– Что? – Вивьен снова увернулась от нюхательной соли и, взявшись за спинку тахты, медленно села, вспоминая о происшествии. – Но как же?..
Она удивленно посмотрела на свои пальцы и быстро сжала ладони в кулаки.
По мере того, как удавалось воспроизвести в памяти последние события, дышать ей становилось все сложнее. Наконец припомнив все, Вивьен выставила руки перед собой и поводила ими в разные стороны, не испытывая при этом ни малейшего затруднения. О злополучных событиях теперь свидетельствовали лишь пыльное платье и растрепанная прическа девушки. А ведь Вивьен была убеждена, что получила гораздо более сильные увечья. Как и Эдвард…
Вспомнив о женихе, девушка ахнула, закрыла рот ладонью и посмотрела на гувернантку с немым вопросом.
Мисс Шпилт поняла подопечную без слов.
– Милорда также удалось спасти, – ответила она сухо. – Но ему прилично досталось. Видимо, он как-то сумел оградить вас от взрыва. Собой.
– Нет. Не удалось, – прошептала Вивьен. – Но это не важно. Где он?
– Его увезли в больницу, дабы убедиться, что жизнь вне опасности. О, не стоит волноваться, уж милорда без внимания не оставят. Сейчас там, наверное, уже собрали всех лучших врачей. И только о вас так никто и не позаботился. Постановили, что серьезных травм нет, и уехали! Форменное безобразие.
– О боги… – Вивьен похолодела. Все четче она осознавала простую истину: – На нас напали, нас пытались убить.
Мисс Шпилт открыла рот, собираясь что-то сказать, но ее опередил уверенный мужской голос.
– Не вас убить, а лорда Файлоу, – наставительно проговорил незнакомец, вставая перед Вивьен. – И нападающим это практически удалось.
Мисс Бишоп подняла взгляд и нахмурилась. Она была уверена, что никогда не видела этого мужчину, но он разговаривал так, будто они давно представлены друг другу. Не могла же она забыть его? У нее всегда была отличная память на лица.
– Молчите? – тем временем продолжил незнакомец. – Жаль, мне бы хотелось услышать вашу версию событий.
– Я не понимаю. – Вивьен посмотрела на притихшую гувернантку. – Вы знаете этого человека, мисс Шпилт?
– Этого? – опомнилась женщина, меряя стоящего рядом мужчину презрительным взглядом. – Не знаю и знать не хотела бы. Но он настолько невоспитан, что все равно рвется поговорить, дорогая. Что взять с полисмагов? Они все ведут себя крайне недостойно. Видимо, хамить – это первое, чему их учат в академиях.
– Нас много чему учат. – У незнакомца был низкий голос, от звучания которого Вивьен становилось тревожно. А от его немигающего взгляда и вовсе кровь холодела в жилах. – Например, замечать очевидные странности на местах преступлений. Вы ведь совсем не пострадали, мисс, не так ли?
– Как вы смеете? – зашипела не хуже кошки мисс Шпилт. Выпрямившись и чуть развернувшись, она наполовину загородила собой Вивьен и заявила: – Не смейте приближаться к моей подопечной, пока НАШ лекарь не подтвердит, что ее состояние позволяет выслушивать вопиющие оскорбления и обвинения! Девушка пережила стресс! Этот невинный ангел оказался в центре ужасающих событий! У нее шок и полнейший упадок сил!
– Вот как? – Незнакомец неожиданно сделал шаг вперед и склонился к мисс Бишоп, глядя на нее как на подопытного кролика. – Значит, стресс?
Вивьен отрешенно отметила, какие черные у него глаза.
«Как омуты, – подумала она испуганно, – опасные, пугающие. Необычные».
Мужчина угнетал одним своим присутствием. Высокий, широкоплечий, небритый и хмурый, он производил самое нехорошее впечатление. Грубые черты лица и квадратный, сильно выпирающий подбородок убивали надежду на мягкость в характере. От полисмага исходила мощная сила, подавляющая и заставляющая чувствовать себя слабой, никчемной. Но… вместо того, чтобы испуганно отвернуться, Вивьен замерла, продолжая жадно его рассматривать.
Первое стремительное желание держаться подальше сменилось на другое, незнакомое и необъяснимое: ей захотелось узнать об этом человеке больше. Сейчас же. Немедленно! Кончики пальцев закололо от желания прикоснуться к мужчине, всем своим существом она почувствовала, что в нем есть глубина, до которой необходимо добраться.
Вивьен даже подалась вперед, мимолетом отмечая, как нагрелся медальон, обжигая нежную кожу под одеждой.
– Мисс Бишоп! – рявкнула ей на ухо гувернантка, и девушка, вздрогнув, вспомнила, что стоящий напротив полисмаг – враг, а не друг. Наваждение схлынуло, оставляя пустоту и легкую грусть.
– Вы хотите чем-то поделиться со мной? – тихо, почти ласково проговорил незнакомец. – Может, покаяться в чем-то?
«Магия, – поняла Вивьен, – несмотря на запрет, он пытается воздействовать на меня, внушая доверие! Негодяй!»
Прикрыв верхнюю половину лица ладонью, девушка наигранно всхлипнула и жалостливо попросила:
– Умоляю, мисс Шпилт, позовите лекаря. Мне кажется, я умираю от полученных травм.
– Это только кажется, – донеслось до нее язвительное замечание незнакомца. – Вы здоровы и полны сил.
