесь, пока он будет беседовать с Лирди. Следуя его указаниям, она занавесила окно шторами, с помощью магии зажгла свечи и приготовилась ждать. На душе было тревожно. Не навредит ли Диосу то, что она натворила? Как Лирди оказалась у Осберта? Зачем ее отправили в Предгорье?..

Тем временем Диос, тщательно завернувшись в плащ, встретил Лирди, провел ее через барьер и усадил в карету. Путь был совсем недолгим, но так девушка видела меньше, чем могла бы при пешей прогулке. Она была явно напряжена: за всю дорогу не проронила ни слова и даже не пыталась смотреть в окно. Судя по всему, ее задачей действительно был только разговор с лордом Йораном, что утешало.

Лирди провели в дом, который показался ей мрачным и неприятным. То ли дело замок Эрбелы или даже Тугарта! Ожидая лорда, она бегло осмотрела комнату, где ее оставили, и поморщилась. По ее мнению, это жилище более чем подходило злодею и мятежнику, дерзнувшему бросить вызов Готтрану.

Скрипнула дверь. Лирди машинально встала и поклонилась, надеясь, что успела придать своему лицу почтительное выражение.

– Сядь, – сухо бросил Диос, скрывавшийся под обличьем лорда Йорана, и опустился в кресло, небрежно закинув ногу на ногу. – И говори, зачем пришла.

Будь его воля, он принял бы девушку более приветливо: все-таки она была служанкой Магнуса, подругой Эни и, по-видимому, не сделала ничего дурного. Но они с Юстом, Гильемом и Эрнальдом заранее продумали, как лучше провести эту встречу, и пришли к выводу, что лорд в любом случае отнесся бы к гостье с подозрением. Она пришла ставить условия от имени власть имущих, и в этом свете ее служба Магнусу и дружба с Эни не имели особого значения. Вдобавок, хотя лорд и женился на служанке, было бы вдвойне странно, если бы он был снисходителен и к другим простолюдинам. В планы Темнокрылых не входило открывать истинную сущность Йорана – во всяком случае, сейчас.

Лирди послушно присела на краешек стула и произнесла чуть дрожащим голосом:

– Милорд, господин Осберт велел передать вам, что хотя требование, которое вы ранее получили в письме, остается в силе, они хотели бы встретиться с вами лично… Им совсем не хочется нападать на Предгорье…

– Они и не могут на него напасть, разве нет?

– Пока нет, милорд, но уверены, что смогут. Вы, должно быть, знаете, что к ним пришло подкрепление. Если Гении объединятся… – Лирди запнулась и прошептала, как советовала Алирия: – Милорд, мне не велели этого говорить, но, кажется, они намерены использовать свои силы, чтобы проложить дорогу через горы.

– То есть они хотят сровнять горы с землей? – Йоран недоверчиво хмыкнул.

– Может, и не сровнять… Просто сделать так, чтобы было легче пройти. Они нашли дорогу, но она сложная и опасная. Господин Осберт сказал, что если они объединятся, то, наверное, смогут расчистить путь.

Эта новость не могла не насторожить. Юст уже предвидел такой вариант. Решись Осберт на это – и потери будут значительными.

Однако на лице Йорана не отразилось и тени беспокойства.

– Где сейчас Магнус?

Лирди внутренне вздрогнула. Вопросов о Магнусе она боялась больше всего, потому что любые ответы на них были обречены стать бесстыдной ложью.

– Я не знаю, милорд, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я не получала от него вестей с тех пор, как он отправил меня сюда.

На самом деле Магнуса она не видела очень давно, хотя и продолжала убираться в его покоях последние месяцы. Она не была уверена, знал ли он вообще, что она больше не его служанка. Письмо, в котором Магнус якобы сообщал о ее отправке в Себлир, было подделано.

– А зачем он это сделал?

– Не знаю, милорд. Признаться, я сама… Я случайно услышала разговор о Себлире и спросила, не могу ли я поехать, чтобы увидеть Эни. – У Лирди комок встал в горле – правда, не от горечи разлуки с подругой, а от затаенного страха. – Лорд Магнус позволил и сказал, что позже я пойму, что делать. Я думаю, милорд, он намеревался что-то передать вам, но не захотел, потому что мне пришлось ехать с господином Ирмиэлем. Ему это, кажется, не понравилось.

Эту историю придумала Алирия, когда вникла в суть дела. Ее целью было снять подозрения с Лирди, чтобы ей позволили вернуться обратно к Осберту. Магнус определенно передавал Йорану какую-то информацию и не питал доверия ни к кому из приближенных Готтрана, поэтому приезд Лирди вполне можно было объяснить неудавшимся планом или досадной случайностью.

Йоран с минуту пристально смотрел на нее. Лирди старалась отвечать ему невинным взглядом и расстроенным личиком.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Передай Осберту, что я подумаю над его предложением.

Лорд встал, показывая, что разговор окончен. Лирди тоже поднялась на ноги.

– Милорд! – в волнении проговорила она сдавленным, несчастным голосом. – Могу я… Могу я увидеть Эни… Эндару?

