— Ave Maria, gratia plena, Dominus tekum… — негромко молился Дамиан.
— Господин Дамиан, — окликнула его Элоиза, окликнула так, что он смог ее услышать.
— Кто беспокоит меня? Какой нечестивец прерывает молитву?
— Господин Дамиан, меня зовут Элоиза. Я послана к вам от имени страдающей души, которая ищет спасения, понимания и заботы.
— Только Беренгария достойна моей заботы!
— Но я ведь не предлагаю вам навеки оставить Беренгарию, я просто хочу рассказать о несчастной женщине, заблудившейся между миром живых и миром мертвых.
Дамиан поднялся с колен. Он оказался намного выше нее, и вообще производил неплохое впечатление — отменно сложен, хорош собой, и — да, на поясе у него был тяжеленный, судя по всему, меч.
— Рассказывайте. Я слушаю вас, сударыня.
Элоиза в очередной раз пустилась в повествование о несчастьях Марии-Эстеллы Массари. Она добавила эмоций и предположила некоторые подробности… но полагала, что сама Мария-Эстелла тоже добавит эмоций и подробностей.
— Вы понимаете, что несчастная девушка нуждается в помощи и дружеской поддержке. Она не знала счастья в своей земной жизни, не знает и в посмертии. Я слышала вашу историю, я всегда восхищалась вашей рыцарской доблестью и вашей верностью, и я подумала, что вы сможете помочь и несчастной девушке, и ее не менее несчастному потомку. Он бесстрашен и доблестен, но он умеет сражаться только с врагами из плоти и крови, к тому же, ему не хотелось бы причинять вред женщине, да еще и родственнице. Может быть, вы согласитесь посетить палаццо д’Эпиналь и поговорить с госпожой Марией-Эстеллой?
Или Элоиза нашла правильные слова, или Дамиану в самом деле слегка надоело тащиться каждую ночь на могилу жены, но он подумал… и согласился.
— Вы убедили меня, сударыня, я встречусь с дамой и поговорю с ней. Вы приведете меня к ней?
— Да. Вы сможете найти меня завтра в полночь?
— Конечно. Я запомнил вас… мне этого достаточно. Я найду вас, где бы вы ни были.
— Тогда я жду вас у себя.
— А сейчас, с вашего позволения, я вернусь к молитве.
Дамиан переместился на могилу… а Элоиза, осторожно ступая и не поворачиваясь к нему спиной, добрела до ворот и выскользнула наружу. И только после того, как за ней захлопнулась входная дверь в главный корпус монастыря, она шумно выдохнула и на некоторое время прислонилась к стене. Постояла, собралась с силами и поднялась к Доменике.
— Ну? — спросила хозяйка кабинета.
— Не поверишь — успешно.
— Он заинтересовался?
— Да. Он завтра найдет меня, а я приведу его к нашей даме. А далее посмотрим.
— А ты молодец, смогла его уговорить, я уже и не думала, что такое возможно, проворчала Доменика и вновь открыла тот ящик стола. — Клади перстень на место и иди спать. Кстати, завтра не забудь надеть свой, поняла?
— Да, поняла, — Элоиза аккуратно положила перстень в бархатную ямку и Доменика закрыла ящик.
— Иди спать. Или дать тебе глотнуть чего-нибудь укрепляющего?
— Не нужно, я просто лягу и усну. Завтра утром меня кто-нибудь разбудит?
— Конечно. Ты хочешь успеть к началу рабочего дня?
— Да. Я вроде как не охотник за привидениями, а аналитик, и работа не ждет.
— Тогда доброй ночи.
— И тебе доброй ночи.
Элоиза добралась до своей комнаты, постояла под душем, забралась в постель и не удержалась — отправила сообщение Марни с одним словом — «Получилось!». Телефон зазвонил тут же.
— Рассказывайте, — без долгих предисловий выдохнул он.
— Пока нечего рассказывать. Но есть шанс, что завтра мы решим нашу маленькую прозрачную проблему, — усмехнулась она. — Нет, подробности есть, конечно, но они совсем не для телефона.
— Когда вы вернетесь?
— Завтра к началу работы.
— Обед в городе? Ужин? — она узнала его напор и рассмеялась. — Не надо смеяться, я серьезен, как никогда.
— Лучше ужин.
— У вас же тренировка?
— Да.
— Значит, жду вас после тренировки, как обычно.
— Хорошо, договорились. Погладим котов.
— Да-да, погладим котов.
— Доброй ночи, Себастьен. До завтра.
Она услышала ответное «До завтра» и отключилась.
4.12 О том, что и кому рассказывать
* 29 *
Утром был очень ранний подъем по слову молодой послушницы, завтрак на скорую руку и быстрая дорога в палаццо д’Эпиналь. Там Элоиза оказалась в начале девятого, и успела не только переодеться и вообще привести себя в должный вид, но и запросить себе в кабинет кофе с бутербродами и пирожными. Брат Франциск рассказал новости и передал информацию по делам, и она с головой погрузилась в работу. Очнулась незадолго до обеда, когда ей лично позвонил кардинал и спросил — как дела с ситуацией Марко.
— Ваше высокопреосвященство, мне порекомендовали способ разрешения ситуации и сегодня я попробую его реализовать.
— Хорошо, но я все равно жду от вас подробностей. Понимаете, у меня в доме ни разу не происходило ничего подобного, поэтому меня беспокоит ситуация.
