– Для меня – нет!
– А для меня – да!
Было немного обидно слышать это. Не из-за каких-то сомнений в собственной привлекательности, их он вообще не испытывал. Просто странно, что она сначала проявляет такую заботу, а потом демонстративно отдаляется!
Однако Эрик решил не давить. В конце концов, ей тоже тяжело, пусть сама решает!
– Это твое право. Но если вдруг изменишь решение – я готов ждать… Да я и буду ждать, независимо от того, что ты сейчас скажешь.
Эрик развернулся, чтобы уйти, даже сделал несколько шагов, но почувствовал ее тонкие пальчики на своей руке.
– Подожди…
– Что еще?
– В оранжерею почти никто не ходит даже в рабочие дни. А сегодня, в выходной, вообще никто не придет, я уверена.
– И?
– Камер наблюдения тоже нет. Их проводка не выдерживает повышенную влажность воздуха. Получается, никто на базе не может увидеть, что происходит внутри, если только не стоит рядом.
– И? – повторил Эрик. Ему начинали нравиться новые интонации в ее голосе. Определенная дрожь слышится, но это совсем легкий страх. Основное решение она уже приняла.
– Останься…
– Ты уверена?
– Да.
Странности продолжали накапливаться. И под их влиянием Вика была уже в шаге от того, чтобы устроить шумный протест по поводу такого к себе отношения. Выходка с «заплывом» – уже плохо. Ну а то, что Ева попросила ничего не говорить Марку, – вообще верх наглости.
Нет, реально – ее собственному дяде! То есть его можно и нужно поберечь, оградить от этого, а Вику – использовать как вспомогательный инструмент!
Разборки хотелось устроить незамедлительно, как только они добрались до номера. Но сказалась необходимость возвращаться к Кате. Вещи ведь еще надо подсушить, чтобы отдать ей в приличном виде!
– Езжай, – сказала Ева. – Я буду тут. Никуда не денусь.
– Да неужели? Знаешь, в свете последних событий верится с трудом!
– Тогда верь с трудом. Но верь. Я буду долго в душе отмываться. Приедешь – поговорим.
Успокаивало только то, что топливо она и правда будет смывать с себя долго, здесь вариантов нет! Липкая пленка покрыла волосы черными пятнами, не факт, что даже шампунь справится с первого раза!
Уходя, Вика на всякий случай предупредила:
– Я скоро вернусь. Надеюсь застать тебя здесь! Да и вообще, Марк может приехать в любую минуту.
– Маловероятно. А ты меньше беспокойся.
По поводу Марка – права, скорее, Ева. Вряд ли он вернется раньше вечера. Придумал тоже…
У Евы завтра день рождения, ничего не готово, но это как-то само собой отошло на второй план.
Вика специально выехала пораньше, надеясь прибыть до конца смены Кати. Не самый честный шаг, ведь она пообещала взять ее с собой! Катя рассматривает это, скорее, как развлечение, она вряд ли подозревает, что происходит на самом деле.
Однако официантка явно о чем-то догадывалась. Она отпросилась с работы пораньше и сразу заявила Вике, что одну ее в отель не отпустит.
– От меня вообще избавиться тяжело, – усмехнулась она. – Нет, а правда: ты бы отступила на моем месте? Вдруг там сокровища?
– Тебе что, денег хочется?
– Мне увидеть их хочется!
– Тогда тебя скорее всего ждет разочарование, – покачала головой Вика. – Ева – не ведьма, хоть и похожа. Она не могла вот так взять и засечь клад, спрятанный под водой. Скорее всего, она видела, как коробку кидали, или заметила блеск через воду.
– Если она заметила блеск, это все-таки могут быть древние сокровища!
– В коробке с современным замком?
– Ай, да ну тебя! – обиделась официантка. – Портишь всю атмосферу «йо-хо-хо и бутылка рома»! Мы договорились, что я узнаю правду о находке. Вот я и еду узнавать!
Насчет «еду» – это она погорячилась. Час пик был в самом разгаре, а многие улочки и вовсе блокировали пешеходы. Поэтому девушки решили, что идти пешком будет удобнее и даже быстрее.
Вике было неспокойно из-за этого, но в то же время она понимала, что, если Ева собиралась удрать, ее уже нет в номере. А если она держит слово, то лишние двадцать минут ничего не решат.
Теоретически кто-то в отеле мог заметить, что все спутницы Вики сегодня почему-то приходят в одной и той же одежде. Но фактически никто на это внимания не обратил – или не подал вида. В дорогих отелях персонал старается избегать лишних вопросов.
Открывая дверь, Вика нервничала. Там ведь сейчас могло быть что угодно… от разобранной атомной бомбы до дохлого оленя. И не из-за металлической коробки, а просто потому, что Ева осталась без присмотра.
Но оказалось, что ее воображение слишком расшалилось. В номере было тихо, чисто и прохладно. Ева появилась из своей комнаты, только когда они заперли замок. Девочка все-таки отмыла волосы и теперь, закутанная в белый гостиничный халат, казалась нечеловечески бледной, как фарфоровая кукла.
– Вы долго, – только и произнесла она.
– Пробки на дорогах. Ну что, расскажешь, каким шестым чувством ты почуяла эту коробку?
– Я уложилась в одно из пяти основных – зрение. Если я не показываю, что слушаю вас, это не значит, что я вас на самом деле не слушаю.
