– Но недостачи могут быть в результате воровства, – ответила Алиса.
– Воруют всякую мелочь по углам супермаркетов, – покачал я головой, – тут же речь идёт про хорошие вещи. Вряд ли владельцы такой силы будут скромничать. Таким образом образуется целый шлейф из аномалий вокруг хроноюзера.
Мама согласилась с моими доводами:
– Хорошо, что ты это понял прежде, чем произошло непоправимое. И что ты этим хотел сказать?
– Ну… – Я задумался, – поначалу я планировал вернуться в прошлое и взяв Уизела с собой, поехать сюда отдыхать, но теперь эта идея мне не кажется такой хорошей. Чтобы отслеживать аномалии, нужно иметь своих людей и анализировать большое количество информации. Скорее всего автоматически. В Нью-Йорке наблюдение плотное, в Лондоне его практически нет, как и во всей Европе.
Гермиона недоумённо переводила взгляд с меня на маму и обратно, ничего не понимая из нашего разговора. Она возмутилась:
– Эй, может быть, скажете, о чём вы тут секретничаете?
– О том, дорогая, – неожиданно мягко сказала ей маман, – что мы вернёмся в прошлое и придётся вернуть всё, что мы купили… к сожалению.
Я согласно кивнул:
– Придётся заняться шопингом в Европе и уже в чистовом варианте истории, теперь это занятие запрещено в повторах.
К слову, о шопинге… Шопинг – это странное занятие. Есть два типа людей – одни ходят по магазинам, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, купить вещи, которые им нравятся, обновить свою жизнь новыми вещами… Другие – чтобы просто соответствовать моде и статусу. Для первых по уровню вырабатываемых гормонов и мозговых импульсов, шопинг даже более приятен, чем секс, для вторых – это тяжкое бремя. Первые после суточного забега по магазинам чувствуют такую приятную усталость и душевный подъём… вторые же воспринимают это как тяжкое бремя. Их не заботит материальный мир и покупка чего либо – всего лишь обязанность.
И как нам всем повезло, что мы относимся к первой группе – для меня, мамы, Гермионы, поход по магазинам – это отдых и очень, очень приятное времяпровождение. Поэтому когда вывалили все вещи в гостиной – их набралось столько, что завален был весь пол, кровати, я ушёл в серую зону. Гермиона, держа меня под руку, ойкнула. Я начал откат – все вещи в гостиной мгновенно исчезли, заняв свои места в магазинах. Телепорт – и я выхожу в нашем маленьком гнёздышке в Англии. Гермиона удивлённо осматривалась по сторонам. Тут был большой, старомодный особняк, в который я вбухал колоссальное количество магии. Мама тут же отпустила мою руку – было видно, что находиться здесь ей не нравится…
– Мам? Что-то не так?
– Всё нормально, – она тряхнула гривой огненных волос, – просто я устала тут сидеть… здесь правда скучно одной.
- Ты не одна, – улыбочку, – к тому же, мы здесь ненадолго.
– Эй, я не понимаю, где мы? – Гермиона потеребила край своей одежды, – и о чём вы говорите?
– Видишь ли, – ей ответила маман, – это наш с Гарри дом. Так сказать, наша берлога, я купила её осенью, обставила, Гарри наложил защитные и бытовые заклинания… Тут было скучно сидеть целую осень. Теперь Гарри, что мы будем делать? Куда поедем?
Я посмотрел на них, особенно на Гермиону и слегка улыбнувшись ей ответил маме:
– Этот отдых продлится долго. Очень долго, если ты захочешь, то и год, так что не спеши. Просто расслабься, позволь себе тратить время на что угодно…
Гермиона выглядела так, словно на неё снизошло озарение:
– Так вот в чём дело! Вот почему ты такой умный, ты же просто учился во временных петлях! – она удивлённо посмотрела на меня, – и сколько ты там провёл?
– Много, Гермиона, очень много…
– И я узнаю об этом только сейчас? – она была даже немного зла, – Гарри, я так хочу поучиться подальше от Хогвартса!
Мама улыбнулась, приложив руку к щеке:
– Ой, как это фантастично! Ученица сама хочет тратить свой отдых на учёбу!
Я задумался. Это было ожидаемо, Гермиона – карьеристка, она не остановится ни перед чем. Вообще, если уж начал делить людей на два вида, то буду продолжать – женщины бывают двух типов – одни симбионты, другие самостоятельные. Симбионты относятся к себе как к какому-нибудь ценному призу. К примеру, если женщина два дня тратит на подготовку к свиданию и раздражается, если мужик не заметил этого, попрекает его тем, сколько она на подготовку потратила, а он… а он даже не заметил.
Тут следует дополнить – для симбионта жизнь без мужика неприемлема. Более того – симбионт относится к замужеству как к карьере, топ-симбионтки – это те, кто охмурил миллионеров и олигархов, или просто успешных мужиков, симбионтки среднего пошиба – нашли себе простого обывателя и семьянина, гоняя его в хвост и гриву, и дно – это вечно недовольные стервы, которые терроризируют несчастных мужчин, требуя больше и больше.
