- Из-за денег и страха. Я... я не хотел в тюрьму.
- Я тоже не хотела умирать. А вы, похоже, знали, что меня закопают, иначе бы так не перепугались в харчевне. Будто мертвеца увидели.
- Клянусь, я думал, он только попугает! Душой клянусь, госпожа!
Гоэта встала и направилась на поиски Малиса. Он может сколько угодно называть её дурой, но пленника надлежит отдать властям. Если в душе живёт хоть толика сомнения, преступник невиновен. Не стал бы Хаатер посвящать случайного человека в свои планы. И сбежал ведь торговец из Сатии не сразу - значит, не душегуб, а банальный трус.
Эллина жалела, что не успеет добраться до ближайшего гарнизонного поста прежде, чем некромант расправится с жертвой. Даже если она побежит, рискуя разбить колени о бурелом, то всё равно по возвращению застанет труп: дороги минимум полчаса.
- Всё, поговорила? - Малис нашёлся сам.
Гоэта кивнула и завела разговор о людском правосудии.
- Линочка, не лезь, а? Особенно под руку. А ещё лучше ступай отсюда и помалкивай. Слова любовника вспомни: я не по вашим законам живу. Подарок хочешь? Так и быть, какую-нибудь штучку, чтобы рот закрыла.
Эллина мотнула головой, но некроманта ответ не интересовал. Он задумался, а потом обещал оставить кое-что на подушке:
- Если здесь заночуешь, получишь сюрприз. Сделаю живительное зелье. Кровотечения останавливает. Ты сколько весишь?
- Сто двадцать три фунта, - гоэта недоумевала, какое это имеет значение.
Оказалось, Малис высчитывал дозировку снадобья, чётко расписав, сколько капель надлежит пить и в чём зелье растворять, чтобы не ослабить эффект.
- Считай компенсацией за моральные терзания.
Некромант раздвинул кустарник и шагнул к торговцу. Легко перекинул его на плечо, будто ребёнка, и куда-то понёс.
Эллина решительно направилась следом, пытаясь воззвать не к совести, а инстинкту самосохранения. В итоге Малис велел помочь ему:
- Раз уж не ушла, то пользу приноси.
При виде замшелого камня ёкнуло сердце. Это, конечно, не алтарь, но гранит идеально подходит для тёмных ритуалов. Всё это гоэта вычитала в своё время в книгах: частично во время обучения, частично после бегства от Малиса.
Кинув ношу на землю, некромант попросил очистить камень ото мха и очертить его волнистым кругом. Сам же раздел жертву и сжёг её одежду.
Торговец молил о пощаде, сулил все свои сбережения и прочие услуги за жизнь - Малис остался глух. Зато у Эллины тряслись руки. Она спиной ощущала волны ужаса, исходившие от приговорённого.
Некромант положил обездвиженную жертву на камень и достал нож. Обернувшись к зелёно-бледной гоэте, Малис отправил её гулять:
- Это если поговорить после хочешь. Если нет, то стрелой отсюда, в деревню. Ты не маленькая, надеюсь, сообразишь, что соврать.
Эллина кивнула и попятилась.
Торговец закричал, и гоэта побежала, стремясь оказаться как можно дальше от страшного места. Остановилась она только в поле. Тяжело дыша, упала на траву. Потом вспомнила о Звёздочке и заставила себя вернуться в лес. Лошадь Эллина искала долго: всему виной паника бегства, дезориентировавшая в пространстве.
Понукая Звёздочку, гоэта мечтала о бутыли самогона: самое то в такой ситуации. Но до того как выпить, необходимо было придумать алиби и надеяться, что Малис подчистит её энергетические следы. Иначе знакомства с инквизицией не избежать. И Брагоньер с чистой совестью возьмётся пытать сам.
В поле Эллина столкнулась с гоэтами. Они сокрушались, что упустили торговца:
- Испарился, будто его и не было! Очередной маг, раздери их всех демоны на верёвки!
Гоэта посочувствовала и заверила, сотрудники Следственного управления всё равно найдут беглеца.
- Скоро солдаты должны подоспеть, расскажите, где его потеряли.
- А сама где была? - прищурился Седрик. - Заварила кашу и отсиживалась?
- Я сначала след искала, потом вас догоняла, упала...
Лучшая ложь рождается из правды, а путаться в показаниях Эллина не желала. Вот и приходилось выкручиваться.
В доказательство своей правоты, гоэта продемонстрировала грязную одежду.
- Вот ведь неумеха! - рассмеялся приятель, хлопнув её по плечу. - Одно слово - женщина! Хотя бы поиском пользовалась?
- Обижаешь! Как раз закончила. Как поднялась, так сразу. Только, - Эллина нарочито скривилась, - бок до сих пор ноет. Крепко я приложилась!
Подтверждая рассказ, гоэта отыскала срубленное деревце, едва не стоившее здоровья ей и Звёздочке. Следы падения имелись, последние сомнения спутников исчезли.
Результаты поискового заклинания тоже пришлось придумать. Эллина указала на лес, добавив, что побоялась соваться туда одна, только осмотрела опушку. Её решение одобрили: это работа для солдат.
Тут как раз подоспели стражи порядка. Выслушали рассказ гоэтов и начали прочёсывать местность. Эллина боялась подумать, что они найдут.
Заночевали в деревушке: капрал строго-настрого запретил возвращаться в Сатию до прибытия следователя.
