Майор Трескин вспоминал, что II батальон 5-го полка атаковал на прежнем участке и смог взять Тополу, но, достигнув рубежа Ахмичи – Пиричи, получил приказ остановиться. Потери только убитыми составили шесть человек. Противником в этом секторе по-прежнему была VIII Краинская бригада. По данным югославского историка Изидина Чаушевича, наступавшим около 14.00 30 декабря удалось отбросить ее 1-й батальон от Ахмичей и Видовичей, но через три часа повстанцы контратакой смогли восстановить положение. Он же писал, что по состоянию на 1 января высота 592 находилась в руках немцев[982].
В конечном итоге к первым дням января наступление на Травник снова пришлось отложить, на этот раз из-за сильных снегопадов [983]. Командир 104-й егерской дивизии генерал-лейтенант Хартвиг фон Людвигер, 6 января принявший оперативное руководство операцией, констатировал, что партизанские формирования оказались сильным противником, «во многом приблизившимся к регулярным русским частям». Сопротивление повстанцев отличалось крайним ожесточением. Про подразделения своей дивизии и БГ «Эберлейн» он писал: «Командование и личный состав показали свою боевую готовность, отчаянной волей и самопожертвованием снова доказали, что невозможное на первый взгляд может стать возможным». Итоги операции были оценены как минимум в 600 убитых (найдено 307) партизан, 21 был захвачен в плен. Были уничтожены две противотанковые пушки, захвачены один тяжелый и 17 ручных пулеметов (частью так же уничтоженных), 48 винтовок, большое количество ручных гранат, взрывчатки и боеприпасов. Собственные потери составили 34 убитыми, 134 ранеными, четверо пропавшими без вести и 87 обмороженных[984].
В послевоенных югославских источниках людские потери 4-й дивизии за четыре дня боев были оценены в 58 погибших и 243 раненых бойца и командира, а материальные – в два миномета (тяжелый и легкий), семь ручных пулеметов и 12 винтовок. При этом не упоминается значительное число пропавших без вести и не учтен урон перешедшей в ее оперативное подчинение VII Краинской бригады 10-й дивизии[985].
Установившееся затишье закончилось 20 января, когда проведение «Лавины» было возобновлено. Пятью днями ранее в район Бусовачи прибыл запасной батальон РК, остававшийся до этого в Черногории. Ему был выделен участок обороны у Баре и Ковачичей, а чуть позже подразделение было переброшено к Купресу. 4-й и 5-й полки наступали достаточно активно, достигнув в первый день рубежа Риска – Гачичи – Махала (смертельное ранение получил лейтенант Георгий Таргони), затем русскими был занят еще ряд населенных пунктов. Но непосредственно во взятии Травника 22 января они не участвовали. Можно добавить, что успешное завершение операции выразилось в награждении большого числа военнослужащих, в том числе Железными крестами II класса. Например, 25 января этот орден получил майор Эйхгольц, а спустя четыре дня – группа военнослужащих его полка, включавшая лейтенантов Виктора Дзярского, Виталия Коха и Константина де Боде [986].
Вместе с тем общее моральное состояние русских (как и других немецких и хорватских военнослужащих) было не на высоте. Командир тяжелого взвода II батальона 4-го полка И. Попов вспоминал: «Отсутствие теплого обмундирования, нужного вооружения, транспорта, а также и идей «за что же мы боремся?», делало цели непостижимыми и движения вялыми. Мы наступали только потому, что этого от нас требовали. О том, что мы проиграем войну никто не думал и никто себе не представлял настоящее политическое положение»[987].
НОАЮ не смирилась с поражением, практически сразу начав готовить ответный удар на Травник. Для этого 4-я партизанская дивизия дополнительно получила в оперативное подчинение XIII Краинскую бригаду 39-й дивизии и Влашицкий партизанский отряд. Последний на 14 февраля насчитывал 233 человека и имел на вооружении по одному миномету и тяжелому пулемету, по 15 ручных пулеметов и пистолетов-пулеметов, 127 винтовок и 23 пистолета [988].
Немецкое командование, наоборот, ослабило сектор, отдав 25 января распоряжение о переброске 104-й дивизии в район Зворника. Зона Травника вновь перешла под ответственность БГ «Эберлейн» в составе 4-го, 5-го полков и запасного батальона РК, нескольких охранных и земельно-стрелковых батальонов, и нескольких батальонов Усташской войницы. Поддержку осуществлял ряд артбатарей и до девяти танков. Все эти немногочисленные и слабые части не только обороняли Травник с севера, запада и востока, но и размещались вдоль коммуникаций до самой Бусовачи.
На основе анализа имеющихся источников, мы можем восстановить картину дислокации частей РК на момент начала партизанского наступления:
– 4-й полк в основном размещался восточнее Травника (штаб II батальона в Мосоре, его роты – в селах к северо-востоку; III батальон, за исключением 10-й роты, в самом Травнике, в районе Бандола; а I – дальше на юго-восток, в Букве);
– 5-й полк удерживал сектор юго-западнее города, в частности, районы Бучичи – Горни Баличи и Ранковичи – Лазине;
– запасной батальон прикрывал Бусовачу с юго-западного направления, занимая позиции у Крнячи, Одмеки и Купреса.