– Это я как раз уже знаю, – вздохнула Вика. – И что?
– А то, что, пока вы разговаривали об этой Софи, я увидела ее. Точнее, увидела ту, кто может быть на нее похож. Один из официантов, работавших в зале кафе, указал на нее пальцем и что-то сказал бармену. Бармен поморщился. Это типичная реакция на того, кто начал дебош в кафе. Моя догадка была подтверждена.
– Как ты умудрилась следить за ней и одновременно наблюдать за залом кафе? – поразилась Катя.
Ее можно было понять – она ведь толком не знала Еву. А Вика знала, потому и не удивилась.
– Могу. Это несложно. Когда мне понадобилось подтверждение, я перевела взгляд на тех, кто мог его дать: зал кафе. Персонал помнит тех, кто устраивает истерики.
– Тоже верно, – признала официантка. – Тем более что произошло это совсем недавно, а дурында эта очень уж шумная… Ты стала следить за ней?
– Наблюдать. Я не была уверена, интересна она мне или нет. Но ничего более стоящего рядом не было. Я решила продолжить. Она зашла на яхту.
– Дорогую? – уточнила Катя и почти сразу смутилась: – Хотя какая разница…
– Там нет дешевых яхт. Дорогую. Какое-то время она была на виду, потом ушла. Я продолжила наблюдать.
– Зачем?
– Потому что у меня не было более интересного зрелища, – отрезала Ева. – Тогда я и увидела, как из окна вылетает коробка. Коробка утонула. Это было интересно. Бумага и дерево не тонут так быстро.
– Ты не боялась, что тебя заметят? Может, коробка случайно выпала и они бы тоже кинулись за ней!
– Нет. Коробка не может открыть иллюминатор. Не путай окно яхты и домашнее окно, на котором остывает пирог. Пирог может упасть. А это – переносной сейф. Он не прыгает.
– Логично, – фыркнула Вика. – Но… блин, ты рисковала!
– Нет.
– Там же яхты ходят!
– Они там не ходят, а стоят. Чтобы выйти из общего ряда, нужно двигаться очень медленно и осторожно. В данном случае человек маневренней.
– Хорошо, но тебя могли увидеть!
– Нет. Туда не смотрят. Я была хорошо прикрыта другими яхтами. Я большую часть времени держалась под водой. Ты говоришь ерунду.
Последняя фраза, пусть и произнесенная совершенно спокойно, показывала, что Еве начал надоедать спор. Поэтому Вика поспешила сменить тактику:
– Да без разницы уже, сделала и сделала! Давай попытаемся придумать, как открыть эту летающую фигню!
– Медлительность, с которой здоровые люди принимают решения и совершают действия, меня угнетает. Замок там был примитивный. Я давно его открыла.
– Слушай, ты вообще с какой планеты? – уставилась на нее Катя. – Или это… жертва тайных генетических экспериментов?!
– Можно и так сказать. Можно по-всякому сказать. Предлагаю заняться делами более полезными.
Ева привела их в свою комнату. Поверх ковра сейчас лежала наволочка одной из подушек, на которой девочка и разложила содержимое металлической коробки. Сама коробка тоже лежала неподалеку и выглядела совершенно ненужным хламом.
– Мечту о средневековых сокровищах все-таки придется оставить, – прокомментировала Вика.
Все, что лежало на белой ткани, вполне укладывалось в рамки современности. Какие-то бумаги, чуть подмоченные водой. Ключ на цепочке, слишком маленький, чтобы открывать помещение – скорее всего ключ от шкафа или небольшого сейфа. Маленький сверток из толстой коричневой бумаги. Три колбы из плотного стекла, наполненные белесой жидкостью и запечатанные. Магнитный пропуск – простая карточка без каких-либо опознавательных знаков.
– Это все, что там было? – полюбопытствовала Вика.
– Да.
– Негусто! Может, это и секретные штуки, но ничего дорогого среди них точно нет!
– Ты неправа. Ты не знаешь, что открывает ключ. А ключ тут не один.
Катя между тем взяла бумажный сверток и медленно, словно опасаясь взрыва, развернула его. Из-за неловкости и нерешительности движений она не смогла удержать небольшое колечко, выпавшее из обертки. Оно бесшумно приземлилось на ткань и теперь скромно поблескивало драгоценным камнем.
– Детское какое-то! – недоверчиво покосилась на украшение Катя. – Надо же!
– Почему сразу «детское»! Может, для девушки с тонкими пальцами!
– Тогда точно не для Софи! У этой пальцы – те еще сосисоны! Плюс ногти по пять сантиметров!
Пока они развлекались, Ева подняла кольцо и без труда надела на безымянный палец. Оно было ей великовато, но совсем чуть-чуть, не настолько, чтоб спадать.
– Это кольцо для меня, – тихо сказала она.
– Знаешь, его, наверное, лучше вернуть… – засомневалась Вика.
– Кому?
– Владельцу яхты.
– Вперед. Но вас уже обвинили в краже драгоценности один раз. Тогда – несправедливо. Сейчас вы сами дадите Софи шанс подставить вас. Вам уже никто не поверит. Совпадений не бывает. Вы этого хотите?
И как всегда – с ней не поспоришь. Если бы они принесли коробку, причем вскрытую, на яхту, вряд ли им удалось бы доказать, что они случайно нашли ее на дне.