Гоэта никак не могла заснуть, всё ворочалась и посматривала на окно. Ей мерещились реки крови и зомби. Успокоительная настойка не помогала, пришлось встать, зажечь свечу и сидеть, считая звёзды.
Дремота сморила только к утру, когда и появился Малис.
Эллина вздрогнула, почувствовав чужое прикосновение. Таинственный некто не церемонился, без спроса присев на её постель.
Открыв глаза, гоэта опустила взметнувшуюся руку с кинжалом: нахалом оказался Малис. Судя по молчаливой возне, тёмной энергии в нём значительно прибавилось.
- Малис, отстань, я не буду, - отпихнула некроманта Эллина. - У хозяина дочка красивая, иди к ней.
- Верность любовнику блюдёшь? - усмехнулся Малис, уловил момент и поцеловал. - Давай, мы быстренько.
- Никак, Малис, прости. Для тебя же лучше. Дело хоть и общественно полезное, но Брагоньер тебя убьёт. Ты мне слишком дорог.
Малис заверил, что не боится соэра, сам легко его убьёт, а полезное дело может быть приятным. Эллина признала, в этом он хорош, но решения не изменила.
- Как хочешь, золотце, - некромант ретировался, натянув одежду. - Пойду сговорчивых девочек искать.
Уходя, Малис сунул под подушку флакон. Он оказался прозрачным, доверху наполненным багряной жидкостью. Приглядевшись, Эллина поняла - это кровь.
- Не морщись брезгливо, я на это силы тратил. Только попробуй выкинуть! И так не заслужила.
Гоэта поблагодарила за снадобье и тревожно спросила, куда он отправится поутру.
- Да, наверное, обратно подамся. Только помалкивай! Если вдруг нужен буду, оставь на Рейквистких болотах камешек с каплей крови. Своей, разумеется. Кто-нибудь найдёт, передаст. Но особо не рассчитывай, крутись сама, а то в долгах запутаешься. Сама знаешь, я за всё плату беру. И не любовью.
Эллина кивнула и от всего сердца пожелала ему удачи. Всё-таки, чтобы ни говорили о тёмных, этого она считала другом. Разумеется, когда Малис находился во вменяемом состоянии. В невменяемом друзей для чёрных магов не существовало.
Брагоньер хмуро выслушал отчёт о тёмном ритуале и перевёл взгляд на Эллину. Она проходила свидетельницей по данному делу:
- Одно радует, госпожа Тэр, в этот раз вы не взлезли в самую гущу событий, хотя и проявили непохвальную самодеятельность. Вам надлежало не заниматься розысками преступника, а заявить о его местонахождении властям.
- Я и собиралась, но некромант меня опередил, - вздохнула гоэта, косясь на заместителя соэра, не спешившего покидать кабинет начальника. - Надеюсь, его найдут. Страшно подумать, что под Сатией завёлся тёмный маг!
Она старательно играла роль, следя за мимикой, жестами, интонацией, боясь хоть чем-то выдать себя.
Наконец господин Ульман ушёл, и разговор сразу сменил тональность.
- Эллина, надеюсь, сама понимаешь, что совершила глупость. - Брагоньер пристально смотрел на неё, постукивая карандашом по столу. - Если собралась куда-то по делу, скажи мне. И радуйся, что тебе не приписали связь с некромантом, а то твои следы в лесу имелись. К счастью, далеко от того места, где нашли... хм... тело.
Гоэта опустила глаза и недовольно пробормотала:
- По-вашему, Ольер, я круглая дура. Всегда и везде. Вы были заняты проверкой, я вас не отвлекала...
- Да уж, нашла оправдание! А если б он тебя там, в лесу, тоже убил? Ты об этом подумала? - повысил голос соэр.
- Я понятия не имела о тёмном маге. Мы просто ловили торговца, а он волшебством не владел. И солдат я вызвала. Хватит, Ольер!
- Хорошо, но впредь ты всегда говоришь, куда едешь. И, - Брагоньер выдержал паузу, - так просто от моих людей ты больше не отделаешься.
Эллина покачала головой, твёрдо заявив, что не собирается никому ничего докладывать. Потом осторожно спросила, как прошёл доклад. Она знала, многие были недовольны действиями Брагоньера, и опасалась, что историю с Матео Хаатером поставят ему в вину.
- Неплохо. Матео Хаатер косвенно помог раскрыть парочку преступлений в высшем свете, бояться было нечего. Я же вижу, к чему ты спрашиваешь.
Эллина улыбнулась и попросила рассказать о том, кого ещё соэр вывел на чистую воду. Информационные листы хранили молчание, а "Жизнь Сатии" кормила слухами.
- Да так... Один умник убил жену и попытался выдать её за жертву Хаатера. Опоздал всего на день: Хаатер уже сбежал. Парочка торговцев опиумом, один тёмный маг...
Гоэта вздрогнула. Неужели схватили Малиса?
- Какой маг? - дрожащим голосом спросила она.
Брагоньер отреагировал мгновенно, поинтересовавшись, за кого так боялась Эллина. Та покраснела и промолчала.
- Не его, - немного помучив гоэту, сообщил соэр. - Жил под подложными документами в предместье. Именно он снабдил Хаатера амулетами и... Впрочем, ты и так натерпелась ужасов, хватит! Одно скажу: маг оказался сильный, взяли уже мёртвым. Жаль, конечно, побеседовать не сумел, зато многие странности встали на свои места. Словом, если бы схватили Хаатера сразу, могли бы тёмного не найти. Он - существо намного более опасное.