В общем, загружаюсь я по полной. Ворочаюсь, не могу заснуть, иду на кухню выпить воды, возвращаюсь, и всё равно ничего не получается. Задрёмываю только под утро и, естественно, спустя пару часов встаю уставшая и невыспавшаяся.
Впрочем, не у одной меня, похоже, была тяжёлая ночь, потому что на кухне меня встречает мрачный мужчина с синяками под глазами. Магнитные бури сегодня, что ли? Или снег пошёл, погода поменялась?
— Доброе утро, — с трудом заставляю себя сказать, потому что это даже близко не так.
— Доброе, — меня обжигают взглядом и отворачиваются.
Мысленно машу рукой и решаю плюнуть на непонятное недовольство. Не я ему настроение портила, не мне его и исправлять. Поэтому просто наливаю себе чай и сажусь за стол, силясь продрать глаза и проснуться, наконец.
— Ольга, Косте по графику прививку пора ставить, — обращается ко мне шеф после нескольких минут молчания. — После школы привезите его в клинику.
Мы оба смотрим за окно. Наш с Костей «побег» на улицу состоялся очень вовремя: температура быстро изменилась, и остаток ночи шёл ледяной дождь. А сейчас опять валит снег. Теперь там то ли сугробы подо льдом, то ли лёд под сугробами. Короче, ужас. На дорогах сегодня будет чёрте что.
— Хорошо, я поняла, — киваю мужчине, и он опять отворачивается.
О планах я сообщаю мальчику, когда забираю его из школы. Костю перспектива укола не радует от слова совсем, кроме того ребёнок явно не выспался и устал, поэтому мне приходится урезонивать и успокаивать его всю дорогу до клиники.
— Я не пойду, — в конце концов заявляет мне Костя, когда мы уже подходим к широкому крыльцу под козырьком.
Глаза у него на мокром месте, и я притормаживаю, присев рядом с ним на корточки.
— Милый, ну это же не так страшно, как ты думаешь!
— Всё равно не пойду, — ребёнок шмыгает носом, и губы у него начинают дрожать.
Будь моя воля, я бы отложила это всё. Мы устали, погода ужасная, настроение ни к чёрту. Ну и сделали бы эту прививку через пару дней. Встаю и отхожу от мальчика на пару шагов, задумчиво смотрю в серое небо. Может, пойти к Кудинову и объяснить ему, что сегодня неудачный момент… Или не стоит идти у ребёнка на поводу?
Рассеянно скольжу взглядом по зданию клиники и вдруг, как в замедленной съёмке, вижу, что с крыши срывается широкий снежный пласт. Падает на козырёк, сдвигая налипшую на нём ледяную массу, и всё это начинает скользить вниз…
— Костя!
Рывком бросаюсь вперёд, подворачиваю ногу на льду, который сегодня везде. Щиколотку пронзает острая боль, но успеваю, наклонившись, оттолкнуть мальчика в сторону.
Удар принимают на себя плечо и часть спины, я, пошатнувшись, теряю равновесие и оседаю на тротуар.
— Оля! — с двух сторон кричат мне.
Один голос Кости, второй… А, это же Юра. Водитель подбегает ко мне, но я смотрю только на плачущего ребёнка.
— Милый, не надо так переживать, со мной всё в порядке, — говорю, стараясь не морщиться.
Болит нога, болит плечо, немного саднит спину. Куртка смягчила удар, но синяк наверняка будет грандиозный. Повезло ещё, что это не острые сосульки, и что прилетело не по голове.
— Я просто немного ушиблась, но всё хорошо, — продолжаю успокаивать мальчика.
— Тебе не больно? — всхлипывает Костя.
— Совсем чуть-чуть, — с усилием улыбаюсь.
— Оль, тебе помочь встать? — вокруг меня суетится Юра, явно не зная, что делать.
— Не надо, Юр, лучше позови кого-нибудь из клиники, я, кажется, ногу повредила, — говорю ему негромко. — И отведи Костю к Демьяну Аркадьевичу, нечего ему тут мёрзнуть.
— Давай, парень, идём быстрей, надо, чтобы Оле помогли, — Юра протягивает Косте руку, а тот вдруг, вытерев нос рукавом, срывается и сам бежит внутрь.
Водитель торопится за ним, но его чуть не сбивает распахнувшейся настежь дверью.
— Оля?!
Ко мне подскакивает Кудинов в одной рубашке, за ним маячит замурзанная Костина мордашка. Быстро он…
— Где больно? — спрашивает мужчина, опускаясь рядом со мной.
— Щиколотка, — очень хочется заплакать, но я сдерживаюсь, опасаясь, что напугаю Костю, — Плечо, спина.
— Что случилось? Плечо со спиной почему?
— Пап, на Олю снег свалился сверху, — выпаливает Костя прежде, чем я успеваю объяснить. — Она меня толкнула, а на неё упало.
— Костя, открой дверь и подержи, — оглянувшись на сына, говорит шеф, просовывает руку под мои колени, второй придерживает за спину. — Обхватите меня за шею. Можете?
— Да, — поднимаю руки, обнимаю его и слегка шиплю от боли в плече.
— Потерпите чуть-чуть! — он встаёт со мной на руках и осторожно несёт внутрь. — Травматолога сюда, быстро! — повышает голос, оказавшись внутри.
Глава 9
Демьян Аркадьевич относит меня в ближайший кабинет, усаживает на кушетку. Я расстёгиваю куртку.
— Давайте помогу, — он аккуратно вытаскивает мне руки из рукавов, стараясь не потревожить больное плечо. — Свитер тоже надо снять!