Общий удар НОАЮ был нанесен в 22.00 15 февраля, с первых минут тяжелые бои завязались на центральном участке позиций 5-го полка. Там район доминирующей горы Хум (высота 744) удерживал батальон Трескина: 5-я рота занимала саму возвышенность, 7-я – село Подхумлье, находясь на стыке с сектором правофлангового I батальона, а 6-я – высоту 566 и Баскаради. По воспоминаниям самого майора, партизаны начали упорные ночные атаки горы, каждый раз заставляя защитников скатываться вниз. С рассветом положение восстанавливалось контратаками при поддержке немецкой батареи, стоявшей под Дивьяком, и артроты 5-го полка из-под Витезя. При этом большая часть снарядов последней не разрывалась, давая «клевки». 21 февраля на склонах Хума смертельное ранение в живот получил командир 5-й роты гауптман Иван Кондратьев[989].
Людям Трескина противостояла VII бригада, имевшая задачу перерезать дорогу между Бусовачей и Травником. В первую ночь наступления ее 1-й, 2-й и 3-й батальоны, усиленные разведротой, к 3.00 смогли сбить русских с Хума и захватить Подхумлье, Велику Мошунь, Кальварию и Горни Вечериску. Но утром шуцкоровцы перешли в контратаку, бои продолжались до вечера 17 февраля, высота 744 несколько раз переходила из рук в руки. В итоге повстанцы оставили первоначально захваченные позиции, потеряв четверых бойцов погибшими, 22 ранеными и одного пропавшим без вести. В плен попало шесть русских.
18 февраля на прежнем участке действовал только 1-й батальон бригады, в 16.00 отразивший атаку шуцкоровцев, двумя группами наступавших от Малой Мошуни. 2-й и 3-й партизанские батальоны в это время вели разведку боем на Черкез, удерживаемый силами левофлангового III батальона. На следующий день они, совместно с разведывательной ротой, атаковали село и заставили отступить около 100 удерживавших его русских. Бой длился всего 20 минут, но вскоре повстанцы подверглись контратаке и были вынуждены отступить к Горни Вечериске[990].
На фланге VII бригады, ближе к Травнику, наступала VIII. Вечером 15 февраля она при поддержке двух минометных и одной артиллерийской батарей завязала бои с подразделениями 273-го охранного батальона в районе Ранковичей и I батальона 5-го полка у Лазине. Русские отбивались крайне упорно и отступили лишь к вечеру. Развивая успех, повстанцы в 21.00 16 февраля 1-м батальоном атаковали шуцкоровцев в Бучичах. Им удалось занять несколько домов села, но к рассвету они были вынуждены отступить. Наступательные действия 17–19 февраля также не принесли партизанам успеха: обороняющиеся неоднократно переходили в контратаки. В целом прикрывавшие дорогу части выполнили свою задачу, не дав противнику тактически отрезать Травник, но общей ситуации это не изменило – вечером 19 февраля город был захвачен после фронтальных атак VI и XI бригад НОАЮ. Это привело к началу общего отступления: в ночь на 20 февраля I батальон скрытно отошел непосредственно к шоссе, а на следующий день – к Витезю[991].
20-21 февраля II батальону пришлось столкнуться с частями обеих наступавших с запада бригад – ожесточенные бои шли у Хума, Велики Мошуни и Баскаради. В итоге люди Трескина отступили к Донья Вечериске и Риске. В это же время VII партизанская бригада атаковала позиции III батальона оберст-лейтенанта Зенкевича, заставив его также начать отход. Общие потери VIII бригады с начала наступления составили 28 убитыми, 106 ранеными и три пропавшими без вести, а VII 18–21 февраля лишилась семи убитыми и 40 ранеными. Но урон Вермахта в живой силе и материальном имуществе так же был велик[992].
Отступив от Крушчиче, III батальон закрепился в селах Горни Ровно (11-я рота), Доньи Ровно (10-я и штаб батальона) и Ковачица (9-я как резерв), где в ночь на 23 февраля подвергся новой атаке. Снежные завалы крайне затрудняли маневрирование: противники были вынуждены пользоваться узкими, обледенелыми дорожками, протоптанными в снегу. Из-за морозов смазка итальянских пулеметов загустевала, и те начинало заедать. По словам санитара Михаила Федоровского, усталость людей привела к тому, что отступление превратилось в паническое бегство, в ходе которого батальон потерял убитыми, ранеными и пропавшими около половины состава. Зинкевичу с трудом удалось восстановить порядок и организовать оборону на новом рубеже у Баре. Атаку осуществили 1-й и 3-й батальоны VII бригады, к 21.00 сбившие русских с позиций и продолжавшие преследование до 2.00 ночи