— Добрый день, — поздоровалась я с посетительницей, пропуская ее перед собой в кабинет. — Чем могу быть вам полезной?
— Госпожа кеан, у меня беда, — со вздохом ответила старушка, скромно присев на стул для посетителей. — Я знаю порядок обращения в УСП и никогда не побеспокоила бы вас лично, но моя проблема не требует отлагательства.
Да-да, порядок. Приди в главный корпус Управления, письменно изложи суть своего дела, зарегистрируй эту бумагу у дежурного сотрудника, получи от него направление с именем следователя, потом приди в наш корпус, заблудись в наших коридорах, обратись к первому попавшемуся человеку, получи помощь, познакомься со следователем, устно изложи ему суть твоей проблемы, выброси полученную от дежурного бумажку в урну.
Собственно, поэтому жители Рива предпочитают в главный корпус УСП не ходить вовсе, и сразу идут к нам. Благо мы принимаем всех и никого не выгоняем.
— Слушаю вас, госпожа…
— Меня зовут Вита Лорден. Видите ли, госпожа кеан, у меня год назад умер муж. Люди мы пожилые, и ничего странного в этом нет. Тем более незадолго до смерти он простудился и сильно заболел. Но дело в том, что через месяц после смерти мужа признаки этой болезни появились у моего зятя — еще вполне молодого, крепкого мужчины. Он проболел две недели и тоже скончался. Спустя два месяца точно так же заболела и умерла его жена — моя дочь. А несколько недель назад я похоронила еще и сына с невесткой. Госпожа кеан, у меня на руках остались две маленькие внучки. И пять дней назад старшая начала кашлять точно так же, как ее родители и дед. Я страшно испугалась, повела ее к врачу. Он диагностировал тот же самый недуг.
— А что это за болезнь? — спросила я.
— Самый обыкновенный бронхит, который очень быстро перерастает в воспаление легких.
— То есть все ваши родные умерли от пневмонии?
— Да! Все до одного! Это при том, что каждый из них проходил курс лечения, а дочь и невестка даже лежали в клинике. Я провела полную дезинфекцию наших домов, постоянно наблюдала за здоровьем внучек. И все без толку. Знаете, это мне показалось очень подозрительным, и я обратилась в отдел расследования магических преступлений.
— Проклятие? — сразу предположила я.
— Проклятие, — кивнула госпожа Лорден. — Было наложено год назад, и должно было убить всех членов моей семьи. Всех, кроме меня. Господа маги его сняли, но внучке все равно становится с каждым днем все хуже. Медикаменты не помогают, она лежит с высокой температурой и кашляет почти без перерыва. Мне сказали, что на младшую проклятие подействовать не успело, а старшую можно спасти, если тот, кто наложил чары, сам же их и снимет. Но я не знаю, кто это сделал! И господа маги не смогли его определить. Помогите найти проклинателя, госпожа кеан. Если моя девочка умрет, я просто сойду с ума.
— Мы сделаем все, что будет в наших силах, — заверила я ее. — А вам, госпожа Лорден, нужно вспомнить, кто мог желать зла вашей семье или лично вам. По статистике, чаще всего проклятия насылают из мести, и именно знакомые люди.
— В том-то и дело, госпожа кеан, что у нашей семьи не было таких недоброжелателей! — воскликнула старушка. — Я уже говорила это господам из отдела магических расследований. Мы всегда жили мирно и ни с кем особо не конфликтовали. Случались, конечно, мелкие ссоры с соседями, но вряд ли они стали бы изводить моих детей из-за клумбы, что им испортила наша собака, или из-за разбитого окна, ремонт которого, мы, к слову, сразу же оплатили.
— А может быть, вас проклял кто-то не столь близкий? — подал голос появившийся на пороге моего кабинета Дир Штейн. — Вспомните, вдруг вы в юности отбили у какой-нибудь дамочки жениха или сделали более успешную карьеру, чем ваша лучшая подруга?
— Что вы, — грустно улыбнулась посетительница. — Ничего подобного не было. Мой муж — единственный мужчина, с которым меня связывали близкие отношения. К тому же мы были вместе всю жизнь, с самого детства. А подруги мои давно умерли. Некому мне завидовать.
— А родственники? — осведомился Дир, усаживаясь на соседний стул.
— Мы с ними дружим, — пожала плечами госпожа Лорден. — К тому же они гораздо успешнее и состоятельнее нас.
— А ваш муж? Дети? Возможно, у кого-то из них были проблемы с коллегами или друзьями?
— Такого просто не может быть, — покачала головой женщина. — У меня был прекрасный супруг, замечательные дети. Клянусь, мы никому не сделали ничего дурного. За что же на нас обрушилась эта беда?..
По ее щекам потекли слезы, и она быстро смахнула их рукой.
— Ладно. — Я серьезно посмотрела на старушку. — Вы принесли свои документы?
— Да, вот они. Здесь прошение о расследовании и свидетельство о проделанной работе от господ магов.
— Кому поручишь дело? — спросил у меня Дир.
— Тебе, — просто ответила я.
Он кивнул.
— Госпожа Лорден, вы можете идти к своей внучке, — сказала я старушке. — Вашим делом займется господин Штейн — один из лучших следователей нашего отдела. Держите при себе телефон, если ему потребуются какие-нибудь уточнения, он с вами свяжется.
