моции были необыкновенными.
Она заговорила слегка дрожащим голосом:
– Я – профессор Хан Суджин.
Сидевшие в аудитории студенты выглядели точно так же, как когда-то двадцатилетняя Суджин, которая сейчас начинала первую в своей жизни лекцию.
Июнь
2017 года
По залу разнеслось имя Суджин. Когда ее вызвали, Суджин встала и пошла к сцене. Все в зале аплодировали ей.
Когда Суджин вышла на сцену, ведущие вручили ей награду и букет цветов. Осторожно держа их в руках, Суджин повернулась лицом к публике. Зал снова разразился аплодисментами, и на лице Суджин появилась радостная улыбка.
Аплодисменты вскоре утихли, и Суджин, стоя перед микрофоном, откашлялась. Она выразила благодарность всем присутствующим, сказав, какая честь для нее быть здесь и сколько радости и благодарности она сейчас испытывает. Когда аплодисменты раздались снова, глаза Суджин засияли. Оглядывая зал и ощущая необычайное благоговение, Суджин сжала кулаки, вспоминая о прошлом.
– Напоследок я хотела бы поблагодарить одного человека, который помог мне без колебаний пойти по пути ученого и профессора, когда я испытывала сомнения и страх перед поездкой на учебу за границу. Если бы не твои телефонные звонки, я бы не смогла поехать в Германию с такой решимостью. Это благодаря тебе я стою здесь сегодня. Верю, что и ты счастлива там, где ты сейчас находишься. Спасибо! Я очень тебе благодарна!
Июль 2017 года
Начавшийся вчера дождь лил как из ведра и останавливаться не собирался. Еще не было и шести вечера, но из-за проливного дождя за окном стало темно, как поздней ночью. Ханна, прислонившись к стене, смотрела в окно и глотала горькую на вкус кровь.
Все ее тело ныло. Сегодня плечо особенно сильно болело. Кажется, там, где в прошлый раз она поранилась сильнее всего, появился еще один синяк. Щеки и зубы тоже пульсировали. Хёккон спал рядом, распространяя вокруг себя запах алкоголя.
Сонми, с опаской поглядывая на Хёккона, на цыпочках подошла к Ханне. Та повернула к девочке голову. Дочь смотрела на нее заплаканными глазами.
Ханна обняла Сонми и прошептала:
– Все в порядке, в порядке.
– Мама, тебе очень больно?
– Все в порядке. У меня все нормально.
Ханна изо всех сил старалась успокоить Сонми. Звуки дождя становились все громче. В животе у Сонми громко заурчало. Еды дома не было. Ханна выпустила дочь из объятий.
– Я куплю нам что-нибудь поесть. Подожди немного.
– Дождь такой сильный. Не ходи. Я совсем не голодна. – Сонми своими маленькими ручками схватила Ханну за край кофты.
– Нет-нет, мама сходит. Я скоро.
Ханна нежно отняла руки Сонми и вышла из комнаты.
– Мама, тогда я с тобой. Я боюсь папу.
– Нельзя. Дождь слишком сильный.
– Пожалуйста. Я тоже хочу пойти.
Сонми опять ухватила Ханну за руку и уткнулась в нее лбом.
– Ладно, давай.
Взяв кошелек и зонт, Ханна вышла из дома, держа дочь за руку. Хёккон все так же валялся посреди комнаты, где вчера вечером устроил погром, и храпел.
Капли громко стучали по зонту, который почти не спасал от дождя. Футболки матери и дочери вымокли насквозь, но они не жаловались. Все это было неважно по сравнению с терзающим их голодом.
Недавно Ханна начала ходить за покупками в крупный супермаркет, узнав, что продукты, у которых скоро истечет срок годности, продаются там с большой скидкой. Идти приходилось далеко – мимо университета, а затем еще вдоль шоссе больше тридцати минут. Прямо возле дома располагался традиционный рынок, в супермаркете можно было купить продукты дешевле. Из-за проливного дождя и бредущей рядом Сонми Ханна задумалась, а не пойти ли сегодня на рынок, но затем все же направилась к супермаркету.
Сонми просто следовала за матерью.
Дождь все так же лил, как будто собирался смыть с лица земли весь мир. Дождевая вода теперь хлюпала в обуви, но они обе шли молча. Привычно остановившись у пешеходного перехода, Ханна подняла повыше зонт, который держала в руке. Перед ней был университет, где она провела свою беззаботную юность. Ханна невольно погрузилась в старые воспоминания. Они проносились в голове быстрее, чем капли дождя летели с неба.
Светофор загорелся зеленым. В тот момент, когда Ханна крепче сжала руку Сонми, собираясь перейти по пешеходному переходу, взгляд ее выхватил знакомое имя. Ханна растерянно встала посреди перехода, читая и перечитывая баннер, висящий выше остальных над главными воротами университета.
«Поздравляем! Профессор Хан Суджин с кафедры истории гуманитарного института стала самым молодым ученым, получившим благодарность президента за выдающиеся заслуги».
– Хан Суджин…
Давно Ханна не слышала этого имени. Сама того не осознавая, она рассмеялась.
– Мама, почему ты встала? – поторопила Ханну Сонми.