— Спасибо, это я уже сама, — пытаюсь отползти по кушетке в сторону, но меня тут же ловят.
— Оля, перестаньте, — качает головой мужчина.
Собираюсь начать возражать, но тут в кабинет торопливо заходит врач в зелёном медицинском костюме, за ним женщина в белом халате, наверное, медсестра.
— Что тут у нас такое? — подходит ко мне. — Рассказывайте, что произошло?
— На меня снег со льдом с крыши свалились, а ещё я ногу подвернула, — шмыгнув носом, сообщаю доктору.
— Демьян Аркадьевич, — мужчина оборачивается к моему боссу, — вы бы решили вопрос со снегом. Подсудное ведь дело!
Тот мрачно кивает, смотрит на мою больную конечность свирепым взглядом.
— Уволю к чертям собачьим! — рычит и выносится из кабинета.
— Ну вот, а теперь давайте смотреть ваши травмы, — врач кивает медсестре, и та начинает помогать мне раздеваться.
Спустя полчаса меня выкатывают в коридор на коляске. Здоровенную ссадину на спине обработали, на ушибленном плече придерживаю пакет со специальным льдом, нога туго забинтована — вывиха нет, но растяжение я заработала. Травматолог сказал, что пару дней надо будет делать холодные компрессы, а потом тёплые. Тогда же и ходить смогу.
— Оля! — возле ресепшен меня встречает Костя. — Мне папа сказал тебя здесь ждать! Он сейчас придёт, и мы домой поедем!
— Ясно, — собираюсь встать с коляски, но меня останавливает медсестра.
— Не вставайте! Вам нельзя пока!
— А как же я до машины…
— Ольга, вы же слышали, вам нельзя вставать, — в поле моего зрения появляется сердитый Кудинов. — Сейчас отнесу вас. Костя, прививка пока отменяется, не до того.
Мальчик сначала расплывается в улыбке, а потом смотрит на меня и вдруг хмурится.
— Нет, пап, — качает головой. — Давай сегодня. Я не хотел идти. Это из-за меня на Олю снег упал.
— Милый, ты тут совершенно ни при чём! — торопливо говорю, притягивая его к себе и обнимая за плечи. — Но решение правильное. Смысл тянуть? Просто сделай, и всё! А то придётся ждать и переживать.
Костя вздыхает и неуверенно смотрит на отца.
— Идём, я тебя отведу, — мужчина протягивает ему руку. — Ольга, подождите нас немного.
— Конечно, — киваю и ободряюще улыбаюсь ребёнку.
Спустя десять минут довольный Костя показывает мне игрушку, которую ему дали за храбрость. Демьян Аркадьевич пресекает все мои попытки встать и несёт к машине на руках, а потом так же на руках доносит до квартиры. Мне уже до того неловко, что сил нет на него глаза поднять, да только это оказывается не конец.
— Костя, — серьёзно обращается к сыну мой босс, — ты давай, как взрослый, сделай всё сам — переоденься, руки помой. А я помогу Оле, она сейчас сама не справится.
— Ага, — ребёнок скидывает ботинки, куртку и уносится к себе в комнату.
— Я справлюсь, — возражаю мужчине, на всякий случай вжимаясь в спинку диванчика, стоящего в коридоре, на который меня опустили минуту назад.
— Ольга, не глупите, у вас плечо болит, ногу напрягать нельзя — вы даже раздеться сами не сможете, — он опять подхватывает меня на руки.
— Куда?..
— Ко мне в ванную, — отвечает спокойно.
— Не надо! — начинаю дёргаться в его руках.
— Тихо, иначе уроню вас ещё! — меня прижимают крепче.
— Почему именно к вам?
— Просторная душевая, места много.
Мужчина со мной на руках проходит через свою спальню и осторожно опускает меня на табурет в большой ванной комнате.
— Так, сейчас держитесь за мои плечи и аккуратно встаёте на здоровую ногу, понятно? — спрашивает, опускаясь вниз и упираясь одним коленом в пол.
— Зачем? — делаю, что сказано, и тут он… берёт и начинает расстёгивать мои джинсы!
Взвизгнув, падаю обратно на стул.
— Оля! Вы что творите? Хотите вторую ногу повредить?!
— Демьян Аркадьевич! — меня начинает потряхивать. — Я сама смогу! Честное слово!
— Оля, ну хватит, ладно? — он пытается поймать мой взгляд, а я упорно отвожу глаза. — Вы же разумная девушка. Успокойтесь. И вообще, я всё-таки медицинский закончил. Воспринимайте меня, как врача.
— Вы закончили медицинский? — смотрю на него удивлённо.
— Да, — мужчина кивает. — Только по специальности работать не стал, в бизнес ушёл.
— А почему?
— Сначала вы разрешаете мне вам помочь, а потом я расскажу, — он прищуривается.
Помедлив, встаю.
— Вот на что вас можно поймать, на любопытство, — усмехается Демьян Аркадьевич, помогая мне стянуть джинсы. — Садитесь теперь обратно.
Снимает штанину с одной ноги, затем — очень осторожно — со второй, повреждённой.
— Руки вверх поднимите, — голос у него начинает звучать как-то по-другому.
— Плечо больно, — жалуюсь ему. — Не могу до конца поднять.
— Ладно, тогда давайте так, — он просовывает ладони мне под свитер, растягивает, помогая вытащить сначала здоровую руку, потом голову, и только потом уже больную.
— Я везунчик, — говорит вдруг, глядя на меня и улыбаясь. — Вы мне обещали, что я этого больше никогда не увижу.