Купе сразу стало местом паломничества всех первогодок, которые что-то искали. А я так надеялся вздремнуть, чтобы ночью отправиться исследовать Хогвартс! Однако, похоже, не судьба. И откатом во времени тут не обойдёшься. Первым ко мне заглянул рыжий мальчик, который увидев меня злобно на меня зыркнул:
– Это ты обидел мою маму!
– Оу, какая печаль, – съязвил я в ответ, – не буду говорить тривиальные вещи, вроде того, что она первая начала – просто иди в жопу. И дверь закрой.
Однако парень не закрыл дверь, он наоборот вошёл в купе и начал браваду по поводу своей крыши и того, как плохо мне теперь будет жить:
– Мои братья этого так не оставят! – закончил он свою речь.
– Закончил? А теперь – будь добр, заткнись, выйди и не мешай мне наслаждаться видом из окна.
Может быть, изменить это событие? Незаметно проскользнуть мимо рыжих? Нет, они вызывали у меня такое отвращение, что сразу было понятно – ждали именно Гарри Поттера. А это значит – хотели подружиться, значит, мне нужно действовать от обратного – стать их врагом. Тогда, была ли это их инициатива, или чья-то ещё, их план сорвётся. Рыбка сорвалась с крючка и повиляла хвостиком.
– Не игнорируй меня!
– Почему нет? – я зевнул, – давай уже, двигай, тебя, небось, твои братья заждались! – я нагло телекинезом вытолкал рыжика из купе, но он не сдавался и пытался добраться до меня, явно уже желая дать мне по лицу.
Все эти рыжие страсти и продлились бы, если бы к нам не подошёл Драко. Он услышал потасовку в коридоре и увидел меня, пытающегося отлепить от поручня рыжика.
– Генри, – Драко подошёл ближе, рядом с ним была… О, боги ты мои, я когда увидел её, даже выпустил машинально Уизли и засмотрелся – аж немного впал в ступор. Это же Идеальная девушка. Милое лицо, уже сейчас видно, что она будет невероятно красивой, тонкая, практически миниатюрная фигурка, маленькая, но уже не мальчишечья грудь под блузкой, лицо просто таки источало милоту и нежность. Это чудо света, а не девушка. Прямо стопроцентное попадание. Она заметила мой взгляд и слегка порозовела, опустив взгляд.
– Драко, – я отвлёкся от Рона, – не представишь меня своей очаровательной спутнице?
– Э? – Драко посмотрел то на девочку, или девушку, кому как удобнее, то на меня. Девушка тоже очень любопытно на меня посмотрела…
Стоп. Назад.
Стоп. Назад.
И так четырнадцать раз подряд.
Вот Драко представляет мне Дафну Гринграсс, из рода Гринграсс. Девушка делает лёгкий реверанс, но Уизел всё портит, нападая на меня сзади.
Вот Драко представляет мне её же, но я стараюсь быть с ней приветливее, делая комплимент и выражая полную симпатию. «Боже, какая красивая» – она розовеет от смущения…
Пятнадцатый раз. Я разворачиваюсь и вижу её. Девушку, рядом стоит Драко. Уизела я выпустил из захвата телекинеза. Девушку я осматриваю коротким оценивающим взглядом, не раздевающим, но достаточно холодным.
– Привет, Драко. Ты случайно не знаешь, что это за мальчик?
– Кто?
В следующее мгновение я слегка смещаюсь влево, насколько позволяет коридор вагона и быстрым движением руки вверх, к своему правому уху, впечатываю кулак в лицо бросившегося на меня рыжика. Тот получив удар, падает, а я киваю себе за спину:
– Вот это. Представляешь, мало того, что его невоспитанная мамаша меня начала поучать на платформе, так ещё и этот припёрся и начал грозиться своими братьями.
– А, – Драко скривился, – Уизли. Потомственные гриффиндорцы. Говорят, у них больше детей, чем они могут себе позволить.
Я оглянулся и заметил, что Уизли лежал, зажимая нос, из которого текла кровь. А нехило я прокачался в японской академии!
– И в чём причина?
– Это ты о чём?
– Ну, если бы у них было меньше детей, они бы смогли их воспитать лучше, и не было бы проблем с финансами… по крайней мере, таких проблем.
– Их мать, Молли, – Драко коротко посмотрел на свою спутницу, а потом на меня, – она немного двинутая на этой почве.
– И не только на этой, – я грустно вздохнул, – значит, ещё одного врага я себе нажил. Не то чтобы такая вражда красила – скорее вызывает недоумение. Кстати, Драко, не представишь мне свою спутницу? А то как-то невежливо получается, – я сделал вид, словно не раздевал её взглядом, и не был поражён ею в самое сердце только что, просто лёгкое любопытство пополам с данью вежливости.
– Ах, да, – кивнул Драко, – знакомься, это Дафна Гринграсс, старшая дочь семьи Гринграсс. Дафна, это Генри, мой знакомый.
– Очень приятно, – голос у Дафны был соответствующий её внешности. Я уже немножко начал понимать её типаж, но ещё не до конца.
– Может быть, пойдём в купе? А то налетят ещё эти рыжие, отбивайся от них потом…
Мы зашли в купе. Дафна явно очень заинтересовалась мной. Я вёл себя как крутой парень, для меня это было естественное амплуа, учитывая мои способности. Самоуверенность пополам с умением быстро реагировать и говорить нужные слова – сделали своё дело.
