В спальне создал видимость беспорядка, как если бы люди быстро перемещались, что-то роняли, опрокидывали, бросил подушку на ковер… Итак, картинка вырисовывалась чудесная: любовники поужинали, легли, но что-то пошло не так, кто-то что-то сказал, слово за слово, кто-то кого-то оскорбил, вскочили, поскандалили, она захотела выбежать, схватила сумку, он вырвал ее и выбросил за порог, хотела убежать, но мужчина не дал, он затащил ее обратно в квартиру, они снова наговорили друг другу много всего оскорбительного, опасного, после чего он, взбешенный, ушел.
Валентина на эмоциях отправила ему два сообщения в надежде, что он вернется, и они, возможно, помирятся… или, наоборот, расстанутся (проверить-то все равно теперь никто не сможет). Словом, она захотела, чтобы он вернулся непременно.
И он вернулся. Но вместо того чтобы как-то нормально поговорить, они снова разругались, и он в порыве злости или в ответ на ее пощечину, например, толкнул женщину, она ударилась об угол стола и умерла.
Вот такой ход событий, разгаданный следователями на основании всего увиденного и изученного, мог бы спасти Юрия. Но как все получится на самом деле, не знал никто.
А пока что он мчался на окраину Москвы, где в кафе «Карина-кебаб» его дожидалась Саша.
Там хотя бы все прошло по сценарию, и ее громкая фраза о том, что она ждет его уже целый час, как и планировалось, разбудила (!) толстяка Сами, молодого турка, сына хозяина Хусейна, целый день жарившего кебабы и к концу дня смертельно уставшего и желавшего только одного — выспаться. То есть алиби они с Сашей кое-как состряпали.
— И куда теперь? — спросила она, когда они, попрощавшись с Сами, уже закрывавшим кафе, сели в машину. — Что будем делать? Они же спросят, зачем я ждала тебя здесь целый час?
— Скажем, что мы знакомы давно, что ты моя клиентка. Вот и всё.
— А если станут проверять, спросят, что мешало мне вызвать другое такси, и поймут, наконец, что мы с тобой не просто знакомые? Если опросят моих соседей и те скажут, что видели тебя со мной?
— Если буду постоянно врать, будет еще хуже, — тихо застонал под тяжестью навалившейся на него черной безысходности Юрий. — Скажу, что я ухаживал за тобой. Что влюбился…
— Но тем самым ты подпишешь себе приговор! — Саша с силой шлепнула его по руке. — Не смей!
— Ладно, поехали. Отвезу тебя домой, а сам вернусь к себе. Сейчас Валю уже, думаю, нашли, там полиция… Поедут за мной. Хотя нет, я еще какое-то время поработаю… Пусть меня поищут.
Саша пристегнулась и теперь молча сидела, глядя вперед на сверкающую огнями ночную Москву. Вот о чем она думала?
— Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Она промолчала в ответ.
— Саша, как тебе вообще пришла в голову мысль следить за моей женой, а потом отправить меня туда, чтобы я застал их вместе?
— Что-о-о-о? — вдруг вскричала она. — Ты так подумал?
— Вот интересно, а что еще я мог подумать, увидев вместо твоего врага Виктора свою жену в объятиях любовника? Ты что, решила ускорить наш развод? И вообще, если честно, то я вообще уже ничего не понимаю! Ты что, с самого начала придумала про какого-то там жирного Виктора, который домогается тебя, который забрал все ваши деньги… Ты придумала это еще тогда, когда я привез тебя на дачу? У меня сейчас и без того голова кругом, меня могут посадить, и всё, что сейчас со мной происходит, похоже на кошмарный затянувшийся сон…
— Нет, я придумала это задолго до того, как села в твою машину.
— Что-о-о? — Он медленно повернул к ней голову. — Что ты сказала?
— Смотри на дорогу! — приказала она, и он резко нажал на тормоз…
15. Август 2024 г
Женя
В тот вечер все мужчины выпили много. Но не сказать что сильно опьянели, их спасла закуска и мясо. Сначала, пока жарили шашлык, расположились вокруг мангала, разговаривали, спорили.
Присоединился к ним и Петр. Удивительное дело, но он после ухода жены просто расцвел, помолодел! Он был счастлив, потому что уже не ждал возвращения той, что так долго отравляла ему жизнь, мучила его, заставляла страдать. И теперь, когда его жизнь была наполнена заботами о маленькой дочери и параллельно этому он с удовольствием занимался благотворительностью, ему хотелось приобщиться и к делам брата. Он иногда осторожно подключался к разговору, давал дельные советы и чувствовал себя причастным к расследованию убийства.
Конечно, в центре этого вечера, как всем казалось, был Хованский. Он, к счастью, успел выспаться перед приездом хозяина, пришел в себя и мог уже более адекватно отвечать на вопросы. И судя по тому, что он в очередной раз рассказал, его подставили, причем грубо.
Женя, слушая его, сделала вывод, что убийство Валентины Троицкой было незапланированным, иначе как мог убийца понадеяться на то, что его с трупом на руках никто и нигде не заметит. Возможно, это никакое и не убийство, а несчастный случай, но рисковать убийце не хотелось, к тому же он точно знал, кого хочет подставить, кому испортить жизнь. И все, ну просто все указывало на то, что Валентину убил муж.
