– Я… Ну, я из будущего… Когда-нибудь сожалела?
– Хм, нет. Ты всегда говорила, что тебе приходится тяжело из-за папы, но ты все равно счастлива, потому что у тебя есть мы.
– Рада слышать… А в нашей семье были хорошие времена?
– …времена… были…
Голос Джиён вдруг начал звучать вперемешку с шумом. Когда Суджин услышала этот звук, то быстро закричала в трубку:
– Что? Не слышу!
– Алло, мама, ты меня слышишь? – Голос Джиён тоже звучал торопливо.
– Джиён, с телефоном что-то странное…
– Ма… ышишь? Времени… уходить… – голос Джиён становился все менее четким.
– Джиён!
Суджин еще многое нужно было сказать. Она не хотела заканчивать телефонный разговор с Джиён вот так. Ей хотелось задержать исчезающую Джиён хотя бы на пять минут.
– Мама… не забыв… обязательно расстан… прошу…
Голос Джиён растаял в помехах.
Бип-бип-бип…
Вместо голоса в трубке слышались только гудки. Суджин бессильно опустила руку, державшую телефон. Суджин подняла голову и моргнула. Ее глаза покраснели от шока, ужаса и сожаления. Глаза, в которых отражался свет ламп, медленно закрылись. Суджин потеряла сознание.
После последнего разговора с Джиён Суджин все время была погружена в свои мысли. За едой, работой или учебой – всякий раз, когда у нее появлялась свободная минутка, она думала о том, что сказала ей Джиён. Размышления о том, были эти слова правдой или ложью, давно остались позади.
Просьба Джиён была совершенно ясной. Расстаться с Хёкконом. Решение можно принять не прямо сейчас, но однажды это придется сделать.
Суджин больше ни с кем, включая Хёккона, Ханну, друзей и, конечно, родителей, не обсуждала звонки Джиён. Люди вокруг тоже не вспоминали о них, словно ни одного разговора с Джиён не было. Вероятно, они не придали этому событию большого значения и быстро о нем забыли.
Время хоть и медленно, но все же текло. После долгих раздумий и колебаний Суджин установила для себя несколько критериев выбора. Она обязательно будет счастлива. Она поедет за границу учиться, а затем станет профессором. Решение о том, какой выбор сделать внутри этих критериев, она примет, серьезно подумав.
Уже одних выработанных критериев было достаточно, чтобы Суджин почувствовала, что добилась прогресса в решении проблемы. Как только они появились, размышлять стало намного легче. Время еще оставалось. Несмотря на слова Джиён, Суджин не могла знать наверняка, что случится дальше и как поведет себя Хёккон. В будущем критические поворотные моменты будут приходить один за другим. Каждый раз нужно будет делать выбор, руководствуясь установленными критериями. Когда сделанных ею выборов накопится достаточно, они создадут будущее. Слова Джиён, о которых нельзя сказать наверняка, правда они или нет, были всего лишь одним из ориентиров, которые помогут Суджин сделать выбор. Оставалось только дождаться этих критических поворотных моментов.
Первый такой момент наступил быстро. Это случилось в то время года, когда погода становится зябкой, а в оконные щели начинает задувать холодный ветер. В тот день Суджин сидела в гостиной и наслаждалась тихим будним утром, когда в доме никого не было.
Она встала с дивана, чтобы пойти за книгой, и тут зазвонил телефон на столе. Хотя с момента последнего разговора прошло много времени, Суджин первым делом подумала, что это может быть Джиён.
– Алло, – ответила Суджин, втайне ожидая услышать тот самый голос.
– Суджин? Это профессор Со Джонхе.
Хотя это оказалась не Джиён, Суджин обрадовалась, впервые за долгое время услышав голос профессора Со Джонхе.
– Здравствуйте, профессор. Как поживаете?
– Все хорошо. Как всегда, голова кругом от лекций и исследований. Суджин, а как твои дела? Как идет подготовка к учебе за границей? Все гладко?
– Да, у меня тоже все нормально. Я усердно занимаюсь, а в свободное время подрабатываю.
– Молодец, уверена, у тебя все получится. Кстати, не хочешь зайти в университет на чашечку кофе сегодня днем? Хочу кое о чем поговорить. Да и передать тебе кое-что.
– Да, конечно. Я как раз не занята. Когда нужно подойти?
– Сможешь прийти в лабораторию к четырем часам?
– Да, хорошо.
Суджин положила трубку, вошла в комнату и начала копаться в книгах и конспектах на книжной полке. Встреча с профессором Со Джонхе сама по себе была удовольствием. Суджин, сама того не осознавая, напевала себе под нос.
Стоило Суджин войти в кабинет профессора Со Джонхе, как та тепло ее поприветствовала. Погода была довольно холодной, поэтому профессор первым делом принесла горячий сладкий кофе.
– Я тут купила новый кофейный купаж, и он показался мне таким вкусным! Я позвала тебя, решив, что и тебе он понравится.
В том, что касалось выбора кофе, профессору Со Джонхе не было равных. Суджин восхищалась ее утонченным вкусом и с удовольствием поддерживала беседу о разных сортах кофе.
– Как вкусно! – воскликнула она, отпив глоток. – Вы так хорошо знаете мои предпочтения!
– Ха-ха, рада слышать. Этот кофе немного слаще, чем тот, что я обычно пью, но тем он мне и понравился.