Для таких женщин замужество равносильно карьере, как я уже сказал, то есть весь смысл жизни – быть красивой, выскочить замуж, жить в симбиозе с мужем, горя не знать. Иногда растить детей и заниматься домашним хозяйством, но мечты, конечно же, о том, что будут слуги всё делать, а женщина – сидеть и лениться.
Второй тип женщин, прямо противоположный симбионткам – это самостоятельные. Они не нуждаются в мужике, более того, в семье нередко занимают лидирующие позиции, если мужчина слишком слаб. То, что муж зарабатывает больше неё – это вызов, то, что мужчина стремится сделать из неё симбионтку и заставить сидеть дома с детьми – оскорбление. Второй тип воспринимает семью, замужество, не как благоустройство жизни и главную цель, для них успех – это пре6жде всего личные достижения, а не достижения партнёра по симбиотическому союзу. Которого и нет, по сути, для таких женщин замужество – это секс и дружба. Такие женщины сухие, можно сказать, чёрствые, не столь женственны и эмоциональны, как первые, но в то же время, с ними у мужиков меньше проблем.
Хорошим примером такого союза может служить семья Грейнджеров. Оба родителя Гермионы – амбициозные стоматологи, оба работают в семейной клинике, великой любви между ними нет, они привыкли друг к другу и теперь не разбегаются из-за Гермионы, совместного бизнеса и просто в силу привычки друг к другу. Можно сказать, что они нашли друг друга.
Хороший пример симбионтки – это Молли Уизли. Женщина сидит дома, рожает одного за другим детей, пока муж работает. Она давит на мужа, чтобы он приносил больше денег, но сама даже не думает работать вне дома, хотя её дети уже взрослые и сидеть с ними не нужно, тем более, что в следующем году Джинни пойдёт в Хогвартс и дом будет пуст.
Налицо типичная симбионтка – эмоциональна, глуповата, видит смысл своей жизни в семье, готова тратить огромные силы на это, но не на то, чтобы устроиться на работу и достичь личных успехов. Для неё успех мужа – это успех семьи, а значит и её.
Ещё один странный пример – это Нарцисса Малфой. Женщина настолько сильно симбионтка, что она втемяшив себе в голову, что я её мужчина, помешалась на этом и теперь она тоже часть симбиотического союза со мной.
И вот такая получилась странная у меня семья. Мама – симбионт, говоря проще – домохозяйка, Гермиона – ярко выраженная карьеристка, Нарцисса – вторая домохозяйка. Причём отношения с Мамой и Нарси пока что секрет для всех, вообще, единственные нормальные отношения у меня с Гермионой, потому что ровесница и не близкая родственница.
К слову…
Гермиона удивлённо смотрела по сторонам и ходила по большой гостиной особняка, мама же давала указания домовикам.
– Кхм! – привлекаю внимание, – Гермиона, мама, можно вас отвлечь?
– Да, – Гермиона тут же подошла к спинке дивана напротив и посмотрела на меня, облокотившись, – что случилось?
– Сядь, и ты, мам, тоже. Я хочу кое-о-чём с вами поговорить.
Мама села первой, Гермиона рядом с ней. Заложив руки за спину и подумав о том, как неприятна может быть тема для разговора, я решил начать издалека:
– Мам, Гермион, вы наверное знаете, что маги в Англии немного неуважительно относятся к маглам…
– Ну да, – ответила мама, – Гарри, что-то случилось?
– Терпи, я дойду до темы чуть позже, – я сел, почему-то взволновавшись, – знаете, среди магов редко бывают одинокие и страдающие от отсутствия секса. Прежде всего потому, что есть маглы – среди магов не считается чем-то зазорным охмурить магла. Любовные зелья, даже заклинания, в особо запущенных случаях, внушения и так далее…
Гермиона поёжилась:
– Это же… отвратительно!
– Ну не скажи, – я слегка качнул головой, – в большинстве случаев да, хотя не только самцы хотят секса, знаешь ли. Среди одиноких девушек-магов тоже не считается зазорным охмурить себе мужика на ночь и напоив его афродизиаком, всю ночь стонать…
Гермиона порозовела в щёчках. Я же продолжил:
– Это обычная практика не только в Англии, но и во всём мире, как ни странно. Дело в том, что это способствует рождению детей с магическими способностями в простых, немагических семьях. Численность магов в мире столь мала, что в какой-то мере маги-мужчины даже должны этим заниматься, чтобы мы просто не вымерли и наши гены не стали достоянием истории…
Гермиона задумалась. Мама тоже.
– Это то понятно, но почему ты заговорил об этом только сейчас? – недоумённо спросила мама.
– Видишь ли, мне покзаалось, или я почувствовал что-то странное в магии Гермионы до того, как она поглотила ядро василиска. Это было что-то странное, вроде как я такое уже чувствовал, но это лёгкое дежа-вю…
– Постой, – Гермиона резко распахнула глаза, – ты хочешь сказать, что….
– Что кто-то из твоих родителей не твой родитель, – тут же ответил я, – скорее всего твой отец заблуждается…
– Мою маму… – она приложила руки к щекам, – изнасиловал какой-то маг? – во, начала злиться, аж кулачки сжала, – найду и убью мерзавца!
– Ша, Гермиона, успокойся, – я остановил её вспышку агрессии, от которой у неё глаза начали желтеть и превращаться в змеиные. Превращение резко остановилось и всё вернулось в норму.