Она кивнула, тихо поблагодарила и ушла. Штейн проводил ее взглядом.
— У нас на расследование очень мало времени, — серьезно сказал мой зам. — Если ее муж и дети умерли в течение двух недель после «заражения», то ребенок погибнет раньше. Остались считаные дни.
— Скорее часы, Дир. Эта дама сказала, что девочка болеет уже пять дней. Значит, у нас на все про все примерно сутки.
— Ты тоже желаешь принять участие в расследовании?
— Я уже его принимаю. Одна голова хорошо, Дир, но мало.
— Согласен, — кивнул он, подставляя стул к моему столу. — Что там с материалами дела?
Щелчком мышки я открыла на мониторе магбука каталог ривского УСП, и уже через пару минут принтер выбросил целую кипу бумаг по погибшим семьям Лорден и Кич, связанным кровным родством. Прошение Виты Лорден о проверке ее жилища на предмет проклятия, фото, краткие биографии и характеристики всех членов семей, магический анализ общего энергополя их домов, заключение о выявленном проклятии и так далее.
Ребята из магического отдела выполнили большую работу — они в максимально короткий срок собрали и задокументировали весь необходимый минимум информации, от которого можно отталкиваться и строить теории.
На то, чтобы изучить все материалы, нам с Диром потребовалось около часа. После чего Штейн отправился в гости к Лорденам, дабы проверить некоторые возникшие у него идеи, а я взяла телефон и набрала номер младшего кеана отдела магических расследований Вайлера Бадда.
— Вал, я по поводу дела Лорденов и Кичей, — сказала, когда он снял трубку.
— Как жаль, — нарочито грустно ответил мне Бадд. — Я уже было обрадовался, что тебе стало интересно, как у меня дела.
— Мне интересно. Особенно в той части, что касается проклятия, которое сняли твои ребята.
— Что-то не так с отчетом? — удивился Вайлер.
— Нет, с ним все нормально. Моего мага сейчас на месте нет, поэтому я решила проконсультироваться с тобой. Вал, в отчете сказано, что спектр проклятия артефакторный. Может быть такое, что кто-то из членов семьи случайно разбудил магию какой-нибудь старой проклятой вещи и никакие недоброжелатели тут ни при чем?
— Нет, Ви, это совершенно определенно свежее колдовство, — серьезно ответил Вал. — Просто какой-то урод год назад наложил проклятие на сувенирную статуэтку, а потом анонимно прислал ее в подарок Лорденам. Эта статуэтка весь год стояла у них в гостиной и транслировала черную заразу на всех членов семьи, которые оказывались рядом с ней.
— Но они умирали по очереди.
— Верно. Потому что она действовала избирательно. Сначала старики, потом молодежь, потом дети. Это серьезное колдовство, Ви. Кто-то не пожалел денег на то, чтобы заворожить подарок такими сложными чарами.
— Ты думаешь, проклятие создали на заказ?
— Скорее всего. У Лорденов и Кичей нет знакомых магов, и это совершенно точно. А черного артефактора, сама знаешь, найти не так уж трудно. Были бы деньги.
— Погоди. Значит, нам нужно отыскать именно артефактора?
— Нет, Ви. Чтобы спасти ребенка, нужен заказчик — проклятие создавалось на основе его крови. Соответственно вылечит девочку магический антидот, изготовленный также на основе его крови. Заметь, отданной добровольно.
Ох… А времени-то на поиски почти нет!
— Послушай, Ви, правду говорят, что к тебе приехал муж? — вдруг спросил Вайлер.
— Правду, — удивилась я. — А что?
— Да так, просто любопытно. И надолго он останется в Риве?
— Без понятия, Вал.
— У вас же развод через полгода, да?
— Знаешь, мне кажется, ты сейчас думаешь не о том.
— Извини. Просто у нас половина Управления ждет, когда ты станешь свободной женщиной, и внезапно приехавший муж несколько выбивает мужиков из душевного равновесия.
— Передай мужикам, чтобы перестали страдать ерундой и занялись делом, — сказала я. — Когда спасем девочку, тогда и побеседуем о моем разводе.
— Договорились! — радостно откликнулся Бадд. — Я попробую через свои каналы отыскать артефактора. Если найду, сообщу.
— Спасибо, Вал.
Как только я положила трубку, зазвонил мой мобильный телефон.
— Ви, я сейчас дома у клиентки, изучаю бронзовую чайку, с которой наши маги сняли проклятие, — услышала я голос Дира. — У этой птицы под хвостом выбит интересный символ. Знаешь ли ты, что означает древесная ветка с треугольными листьями?
— Знаю, конечно. Это логотип одной столичной компании, которая года четыре назад выпускала какой-то экологически чистый материал. Только этой фирмы больше нет, она быстро разорилась.
— Я сейчас приеду в Управление, Ви. Кажется, у нас с тобой появилась зацепка.
— Смотри! — Дир поставил передо мной на стол тяжелую металлическую фигурку птицы с раскинутыми крыльями. — Это тот самый подарок, который переморил родственников нашей старушки.
Я взяла чайку в руки, перевернула и заглянула ей под хвост. Ну да. Крошечная, но очень знакомая ветка с треугольными листьями.