Да, я выбрал наилучшую стратегию знакомства с понравившейся мне девушкой. Я пробовал делать ей комплимент, или сразу спрашивать, как она относится, если я предложу ей свадьбу, пробовал всё, от явных признаков влюблённости до брезгливости. И последние имели наилучший эффект. Женская логика – загадка загадок.
Мы сели в купе. Тут тоже началось моя работа. Я хотел произвести на Дафну такое же мощное впечатление, как на Нарциссу, а нарцисса сейчас находится где-то между уважающей меня женщиной и полубезумной Блэк, которая хочет содрать с меня одежду и… ну, вы поняли. Честно говоря, я бы не сопротивлялся подобным педофилическим порывам с её стороны – уж больно она привлекательна.
Но тут тоже пришлось работать очень тонко, не менее тонко, чем раньше. Драко удачно спросил меня, научился ли я каким-либо заклинаниям в Японии. И я постарался на все сто! Нужно было показать что-то действительно впечатляющее, такое, чтобы затмило всех английских выпускников Хогвартса, включая Дамблдора. Но вот беда – я не опытнее старикашки. Поэтому обойдёмся лайт-версией. Благо, в японских учебниках я вычитал и выучил достаточно интересных и любопытных заклинаний, которые создавали просто как дань моде, ими было модно пользоваться. Сформировал над ладонью светлячок, после закрепил его структуру и наделил её псевдоматериальной составляющей – структура приняла вид небольшого пушистого котёнка. Нет, сперва, конечно, я показал что-то более тяжёлое и трудное, но судя по взгляду и эмоциям Гринграсс, мощное защитное заклинание её не впечатлило. Я перебрал три вида животных, но птичка или змейка её не впечатлили, вернее, не было видно в её глазах умиления. А вот котёнок – просто таки заставил сердце защемить, и это было хорошо. Эмоции – наше всё. Котёнок был маленький, пушистый, белый и светящийся, и совсем как настоящий. Он умел и сам бегать, и можно было использовать как ночничок, это очень модный вид ночника в Японии. Я погладил мурлыку за ушком и умилившись сам, передал его Дафне, которая смотрела на котёнка так, словно кошки – это мечта всей её жизни. Э, не, дорогая, мечтать будешь потом, когда переродишься в теле сильной и независимой женщины, а я хочу, чтобы ты меня гладила как того же котёнка!
Пока она тискала маленького засранца, я показал Драко ещё парочку интересных заклинаний – например, освежитель воздуха, который наполнил купе лёгким ароматом цветов и бриза, и файер-иллюзион – умение выводить в воздухе надписи, рисунки, с помощью одного только воображения – их можно было сделать самыми разными, к примеру, закрепить, или сделать мерцающими, или пылающими иллюзорным огнём. Для примера я написал в воздухе красивым шрифтом имя «Драко Малфой» белыми буквами и пририсовал змеи, обвивающие некоторые буквы. Это выглядело круто, наконец, привязал эту иллюзию к маленькой монетке.
– Вот, если кто возьмёт монетку, над ней появится твоё имя.
– А в чём смысл?
– Ну, например, так можно пометить свои вещи, или сделать любую другую надпись или рисунок, чтобы все увидели. Это заклинание отдалённо похоже на тёмную метку, только оно намного круче!
– Оу, а моё имя можешь написать? – попросила Дафна.
– Без проблем… так, Дафна-Дафна… – я задумался, какой шрифт лучше выбрать, – о, точно, – выбрал красивый каллиграфический шрифт. А дальше по подсказкам Дафны добавил туда обвивающую буквы розу, которая формировала часть изображения, и анимацию белого котёнка, который играет с цветками, нюхает их и трогает лапками. Динамическая иллюзия так понравилась Дафне, что она попросила наложить её на несколько вещей. Я без труда выполнил просьбу.
А дальше снова пришлось использовать время, потому что к нам зашла Гермиона и Драко с большим сомнением на неё посмотрел, выдав несколько нелицеприятных фраз о маглорождённых. Мягко говоря, нелицеприятных.
Поэтому сразу, как только я закончил с Иллюзией, спросил у Драко:
– Кстати, Драко, я хотел спросить, а неприязнь к маглорождённым это твоя позиция, или официальная позиция твоей семьи?
– Что ты имеешь в виду? – удивился Малфой.
– Ну, если ты читал книгу, то знаешь, что во всём мире вся эта хрень с чистокровными и маглорождёнными не в ходу. И как результат – у них гораздо больше сильных волшебников. Те же Дамблдор и Волдеморт – вообще полукровки.
– Ну… – Драко задумался, – я конечно подумал об этом, но не совсем понял, почему это происходит.
– Это просто. Видишь ли, ранг мага – очень случайная величина, но есть некая, очень слабая предрасположенность к рождению сильного потомка. Причём эта предрасположенность есть у всех людей – и у магов, и у маглов. То есть, предположим, что это пять процентов населения. Это получается пять процентов от магического и пять от магловского общества – соотношение одно и то же, один к ста, примерно. Сделаем поправку на то, что большинство магически-сильных людей в Англии уже умерли, их загрызли конкуренты, они погибли в войнах, то есть – сейчас в магическом мире есть, допустим, одна-две девушки, с которыми твои будущие дети будут по силе равны или сильнее Дамблдора, а в магловском мире таких девушек около миллиона. Миллиона, Драко, больше, чем людей в магической Британии вообще.