– Да, у него довольно пикантный, но сладкий аромат, и он так тонко раскрывается.
– На самом деле у меня для тебя есть еще кое-что сладкое, – улыбнулась профессор Со Джонхе.
– И что же?
– Горячие новости из Германии. Твое приглашение на учебу наконец-то готово.
– Правда? – Суджин подпрыгнула от удивления.
Кофейные чашки на столе звякнули.
– Конечно правда. Оно вчера пришло из Германии. Суджин, теперь ты можешь поехать туда учиться! – С этими словами профессор Со Джонхе порывисто сжала руки Суджин в своих.
– Погоди-ка, я положила приглашение куда-то сюда…
Когда профессор Со Джонхе встала, чтобы взять документы, Суджин показалось, будто она пересекла некую черту. Счастье разлилось по всему ее телу. Сердце билось быстро и громко, эхом отдаваясь в ушах. Как ни старалась она сохранить невозмутимое выражение лица, уголки рта упорно ползли вверх.
– Вот, держи.
Профессор Со Джонхе села и протянула ей конверт.
Суджин дрожащими руками открыла его и вынула документы. Пальцы ее ощутили жесткость бумаги. Все это было реальностью. Пока Суджин просматривала документы, профессор Со Джонхе молча потягивала кофе.
Лекции закончились, и в коридоре стало шумно, но Суджин ничего не замечала. Приглашение на учебу было самым что ни на есть настоящим. В этот миг одно из препятствий на пути ее идеального будущего рухнуло.
Суджин посмотрела на профессора Со Джонхе широко раскрытыми глазами:
– Профессор…
– Суджин, ты отлично потрудилась. Было нелегко, верно?
– Да… Правда…
Суджин осторожно провела ладонью по приглашению.
– Сейчас все не так, как тогда, когда я уезжала учиться за границу. Учиться стало намного сложнее. А в нынешней экономической ситуации так вообще… Ты действительно отлично постаралась. Дальше все пойдет гладко.
К дыханию профессора примешивался едва различимый аромат кофе.
– Ты уже решила, когда уедешь?
– Подумываю уехать этой зимой. Летний семестр в Германии начинается в апреле, поэтому нужно поехать пораньше, чтобы немного обвыкнуться и найти место, где я буду жить.
– Да, хорошая мысль. Тогда уже скоро нужно будет покупать билет на самолет. К тому же впереди Рождество и Новый год. Если слишком задержаться, билет на самолет сильно подорожает, – заметила профессор Со Джонхе с улыбкой.
Для Суджин этот миг был похож на сон. Приглашение на учебу, ароматный кофе, мирный пейзаж кампуса за окном и беседа с профессором. Суджин захотелось сохранить этот момент в памяти навсегда.
Хёккон, который был так занят на работе, что Суджин не могла с ним толком видеться, наконец сидел напротив нее. Они пили сок и болтали обо всякой ерунде, но в какой-то момент Суджин едва заметно напряглась:
– Оппа.
– Мм?
– У меня случилось кое-что удивительное. Угадай что!
– Что-то удивительное?
– Ага. Как ты думаешь, что?
– Хм… И что же?.. А! Ты выиграла в лотерею? – Хёккон рассмеялся, громко хлопнув в ладоши.
– Не угадал! И при чем тут лотерея?
– Тогда что? Говори скорее. Мне любопытно.
– Это…
Суджин выдержала паузу. В ней незаметно для нее самой росло напряжение. Лукавый огонек в ее глазах погас, и в их глубине проскользнул ледяной холодок. Хёккон не мог этого не заметить. Он молча ждал, пока Суджин продолжит.
– Пришло приглашение из Гейдельберга! – взволнованно воскликнула Суджин.
Она бы солгала, сказав, что после телефонного разговора с Джиён продолжала относиться к Хёккону так же, как раньше. Подобно тому как пыль незаметно скапливается на старой мебели, постепенно менялось и отношение Суджин к Хёккону. И после последнего душераздирающего звонка Джиён Суджин больше не могла общаться с Хёкконом так, будто ничего не произошло. Вот почему сегодня, встретившись с ним впервые за долгое время, Суджин чувствовала себя не в своей тарелке и болтала обо всякой ерунде.
Суджин не могла сказать, повинны ли в этом исключительно слова Джиён или нет, но в какой-то момент Суджин начала видеть то, чего раньше не замечала. То, что она назвала «злостью Хёккона».
Он хмурился из-за всякой ерунды и сжимал кулаки, словно с трудом сдерживал ярость, а голос его становился крайне раздраженным. Раньше она ничего подобного у Хёккона не замечала.
Было ли это истинное его лицо, о котором говорила Джиён? Каждый раз, когда Суджин подмечала в характере Хёккона что-то новое, ей в голову приходили слова Джиён.
То же самое было и на сегодняшней встрече. Суджин следила за каждым, даже самым незначительным действием Хёккона. Ее беспокоило все: то, как громко он захлопывал дверь, каким голосом делал заказ, как хмурил брови и как время от времени закусывал губу. Ей казалось, все то, что он прятал от нее до этого, теперь постепенно выходило наружу.
И теперь, после того как Суджин наконец сказала Хёккону, что официально может поехать на учебу в Германию, она смотрела на него глазами, полными беспокойства и любопытства.