Однако люди Реброва прокатились в кафе «Карина-кебаб», где в ту роковую ночь Юрий Еремеев как раз в то время, как была убита его жена, встречался со своей знакомой, постоянной клиенткой Александрой Борисовой.
Нашли и саму Борисову, которая подтвердила, что да, она встретилась с Еремеевым в кафе поздно ночью, что опоздала на целый час, но Юрий не злился, поскольку у него появилась возможность закусить горячими турецкими кебабами.
Отследить машину Еремеева не получилось. И если это он убил свою жену и обеспечил себе алиби, предположил, кстати, Петр, то он мог добираться на своей машине, предварительно испачкав номера. Как бы то ни было, но в деле, помимо свидетельницы Борисовой, появился и вполне себе конкретный свидетель, сын хозяина кафе по имени Сами, турок, который дал вполне четкие показания, которые обеспечили Еремееву отличное алиби.
Ребров рассказал, что по результатам экспертизы можно сделать вывод, что у жертвы незадолго до смерти был половой акт. Содержимое желудка полностью совпадает с тем набором продуктов, которые были найдены на месте преступления (вернее, на месте, где был обнаружен труп). Что указывает на то, что женщина на самом деле ужинала в квартире на улице Добролюбова в компании Хованского. И задержали его там же. И сообщения, отправленные с телефона жертвы, указывали на то, что он был груб с ней, возможно, избивал.
Но Женя не поверила, конечно, этим эсэмэскам, понятно же было, что все это писалось специально для тех, кто будет расследовать это дело. Что следователи будут по крупицам собирать улики, любую информацию, чтобы в конечном счете составить психологический профиль убийцы и того, кто пока еще только подозревается в убийстве.
Пока жарилось мясо и мужчины разговаривали рядом с мангалом, а Галина Петровна приносила на веранду последние закуски, из поля зрения Жени, которая все контролировала на правах хозяйки, исчезла девушка по имени Тамара. И не было пока возможности поговорить с мужем, выяснить, каким боком она-то здесь. Какое отношение имеет к этому делу?
Вытянула из компании сначала Реброва, спросила, он понятия не имел, кто она такая. Позвала Журавлева под предлогом, что, мол, надо помочь принести из кладовой тяжелый ящик (правда, непонятно с чем), спросила про Тамару, но Павел, пользуясь моментом, пока они были вдвоем на кухне, привлек ее к себе и поцеловал. Улыбка не сходила с его лица, он словно что-то задумал.
— Я не за этим пригласила тебя. В нашем доме появилась какая-то девица с красными губами. Кто она такая?
— Понятия не имею, — повторил он слово в слово ответ Реброва. — Может, просто приглянулась Борису.
Она расстроилась. Зачем он так? Что здесь смешного? Злится на нее? За что?
В это время Борис вообще оказался в центре внимания, он просто завалил Хованского вопросами, и прервать его было невозможно. Оставалось одно — найти эту особу в доме. Но где она могла быть? Комнату ей никто не отводил, не провожал. Галина Петровна видела ее только мельком. Борис вместо того, чтобы объяснить Жене, кто она такая и почему будет жить здесь, как он выразился, помогая гостье выйти из машины, тоже как будто бы забыл про нее. Между тем где-то в холле Женя заметила маленький красный чемодан, который тоже потом куда-то исчез, пока она бегала из кухни на веранду и к мангалу.
И Женя пошла искать девушку. Как это она будет здесь жить? Что это еще за новости? И почему он мне ничего не объяснил? Кто она такая, в конце-то концов?
Женя двигалась по коридору первого этажа, заглядывая во все комнаты, даже проверила детскую, где мирно спали Миша и няня Соня, — гостьи нигде не было.
Вышла в зимний сад — тишина, темно. Женя включила свет, обошла ряды растений — никого. Выключила свет, отправилась в сад, довольно хорошо освещенный в ночное время. Надеялась найти Тамару на качелях. Но нет! Ее и там не было. Так куда же она могла подеваться? Ну, не приснилась же она!
Было еще две комнаты — ее личный кабинет, но она его запирала с тех пор, как в доме появился садовник.
Садовник! А что, если она, эта Тамара, сейчас любезничает с садовником?
Как его зовут? Кажется, Сергей? Такой красивый великан в комбинезоне, молчаливый и работящий. Просто идеальный садовник. Может, он вообще немой? Хотя нет, как-то он ответил ей на ее приветствие.
Да и поздно уже, Сергей наверняка крепко спит, он много работает.
Женя открыла дверь супружеской спальни и чуть не закричала от охватившего ее ужаса, когда увидела там Тамару, копающуюся в верхнем ящике комода, там, где Женя хранила свое белье!
— Ты чего здесь делаешь? — воскликнула она, и от волнения у нее запершило в горле.
Обращаться на «вы» к этой пигалице, которая нагло пробралась в спальню хозяев, а теперь еще и роющейся в ее трусах? Ну уж дудки!
— Ой, Евгения… Простите, пожалуйста. Я искала влажные салфетки, где-то руку испачкала, у вас везде такая пыль…