Гермиона посмотрела и кивнула:
– Охренеть.
– Да, теперь тебе можно хоть на фотомодель идти. Внешние данные есть, через пару лет все мальчики будут твои. Только пальчиком помани.
– Ну уж нет, – Гермиона неожиданно скривилась, надевая бюстгальтер, – я не такая.
– Знаю. Это я образно, всё же надеюсь, что ты найдёшь себе кого-то получше, чем какой-нибудь Уизли… хоть тот же Лонгботтом.
– А? Невилл?
– Да, твой единственный однокурсник. Свежеобретённые родители, кстати, он тоже страдает от комплексов из-за слишком властной бабушки… но вскоре это всё пройдёт. Парень умный и хороший семьянин. Такой будет тебя любить до одурения.
– Но он же… такой…
– А как выглядела ты? – я улыбнулся своим мыслям, – один боится своей тени, другая – сидит в углу с книжкой и боится с людьми говорить, всё бубнит про правила и законы. Все люди нарушают закон. Дамблдор, к примеру…
– Да ты что? И чем же наш директор тебе не угодил?
– Он легилименцией заставил Драко переспать с Дафной. Совращение малолетних – до двадцати лет Азкабана. Но во-первых – Драко и Дафна не были против, во-вторых – он защищал меня от Гринграсса, в третьих – никто не против, кроме Гринграсса, который и сам хорош. Так что это просто спустили на тормозах. За ним ещё много грешков, целый шлейф.
Гермиона задумалась:
– То, что он нарушает, не значит, что и нам можно.
– То, что он нарушает, и все остальные нарушают, значит, что правила – как личные убеждения. Есть законы, всё, что ими не запрещено – разрешено. Если твои действия не вредят невинным людям, то всё в порядке. Сегодня мы, к слову, подставили на крупную сумму страховую компанию, а не кучку бизнесменов. Страховщики, на мой взгляд, это форма мошенничества, так что никакой пощады не заслужили. Они получили от ТЦ страховых взносов на бОльшую сумму, так что фактически, никто не пострадал финансово.
Гермиона задумалась, кивнула:
– Мне понравилось… это странно, да? Гарри, что ты делаешь с людьми?
– Меняю, – я улыбнулся, – и мне это нравится! Оделась? Пойдём, провожу тебя до дома…
34. Бойцовский клуб
На второй день сюжет повторился. Деструкция –хороший способ избавиться от нервного напряжения. Я строил очень много, теперь выпускал пар, разрушая. Однако, на этот раз решил не тратить зря время, да и Гермионе нужно привести мысли в порядок. И я приступил к боевой магии, без постоянных тренировок маг ржавеет. Да, боевая специальность для меня второстепенна, но всё же, беззащитным быть не хотелось. И на этот раз я зажигал не по детски, теперь уже в безлюдном месте – на удалённой от глаз людей поляне. Африка. Место, где обитало много-много негритят, а так же немалое количество всякой магической живности. Из-за природно-слабого магического фона, здесь магия плохо восстанавливалась, да и маги были слабее, чем в Европе. Но всё равно, здесь можно было встретить разных противников, особенно – среди людей с автоматами. Местные банды и племена, со своими вождями и шаманами.
Африка как тренировочный полигон подходила неплохо, но теперь я откатывал время на два дня, до ночи, когда я проводил Гермиону домой, и работал. Работал.
Напротив меня стоял маг. Шестой ранг, юноша шестнадцати лет. Американец, по канонам американского футбола, вернее, регби, он был типичным «спортсменом» – мускулистый, но туповатый, с не отягощённым интеллектом лицом. На тренировочной площадке было множество заклинаний.
– Начнём, – парень ухмыльнулся и ринулся в атаку. Я не отставал и начал свои действия с того, что выставил щит белого хрусталя, который отклонил первую сверхскоростную магическую стрелу. Скорость реакции у меня была благодаря магии времени, отменной и двигаться мы начали одновременно.
Он атаковал яростно, мощными заклинаниями. Молот Гефеста – огромный огненный болид, который мог пробить большинство щитов, я не смог бы отклонить, вместо этого увернулся сам, хотя мне не хватало опыта против такого противника. Он вёл дуэль благодаря большему опыту. Мои уловки тут работали – лёд, пламя, пар, взрывные печати на земле, скоростные атаки… к ближнему бою переходить опасно, разорвёт. Он нагло ухмылялся и продолжал бесконечно атаковать меня. Цепи – мощные цепные заклинания, идущие целой очередью, разбивались о мой щит, уменьшая запасы маны просто с фантастической скоростью. И наконец, я решился пойти в атаку…
Скачком метнулся ему во фланг и взорвал разом все печати на земле, используя поднявшийся дым и пыль, атаковал цепью лезвий, после чего всё-таки использовал шестой уровень – Громовое Копьё, старое, но действенное заклинание. Кадис, уже более новое, пробившее его щит и наконец, удар паутиной, которая оплетала всё вокруг врага. Но от него разошлась в стороны волна огня, которая сожгла паутину и отбросила меня, едва успевшего закрыться щитом. Враг был неприступен, силён в ближнем бою и полагался на постоянные атаки в дальнем… сложный противник!
Меня уложили на лопатки очень быстро. Джеймс О’Донелл, так звали громилу, протянул мне руку с добродушной улыбкой:
– Сразу видно, паря, слабоват ты для шестого ранга. Быстро сдуваешься. Учиться и учиться, опыта нет совсем! Приходи завтра, хорошо? Начнём теорию.
