– Нет, не всё, – отказался я, – к примеру, у меня не получилось написать даже самого завалящего хайку. Талант со знаком минус. Математический склад ума.
– Ну не скажи. Льюис Кэрролл был математиком и талантливым писателем.
Я оглядел Аки. В кимоно она выглядела очень… красиво. Просто таки чудо, а не девушка. Однако, наша перестрелка взглядами была прервана Маки, которая вышла из комнаты.
– Милуетесь, голубки? Что же не поцелуетесь? – ехидно спросила она, глядя на заливающуюся краской Аки. Кхм. Наверное, сделаю ещё одно отступление – японцы начинают отношения чуток раньше европейцев. По крайней мере возраст согласия тут – тринадцать лет и, грубо говоря, как раз в десять-двенадцать и происходят первые влюблённости, первые поцелуи и так далее, и тому подобное. Я качнулся вперёд и накрыл губы Аки своими. Уже умел, поэтому без сомнений поцеловал её. Аки-чан не сопротивлялась и через секунду уже забросила руки мне на плечи, а я положил руки на её талию. Несколько секунд длился нежный поцелуй, который Аки прервала первой, хихикнув:
– А это так здорово. Жаль, что ты уезжаешь.
– Если бы солнце светило постоянно – оно не было бы тёплым, – нашёл я приемлемую аналогию своей мысли, что бы не растекаться многословием, объясняя, что ежедневно я ей не буду нужен. И тем ценнее будет наша встреча. Аки скосила взгляд на Маки. Кузина стояла около стенки и щёки её подозрительно раскраснелись. Кхм. А ведь правда, за такой маньячкой-террористкой вряд ли кто-то из парней приударит. Так что, не исключаю, что Аки только что стала в сердечных делах опытнее Маки, которая старше её на пять лет. Я улыбнулся своей бывшей противнице:
– Маки-сан, что вы стоите там, как не родная? Подходи…
– Спасибо, я как-нибудь в другой раз поговорю.
– Нет-нет-нет, – возразил я, уже взяв её за руку, – пойдём.
Мы отошли в соседний коридор – точно такой же, как этот. Из окна открывался шикарный вид на сад и горы. Маки высвободила свою руку из моей и гневно спросила:
– Сколько можно? Тебе мало того, что ты меня победил?
– А? Нет, ты тут не при чём. Я просто люблю Аки и в таких условиях – будь на твоём месте сам Ямамото-сан, я бы и его победил. Не принимай близко к сердцу.
– Но ты же маг третьего ранга!? – то ли спросила, то ли обвинила она меня.
– Кхм… не совсем так, но это не играет ключевого значения, – я привалился к подоконнику. – Просто надо оттачивать своё мастерство. До тех пор, пока не будет получаться, потом ещё столько же, потом до тех пор, пока терпеть уже будет невозможно. Заклинания и движения в бою должны быть как слоги хайку – осмысленны, размеренны, точны и лаконичны.
Маки ухмыльнулась, сложив руки на груди:
– Будет меня ещё учить… – отвернулась. Я только улыбнулся: женская гордость – несокрушимей горы.
Я предложил Аки прогуляться напоследок. Маки оборвала наши планы:
– Стоять, мелочь! Деда сказал, что бы вы никуда не уходили. Или ты думал, – она с вызовом посмотрела на меня, – что все собрались тут только что бы посмотреть на бой?
– Я думал, да, – кивнул я в ответ, – а что, будет ещё что-то?
– Не знаю, совещаются, – она кивнула себе за спину, где была дверь в зал, – чувствую, что для тебя это будет важно! И для тебя, Аки-нэ.
Ну что же. Переглянувшись с Аки, я выслушал её версию – дед обломился и хочет всё-таки от меня избавиться. Маки подтвердила. И обе потребовали рассказать им, где я так научился драться и всё такое прочее. Пришлось объяснять всё одним словом – талантище ужас какой. Аж чуть-чуть пухну от таланта. Маки не поверила, а Аки этого было достаточно. Она взяла мою ладонь в свою и улыбнулась. Маки отвернулась. Кхм. Ещё и ревнует… ай-яй-яй! Надо ей парня найти. Причём срочно. Мы ждали, когда остальные выйдут. Я сел на подоконник, а Аки забралась ко мне на колени. Как раз окна в замке были такие узкие, что рядом поместиться мы не могли. То ли окна, то ли расширенные бойницы. Аки забралась на меня и, в обнимку, мы сидели. Я больше не лез целоваться, а Аки пробило на поговорить и она щебетала что-то о своём, о девичьем. Я слушал это краем уха. Кажется, она промыла косточки мальчикам из её класса, смутившись, перешла на девочек, потом рассказала про платья… оказывается, под юбками школьницы носят шортики, а не труселя, как в обычных школах – во избежание извращенских заскоков, вроде приподнять магией юбку проходящей мимо школьнице-чан. Потом перешла на личности, вплоть до Маки, пока Маки не окликнула её:
– Я всё слышу!
– Ой, – Аки улыбнулась смущённо, – я и забыла.
Дверь открылась. Из дверного проёма выглянула мама Аки и, заметив её и меня, вышла, плотно закрыв за собой дверь.
– Поттер! – она недовольно посмотрела, как Аки спрыгнула с меня и, порозовев, отошла в сторону.
– Да?
– Будем знакомы. Я Матсумото Хикэру, мама Аки-чан, – она хитро мне улыбнулась. Так улыбаются друзьям детей, смеясь над их невинными неуклюжими отношениями.