Из светофора раздалось звуковое предупреждение, означающее, что время на исходе. Ханна торопливо пересекла переход. Как только они оказались на тротуаре, позади них начали проноситься машины. Ханна еще раз взглянула на баннер.
Несмотря на то, что у нее был зонт, Ханне казалось, что она стоит под проливным дождем. Его шум бил Ханну по ушам. Вот как, значит, все сложилось? Неужели слова и правда сбываются? А может, божественная справедливость и правда существует?
– Мама, что с тобой? – спросила Сонми, глядя на лицо матери снизу вверх.
– Ничего, идем.
Ханна повернулась, и Сонми последовала за ней, больше не задавая вопросов. Дождь все еще лил как из ведра.
Ханна купила только те продукты, которые продавались со скидкой более восьмидесяти процентов, но и их им хватит ненадолго. Когда мать и дочь вышли из супермаркета, чтобы отправиться в обратный путь, дождь все так же лил.
Ханна посмотрела на Сонми, которая крепко сжимала ее руку. Похоже, девочка сильно устала. Конечно, Ханна предпочла бы поехать домой на такси, но тогда они бы потратили все сэкономленные на продуктах деньги.
– Мама, идем скорее!
Сонми, должно быть почувствовав сомнения матери, потянула ее за собой.
– Идем вон туда, к задним воротам университета. Какой сильный дождь! – сказала Ханна, открыв зонт.
Дорога, которая пролегала мимо задних ворот университета, была крутой и неосвещенной, поэтому обычно Ханна по ней не ходила. Но так идти до дома было гораздо ближе. Ханна хотела как можно скорее довести Сонми до дома.
Дорога оказалась еще безлюднее, чем обычно. А из-за дождя она казалась еще мрачнее. Каждый шаг Ханны отдавался болью в покрытом синяками теле. Она держалась одной только мыслью о том, что сможет поскорее вернуться домой и приготовить ужин для Сонми, которая торопливо шла рядом.
Они остановились, прежде чем перейти пешеходный переход. Мимо них на большой скорости то и дело проносились машины. Тяжелая ноша и зонтик в руках постепенно лишали Ханну остатков сил. Пальцы Ханны начали неметь, поэтому она часто меняла руку, в которой держала пакет с покупками.
– Мама, дай мне. Я понесу. – Сонми, не в силах больше смотреть на мучения матери, попыталась взять пакет, но Ханна ей не дала.
– Нет. Я сама могу нести его. Совсем не тяжело.
– Я помогу. Дай мне, мама.
– Ничего, я справлюсь. Зеленый загорелся. Идем.
Ханна, отвернувшись от взгляда дочери, сделала первый шаг. Сонми мелкими шажками последовала за матерью.
В одно мгновение мир вокруг стал белым. Казалось, одновременно зажглись сотни люминесцентных ламп.
Ханна растерянно замерла, но тут раздался визг тормозов, а за ним последовали ослепительная вспышка и громкий лязг. Время словно остановилось. Большой грузовик медленно, словно во сне, приблизился и ударил Ханну. Пакет с продуктами и зонт взлетели в воздух. А вместе с ними, изогнувшись дугой, взмыло ввысь и тело Ханны. В ее глазах ясно отразилась каждая капля дождя.
Шум ливня вдруг резко ударил по ушам. Вместе с этим звуком время, которое текло бесконечно медленно, вновь вернулось к своей первоначальной скорости.
Сонми сначала не увидела мать, но затем обнаружила ее в отдалении, распростертую на земле под дождем. Рядом валялся пакет с покупками и зонт. В кромешной тьме можно было ясно видеть только освещенную фарами грузовика Ханну. Сонми с громким криком бросилась к ней. Водитель, выскочив из затормозившего грузовика, тоже побежал к Ханне.
– А-а-а… – тихо стонала Ханна, лежа лицом вниз под дождем.
– Мама!
– А-а…
Ханна еще была в сознании.
– Тетушка, как вы? – крикнул водитель грузовика, приподнимая Ханну.
– Мама! Мама!
Несмотря на крики Сонми, Ханна лишь тихо стонала.
– Один, один, девять…[15] Один, один, девять… – бормотала Сонми, нащупывая свой телефон.
Ее руки дрожали. Она несколько раз вытерла экран рукавом и не сразу смогла набрать заветные три цифры.
– Это служба спасения?! Произошла автомобильная авария… Маму сбила машина… Да… Да… Где мы находимся?..
Перед глазами Сонми была Ханна, которая беспомощно лежала под проливным дождем, и водитель грузовика, стоявший рядом на коленях с опущенной головой. Сколько бы она ни протирала глаза, ничего не менялось.
Не зная, как поступить, Сонми расплакалась. Она ничего не могла сделать.
На Ханну, которая лежала лицом вниз, как мертвая, и Сонми, которая плакала, сжимая в руке мобильный, лил и лил сильный дождь.
Информация от издательства
Данное издание является художественным произведением и не пропагандирует совершение противоправных и антиобщественных действий, курение и употребление алкогольных напитков. Курение и употребление алкоголя вредят вашему здоровью. Описания и/или изображения противоправных и антиобщественных действий обусловлены жанром и/или сюжетом, художественным, образным и творческим замыслом и не являются призывом к действию.