– Э… Слушай, Джеймс, давай сегодня теорию, а завтра продолжим спарринги?
– Ну как хочешь, – Джеймс вздохнул, посмотрел на зал для спаррингов и подождав, пока я встану, начал чихвостить меня за ошибки… Ошибок у меня было предостаточно, как оказывается. Целая гора, единственное, что не давало мне слиться сразу же – реакция. Остальное – ниже плинтуса.
Несмотря на то, что потомок ирландских мигрантов был сильным бойцом как в ближнем, так и в дальнем бою, он отличался прямолинейной и крайне мощной манерой боя, больше подходящей не японскому магу, которые меня учили, а бойцу поля боя, который летит вперёд, снося могучими ударами врагов одного за другим. Джеймс был добрым парнем, с чуточкой латинской крови, мускулистым и горячим, не иначе как из-за наследственности.
И началась подготовка. У меня появились две главные возможности, которые позволяли повысить интенсивность тренировок. Во-первых – я мог лечить себя сам, мне не нужен был доктор. Во-вторых – я мог забирать жизненную энергию у джунглей, а это позволяло мне приводить себя в тонус довольно быстро вливанием жизненной энергии. Плюс у меня было время, спешить некуда. Можно и нужно – обстоятельно узнать Джеймса и его школу.
Школа эта находилась в США, в штате Коннектикут, занятия по боевой подготовке магов здесь стоили огромных денег, но я мог себе это позволить. Пока что, шестой ранг, стоил всего пять тысяч за час занятий, плюс мне не нужно было оплачивать весь курс. Но всё равно, пять тысяч мёртвых президентов за один час – это очень крутой заработок. Джеймс расходовал ману и поэтому вынужден был давать занятия реже. Я припас накопители, которые ему и отдал – в них было достаточно энергии, чтобы полностью зарядиться.
Кто бы что ни говорил, а бой – это в первую очередь умение тактически мыслить и правильно атаковать. Тут позиция Джеймса расходилась с японской – если в Японии от бойца требовали изобретательность, ловкость, применение своих способностей наиболее искусно, и считали это вершиной мастерства, то Джеймс считал, что в первую очередь боец должен быть мощным, сильным, и не давать врагу пробить свою защиту, при этом постоянно атакуя. Позиция Джеймса была более… рациональной. Он твёрдо стоял на ногах и был эдаким магическим танком, который имеет мощную броню и большую пушку. Японцы же – это скорее бой истребителей в небе – с множеством кульбитов и высшим пилотажем.
Я выслушал долгую теоретическую лекцию, записал её и поблагодарив Джеймса, вышел из его спортзала, в миру маскирующегося под обычный боксёрский клуб. На улице Бриджпорта была превосходная английская архитектура, мягкий климат, похожий на Англию. Слегка прохладный. Клуб находился в старом викторианском здании, около входа были наклеены плакаты, здание из красного кирпича, всё в нём так и кричало о старости и ретро-стиле бойцовских клубов сороковых. Впрочем, очарование момента разрушал красный внедорожник, стоящий у входа. Мягко говоря, у моего учителя странные вкусы, подобные машины не пользовались особой популярностью. То ли дело – моя. Я сменил облик на взрослый, теперь можно водить. На другой стороне улицы стояла моя Феррари Тестаросса. Превосходный, мощный автомобиль. Ну а что? Могу себе позволить, в конце концов, нужно было как-то справляться с нервным напряжением. А повторение одних и тех же действий сотни раз, вроде учёбы, очень сильно накапливали этот негатив. Я сел в неудобное сидение машины. Да, как бы дорога не была феррари, внутри было отнюдь не комфортно, это спорткар, а не семейный автомобиль. Сидение, руль, всё зажимало водителя, пространства минимум. И тем не менее, это удобнее, чем ламборгини, который мне предлагали – там вообще аут. Акробатические трюки при посадке в машину в мои приоритеты не входили. Феррари легко завелась, магическая машина была чудо как хороша. Пусть я и слабый маг, но зачаровать свою красную красавицу смогу.
Взревел двигатель, стрелки приборов пришли в движение, машина легко сдвинулась с места и поехала в сторону пригорода по дороге, а потом свернул на шоссе. Здесь не стоит нарушать правила, потому что Магический Сенат – это вам не Министерство Магии. Могут таких звиздюлей отвесить, что… в общем, здесь я чувствовал себя даже с хроноспособностью не во вседозволенности. Возможно поэтому тщательно соблюдал скоростной режим.
Только на шоссе можно было расслабиться и дать волю восьмисотсильному мотору выстрелить машину вперёд, по шоссе. До полутора сотен разогнался как по маслу. А дальше – доехав до укромного местечка, открыл большой портал и переехал в Англию, в столь же укромное местечко – гараж в моём дачном домике. Открыл дверь.
Эх, сегодня я уже всё выучил, что мог. Сегодня я могу как следует оторваться. Два дня не прошли для меня даром, я понял, насколько я слаб по мировым меркам. Когда вжимал педаль в пол, перед глазами стоял Джеймс, который огромным огненным молотом разбивал все мои попытки атаковать, а от его площадных атак нельзя было скрыться простым щитом и вертлявостью. Скорость, сила, вот что чувствует боец на старом танке, столкнувшись с танком принципиально нового поколения. Словно на Марк-1 вышел против современного челленджер-2. Его оружие было сокрушительным, а броня – защищала от всех моих атак. И какие бы уловки я не применял, он даже не сдвинулся с места и раскатал меня в тонкий блин. Блин.