– Вот и нет, – упрямо ответила Вивьен, картинно соскальзывая по спинке кушетки на бок, – сейчас потеряю сознание, так и знайте. Мисс Шпилт, узнайте имя этого человека. Мы должны понимать, кому вменить доведение меня до предсмертной агонии.
– Значит, настаиваете на плохом самочувствии и отсрочке допроса? – сурово спросил мужчина.
– А-ах, мое сердце, – простонала Вивьен, уже особо не притворяясь. От слова «допрос» и стальных ноток, появившихся в голосе говорившего, в ее груди и правда начался переполох.
– Вот видите, до чего вы довели бедняжку! – запричитала мисс Шпилт, принявшись суетиться над воспитанницей. – Ну-ну, дитя, сейчас я вам помогу подняться, и мы уедем из этого жуткого места, от этого безжалостного человека. Я отвезу вас домой, и туда же приедет ХОРОШИЙ лекарь. Он вас осмотрит и выпишет лечение. Не только от многочисленных синяков и травм, но и от душевных волнений, причиненных всякими тут…
– Что ж, будь по-вашему, – смилостивился мужчина. – Я вас отпущу. Сегодня. Но, учтите, я запрещаю мисс Бишоп покидать город, пока мы не обсудим произошедшее. Это ясно?
– Ясно, – тихо ответила гувернантка.
– Хам, – прошептала Вивьен практически беззвучно.
Уже через несколько секунд она об этом жалела, ведь полисмаг оказался не простым хамом, а отлично слышащим и злопамятным.
– Надеюсь, мисс Бишоп сумеет прийти в себя до завтра, потому что ровно в десять часов утра я жду ее в отделении, – сообщил он тоном, не терпящим возражений.
– Возмутительно, – тут же отозвалась мисс Шпилт. – Моя подопечная очень пострадала! И она не преступница, потому прекратите говорить с ней в подобном тоне! Дитя мое, успокойтесь, вы не поедете в это ужасное место! Ведь все понимают, что ваша репутация…
– Еще как поедет, – не согласился незнакомец. – Иначе я сам приеду к ней в дом с ордером и заберу в отделение под конвоем, хочет она того или нет. Думаю, такой расклад намного больше повредит ее репутации.
– Да кто вы такой? – убрав руку от лица, прошипела Вивьен. Захваченная водоворотом самых нехороших чувств, о роли умирающей она моментально позабыла. – По какому праву говорите подобное?! Вы не представились, не объяснили толком, чего хотите, но требуете от меня ответов. Мисс Шпилт, с кем мы вообще говорим? Может, это уличный шарлатан! Посмотрите, он и выглядит так, будто у него нет ни ванной, ни камердинера, способного привести вещи в порядок. Спросите у него документы.
– Вижу, вам лучше, – не преминул заметить незнакомец.
Его губы исказил оскал, слегка съехавший на сторону.
– Ах, дитя, вы не в себе, – вмешалась в диалог гувернантка, не позволяя Вивьен больше сказать ни слова, – пойдемте, дорогая. Сейчас же! Обопритесь на меня. Не стоит сейчас говорить с этим мужчиной и вообще с кем бы то ни было. У вас, кажется, жар…
– Завтра в десять! – холодно бросил вслед незнакомец. – Скажете на проходной, что вам назначено к мистеру Бруксу. Рекомендую не опаздывать! Поберегите остатки репутации.
– Леди не опаздывают, а задерживаются! – наставительно проговорила Вивьен, понимая, что нужно держать язык на замке, но не в силах сделать этого.
– Так то леди, – ответил негодяй, въедливый взгляд которого девушка чувствовала на своем затылке, – а я говорю о вас, мисс! Не опаздывайте, не то пожалеете.
– Неслыханно! Возмутительно! Просто мерзко! – возмущалась Вивьен, сидя в экипаже, нанятом гувернанткой. – Эдвард ранен, а со мной говорят как с преступницей! Что этот Брукс себе позволяет? Кто он такой и по какому праву?.. Мисс Шпилт, вы слушаете меня?
– Испытания даны нам, чтобы становиться сильнее, – задумчиво пробормотала женщина в ответ.
Чуть отодвинув занавеску, она внимательно смотрела в окно.
– Что там такого интересного? – спохватилась Вивьен и повторила манипуляции гувернантки.
Дальше все мысли о несносном грубияне-полисмаге и ранении жениха вылетели из головы девушки. Она изумленно смотрела на огромную толпу людей, собравшихся посреди площади святого Годрика. В их руках были плакаты с карикатурами, изображающими глумление магов над простыми людьми, лишенными дара! До слуха Вивьен стали доноситься страшные лозунги:
«Долой самоуправство магов!»
«Хватит терпеть, мы тоже люди!»
«Требуем справедливости и равноправия!»
– О боги, – прошептала девушка, возвращая занавеску на место и пересев на середину сиденья, – волнения добрались и до столицы.
– Все будет хорошо, – тихо проговорила мисс Шпилт. – Не нужно паники, дитя.
– Но разве вы не видите?! – поразилась Вивьен.
– Вижу, – согласилась гувернантка.
Вид у нее по-прежнему был слегка отсутствующий, будто мыслями она уплыла очень далеко. Ее зеленые глаза затуманились, на указательный палец свободной руки она принялась накручивать выбившийся из прически рыжий локон.
– Они ведь не могут поднять восстание? – спросила Вивьен, подавшись вперед. – Так? Не настолько эти люди глупы. На стороне его величества сила и власть, и…