– Меня вы, судя по всему знаете. На всякий случай представлюсь: Генри Джеймс Поттер. Но все зовут меня Гарри, – я вежливо поклонился. Женщина улыбнулась ещё хитрее и шире:
– Вы произвели впечатление на моего дедушку. Признаться, я уже думала, где вас похоронят. Для мага третьего ранга поединок с пятым – суицид.
– Чушь, – отмахнулся я, – во-первых – у меня четвёртый ранг. Я скромничаю. А во-вторых, как вы видели, сила заклинаний – далеко не главное. Главное – мотивация, – я улыбнулся, увидев Аки, которая пыталась прошмыгнуть за спину матери.
– Что же, приглашаю вас сегодня на ужин к нам домой. Вы же скоро уезжаете?
– Именно, Хикэру-сан.
Хикэру оглянулась и протянула руку Аки:
– Мы уходим.
– Мам! – Аки топнула ногой. – Я не маленькая, что бы под руку с тобой ходить.
– А со своим молодым человеком? – хитро прищурилась Матсумото.
Последний день, проведённый в академии был наиболее полезным. Я купил себе смартфон, планшет и даже компьютер-браслет. А так же универсальные книги с кристаллом памяти. Деньги вывел с биржевых счетов. Я почти забыл, что во время обучения каждый новый цикл вносил деньги и делал правильные ставки. Только я перегонял деньги со счёта на счёт, не выводя ни единой йены. В результате за неполный месяц я заработал примерно сто тысяч йен. Магическая валюта от не-магической не отличалась. Пользовались йенами. Подделать их было проблематично из-за заклинаний и артефактов, определяющих подлинность. Это сыграло мне на руку – ведь я после перелёта обчистил карманы многих граждан. Но не трогал эти деньги – они были нужны, что бы не остаться ни с чем. И вот… повезло. Йены пригодились, я утроил своё состояние.
А так же – поужинал с семьёй Аки – её мамой, отчимом, дядей и его женой и дочерью – уже знакомой мне Маки. Я постарался придерживаться этикета в строгости.
А на следующий день получил в нагрузку книгу, про порталы и портальную магию перемещения. Для этого нужно было либо иметь маячок, либо хорошо знать, куда высаживаешься. Ну и очень детально изучить магию порталов. И я начал это делать в безвременье – разучивать заклинание. Через ноль часов и ноль минут заклинание было выучено и с успехом мною применено. Порталы – это магия пятого и выше рангов, четвёртый тупо не сможет открыть. И… у меня получалось! Правда, на первый раз недалеко. Но это уже пятый! Я на пике формы.
Проводы были недолгими. Я зашёл попрощаться домой к Аки. Её мама открыла дверь, и пригласила меня внутрь. Я зашёл. После крика «Гарри пришёл!» наверху что-то разбилось, упало, затопало, запыхтело и через минуты три из комнаты пулей вылетела Аки. Она остановилась на лестнице, заметив меня. Я всё так же сидел на чемодане, в своей дорожной одежде. Улыбался.
– Прекрасно выглядишь, Аки.
Она молча кивнула и не спеша спустилась по лестнице, подойдя ближе. Повесила голову:
– Уже всё? Пора прощаться?
– Похоже.
- Но ты ведь вернёшься? - с надеждой спросила она.
- Не знаю. Может быть. А может и нет.
У Аки глаза были на мокром месте:
- Но как так?
- Вот так, - я вздохнул, - думаю, нам пора расстаться.
- Но ведь я… - она была удивлена, причём очень.
- Аки, я живу в Англии. И нет, тебе туда лучше не уезжать. К тому же, разница между нами больше, чем может показаться.
Аки отвернулась и убежала. Я ещё пару секунд постоял рядом с дверью. Что ж, похоже, мне пора валить отсюда. Я открыл портал и отправился в Англию.
7. Ёжик в тумане
Вышел я на окраине Литтл-Уингинга. Портал захлопнулся перед моим носом и я увидел дорожку, за ней – старую заброшенную стройку. Непривычно вонючий, промозглый, сырой воздух ударил по обонянию. Бррр. Англия есть Англия, как её не крути. Собравшись с силами, я осмотрелся, накинув на себя простенькое заклинание ночного зрения. Мир немного выцвел, как это бывает при использовании этого заклинания. Перехватив поудобнее кейс, я пошёл в направлении городка. К сожалению, я не знал укромных мест в Лондоне – иначе бы ни за что не вышел в Литтл-Уингинге. Идти до шоссе было недолго – свернув вместо Уингинга на дорогу, я потопал вперёд. На поясе была кобура с пистолетом, так что опасаться мне было нечего и некого. Одинокий мальчик, бредущий по улице, не мог не заинтересовать проезжающих мимо водителей, но остановилась только одна машина. Передо мной, на обочине. Из неё вышла дородная такая женщина, полноватая, с добрым лицом. Я остановился.
– Мальчик, что ты здесь делаешь? Где твои родители?
– Убиты маньяком, десять лет назад, мэм. Я сирота. Но я понял вас – мои опекуны – преомерзительнейшие лица, поэтому я надеюсь провести время до отъезда в закрытую школу в Лондоне.
Она оказалась сбита с толку, но про родителей больше не спрашивала:
– Давай, забирайся в машину.
– Хорошо, мэм, – я улыбнулся про себя и открыл дверь новенького форда.
Меня подвезли до Лондона. Причём совершенно бесплатно. Миссис Баррингтон ехала домой от своего сына, который живёт в Сюррее. Графство примыкало к Лондону и ездить на работу в город было удобно, а цены на жильё не кусались. Миссис Баррингтон не умолкала всю дорогу.