— Конечно, ваше высокопреосвященство, вы все узнаете первым.
Элоиза отключилась и перевела дух. Что делать-то? Нет никакой возможности рассказывать кардиналу все, как есть. Неизвестно, как он воспримет факт, что его сотрудница разговаривает с призраками, может быть — тоже как проявление какой-нибудь нечистой силы? Однако что-то рассказывать придется. Она сосчитала до десяти и обратно, а потом набрала номер Марни.
— Добрый день, монсеньор.
— Добрый день, я очень рад вас слышать. Все в порядке? Или не слишком?
— Вот как раз не слишком. Я немного не подумала вчера. Кажется, нам с вами нужно поговорить до вечера. Если это возможно, конечно.
— При правильном подходе возможно все, — усмехнулся он в трубку. — Заменяем ужин с котами на обед с ними же?
— Да, пожалуйста, — сказала она, и сама удивилась, как жалобно это прозвучало.
— Может быть, не будем ждать обеда? — осторожно спросил он.
— Нет, я и так погребена в работе по самую макушку. В обед.
— В таком случае жду вас в гараже через час.
* 30 *
Через час Элоиза вихрем слетела в гараж. Марни уже ждал ее и гостеприимно открыл дверь машины.
— Прошу вас, садитесь, — сел сам, закрыл дверь и только потом продолжил: — Все-таки, что-то случилось. Что же?
— Нет, ничего особенного, просто я немного запуталась. Я вам сейчас все расскажу, а вы решите сами, случилось или нет. То есть нет, определенно не случилось. Просто… — она не находила слов, что с ней случалось нечасто.
— Элоиза? — он смотрел на нее удивленно и немного недоверчиво.
— Его высокопреосвященство хочет от меня подробностей происходящего, а я не могу понять, что ему говорить, — сказала она.
— Ну вы даете! Вы считаете, что я смогу вам помочь?
— Да. Вы-то нормальный человек, с призраками не общаетесь и на них не охотитесь, вам проще понять, что сказать другому нормальному человеку. После этого вы, наверное, окончательно решите, что я сумасшедшая, да и ладно. Но вы же должны знать, что происходит во вверенном вам пространстве?
— Безусловно, должен. Поэтому пойдемте, посмотрим, свободен ли наш столик, сядем там наверху, и за отличным здешним мясом вы мне все расскажете.
Столик оказался свободен, кофе принесли сразу же.
— Попросите еще воды, хорошо? — сказала Элоиза.
— Может быть, вина?
— Нет, мне нужно быть в ясном сознании. Мне еще работать. Так вот, слушайте.
Элоиза рассказала почти все — о том, что Доменика предложила для начала познакомить Марию-Эстеллу с другим призраком, о том, кто такой Дамиан и чем он знаменит, и о том, как она ходила ночью на кладбище с ним поговорить и убедила его прийти сегодня и встретиться с Марией-Эстеллой.
— Он сказал, что сегодня в полночь найдет меня, где бы я ни находилась. Надо выманить Марию-Эстеллу и для этого, наверное, придется извлечь Марко из церкви.
— Погодите, это мы еще обсудим, — он смотрел на нее с улыбкой, которую она никак не могла истолковать.
— Наверное, лучше не посвящать в подробности большое количество народу?
— Да, да, вы правы… Но я сейчас, не поверите, думаю о другом. У меня в голове не укладывается, что вы в одиночку ходили ночью на кладбище.
— А, это… Знаете, во-первых, это очень старое кладбище, сейчас там вообще почти никого не хоронят, а в той части, куда я ходила, вообще уже лет пятьсот не хоронят.
— Пятьсот? Сколько же лет вашему Дамиану?
— Очень много, — серьезно сказала она. — Но им, призракам, все равно, поверьте.
— Верю, вам невозможно не верить, вы очень убедительны.
— Правда? А я думала, вы скажете, что я вам сказки рассказываю.
— На самом деле сказки про призраков начал вам рассказывать я, — возразил он. — Вы мне поверили и оказались правы, теперь моя очередь. Но вы сказали — во-первых, были и еще какие-то доводы?
— Да, — согласилась она, — я уже ходила общаться с этим призраком, много лет назад, когда училась в школе. Мы все ходили. Понимаете, это такой призрак, которого может увидеть кто угодно. Это считалось своего рода поступком — пойти ночью подразнить Дамиана. Конечно, мы нарушали все мыслимые запреты… но все равно ходили. И последнее — мне ничего не грозило, я была с хорошей защитой.
— Вы понимаете в защите от призраков?
— Да, меня этому учили, — просто сказала она.
— Все равно в голове не укладывается, — улыбнулся он. — Вот вы сейчас сидите рядом со мной, такая серьезная и аккуратная, и рассказываете, как провели предыдущую ночь. Ни одна из известных мне женщин ничего такого никогда бы не сделала.
— Чего именно не сделала? Не потащилась бы ночью на кладбище или не стала бы вам об этом рассказывать?
— Не пошла бы ночью на кладбище ради не слишком близкого человека.
— Но я же, во-первых, обещала, а во-вторых, кроме меня желающих решить вопрос вроде не нашлось.
— Вот! Ни одна из известных мне женщин так бы не сказала и не сделала.
— Просто вам, наверное, встречались нормальные женщины? — подняла бровь Элоиза.