Любой человек уверенно сказал бы: Лирди всем сердцем переживает за подругу и хочет ее увидеть, ради этого она проделала такой долгий путь. На самом же деле девушку терзали противоречивые чувства. Со слов Гениев она поняла, что Эни могли убить. Лирди надеялась, что все так и произошло, и одновременно боялась этого. Образ той Эни, которую она знала, после встречи с Тугартом смешался с другим, порочным и злобным.

– Разумеется, – сказал Йоран. – Эни очень просила об этом. Сейчас я велю ее позвать.

Лирди в растерянности замерла – и так и стояла, пока он выходил из комнаты, звал Дорте и отдавал приказание. Сердце билось медленно и тяжело. На прикрытую дверь она смотрела почти с ужасом.

Но вот дверь отворилась, и через порог переступила Эни. Ее вид и то, как резво она бросилась к ней в объятия, вызвали у Лирди новую, куда более мощную волну смятения. Воспоминания о разговоре с Тугартом поблекли, и страх вроде бы отступил. Это была прежняя Эни, и сколько Лирди ни вглядывалась в ее лицо, она не могла поверить, что эвендины выглядят так.

В точности как люди.

И все-таки возможно, что…

– Лирди! Я так рада. – Эни отпустила ее и улыбнулась. – Я и не думала, что снова тебя увижу!

Лирди удивилась, как легко ей удалось улыбнуться в ответ.

– Почему же? Разве ты не собиралась посещать королевские приемы? Ты же теперь леди.

Эни отступила и опустилась в кресло. Лирди снова внимательно ее осмотрела. Да, прежняя Эни. Только платье новое – незнакомое и, кажется, довольно дорогое, но и у нее самой сейчас ненамного хуже. И лицо необычное – просветлевшее, не утомленное тяжелой работой и без вечного страха сделать что-то не так.

– Я об этом не думала, – сказала Эни. – Я до последнего не верила, что лорд и правда меня полюбил. Думала, может, дело в чем-то другом.

– Но, похоже, тебе хорошо здесь?

– Да! – воскликнула Эни. – Я так счастлива, Лирди. Очень!

Лирди снова улыбнулась, но несколько скованно. Дом определенно не был роскошным, так откуда вдруг это счастье? Неужели лорд и правда влюбился в нее без памяти и она отвечала ему взаимностью? Если так, это было просто нечестно.

Ей невольно вспомнилось, как холоден был с ней Готтран, но Лирди быстро отогнала эти мысли. Ну нет, у нее тоже все хорошо. Просто отлично. Она служит самому королевскому советнику и выполняет важное поручение, а Эни просто сидит в захолустье с суровым лордом. И возможно, Тугарт все-таки окажется прав…

– Рада слышать, – сказала Лирди. – Ты была такой испуганной и так быстро уехала, я за тебя волновалась. – Она понизила голос и спросила еле слышно: – Лорд Йоран тебя не обижает?

– О нет, Лирди. Он очень… Он очень хороший, я так люблю его.

Лирди было невдомек, что, говоря о Йоране, Эни подразумевала Диоса, и она удивленно приподняла брови. Опасения медленно, но верно возвращались к ней. Даже если Тугарт подкинул им бредовую выдумку, любовь к мятежному лорду была как минимум странной.

– Но ты знаешь, зачем я здесь, Эни? Он, похоже, не хочет подчиняться королю Дориану.

– Не ему, а Готтрану, – возразила Эни.

Она и представить не могла, что этим простым ответом подписала себе приговор. Лирди разве что не передернуло. Отозваться о ее господине так, словно он преступник, – и как! – просто по имени! Страшно было представить, какие силы она за собой ощущала, если решалась на такое.

– Давай не будем об этом, Лирди, – сказала Эни незнакомым, совсем взрослым тоном. – Расскажи скорее, как твои дела? Что происходит в замке?

Лирди послушно рассказала о нескольких новостях, не без труда умолчав о главном: Ирмиэль строго-настрого запретил говорить, что она теперь служит Готтрану. Удовлетворив любопытство подруги, Лирди осторожно произнесла:

– Ты знаешь, до меня донесся такой жуткий слух! Будто оруженосец Йорана – это самый настоящий эвендин. Я до смерти перепугалась за тебя, когда услышала.

– Правда? – ответила Эни после короткой паузы. – Какой странный слух… Юст был очень славный, но я давно его не видела. Уверена, это неправда.

Так велел говорить Диос.

Подруга отметила заминку и поняла: Эни лжет. Ей известен этот секрет. Теперь не осталось сомнений, что она в сговоре с Йораном и неизвестно с кем еще.

Лирди хотела задать новый вопрос, но ее прервали. Дверь распахнулась, и в проеме возникла Кристина.

– Прошу прощения, миледи, – сказала она, – но посланницу уже ждут.

Эни заметно расстроилась.

– Я буду очень скучать. Приходи еще, если сможешь!

Она обняла Лирди, и та мужественно обняла ее в ответ.

Диос, вернувший свое обличье, но скрывавший лицо за капюшоном плаща, проводил ее обратно до самого барьера. Лирди не пыталась узнать, кто это: она спешила к Ирмиэлю. Как только Диос вместе с ней переступил границу и отпустил ее руку, девушка бросилась бежать со всех ног, не оглядываясь, чтобы поскорее сообщить новости.