Но даже это не могло подготовить девушку к тому, что она увидела двумя этажами ниже.
На лестнице была кровь. Много крови. След тянулся от внушительного пятна, «украшавшего» один из пролетов. На лестнице имелись металлические решетки, кровь стекла вниз… Но ничьих тел не было. Только эти жуткие разводы, которые пытались оттереть перепуганные насмерть горничные, работавшие под присмотром охранников.
– Что здесь происходит? – спросил Андрей.
Судя по выражению лица, один из охранников вознамерился огрызнуться в ответ, но, рассмотрев собеседника, сбавил тон:
– Несчастный случай.
– С кем именно?
– Я не уполномочен давать такую информацию.
– А придется!
Даниил, в отличие от Андрея с Женей, пришел сюда не по служебной лестнице, а со стороны коридора. Тут наблюдалось такое скопление людей, что их и невольно можно было заметить, даже с парадной лестницы! Вербицкий явился один: то ли не нашел Рощина, то ли посчитал разговор с ним бесполезным.
Эмоции, которые испытывал в этот момент адвокат, невозможно было разгадать. Он казался равнодушным, словно пятна крови на полу его вообще не касались… Но при этом заметно было в его манерах нечто такое, что заставило охранников расступиться перед Даниилом, будто они почувствовали, что этот спокойный – на первый взгляд – мужчина гораздо опасней того, полосатого, который выглядел предельно разгневанным.
– Здесь произошел несчастный случай, – упрямо повторил охранник. – Вот и все!
– Детали? Прежде чем вы приметесь убеждать меня, что это тайна личной жизни и частной собственности, я упомяну два факта. Во-первых, я адвокат и прекрасно знаю, на что я имею право. Во-вторых, пропала моя невеста. Поэтому мне крайне важно узнать, кто пострадал?
– Молодая девушка, – признался охранник.
– Она была одна?
– Ну да… кровь-то ее… Я не знаю ни ее имени, ни подробностей того, что здесь случилось. Я ничего не скрываю!
Здесь было слишком много крови… Жин-Жин думала, что в одном человеке столько крови просто… нету! Страшно представить, какие должны быть раны, чтобы из них так много вылилось! И этот тип говорит о несчастном случае?! Что, девушка пилочкой для ногтей порезалась?! Они даже не стремятся выставить свои байки в правдоподобном свете!
– Как… она выглядела? – с трудом спросил Даниил.
Чувствовалось, что он уже на грани. При всем его опыте максимум, что ему удавалось, – сохранять иллюзию спокойствия. Но он был бледнее, чем обычно, и Жин-Жин заметила, что руки у него дрожат. Она прекрасно понимала его, поэтому крепче прижалась к Андрею.
– Да не помню я! Блондинка… такая…
Этого было достаточно. При всей невнимательности охранника к деталям, блондинку от брюнетки он отличить вполне может. Значит, это не Агния!
Даниил развернулся и пошел прочь. Но по лестнице он направился не наверх, к своему этажу, а вниз почему-то.
– Куда это он? – удивилась Жин-Жин.
– В лазарет, – ответил Андрей. – По крайней мере, направление нужное. Давай-ка пойдем за ним, его лучше не оставлять одного.
– Он думает, что Агния – там?
– Откуда я знаю, что он думает? Он хочет проверить. Это вполне предсказуемо.
Но проверить это им как раз и не удалось. Их даже близко не подпустили к лазарету. Охранники вели себя молчаливо и решительно. Судя по всему, парень, отвечавший за ликвидацию всех следов, связался с ними и обо всем предупредил.
– Уже поздно, – объявил один охранник. – Вам лучше вернуться к себе.
– Мне нужно поговорить с вашим руководством, – голос Даниила звучал все так же ровно и сухо.
– Руководство отдыхает и вплоть до завтрашнего дня будет недоступно. Вернитесь к себе!
Чувствовалось, что руководство весьма далеко от мыслей об отдыхе, просто оно не желает беседовать с адвокатом, прекрасно осознавая все последствия. Выбор был такой: либо подчиниться воле охранников, либо идти напролом. Для второго варианта у них сил хватило бы, Жин-Жин уже имела возможность лично наблюдать, как Андрей дерется, и понимала, что четверо неуклюжих качков отнюдь не окажутся для него серьезным препятствием.
Другое дело, что это лишь осложнило бы положение. Здешние боссы успеют спрятаться и говорить с ними все равно не будут. Лайнер большой, не гоняться же за ними всю ночь! А за нападение на охрану их всех вообще могут изолировать, и все будет обставлено вполне официальным образом.
Даниил, похоже, тоже понял это. Он принял решение, хотя Жин-Жин не собиралась даже воображать, какой ценой оно ему далось.
– Хорошо. Мы дождемся утра. Но передайте вашему руководству и всем, кто с ним рядом ползает, что поговорить со мной завтра – и как можно раньше! – в их же интересах.
Больше он ничего не сказал, даже когда охранники остались за их спинами. Жин-Жин хотела было спросить, что он узнал у родителей Веры, нашел ли Рощина, но не решилась. Не тот момент! Даниила явно загнали в угол, для него нечто подобное – весьма непривычная ситуация.
Когда они вернулись на Лазурный этаж, Андрей наклонился к уху девушки и шепнул:
– Он спать не ляжет! Вот что… Пойдем к нему. Ты ложись и отдыхай. А я посижу с ним в гостиной, прослежу, чтобы он не натворил глупостей. По себе знаю, в такой ситуации поддаться первому порыву – проще простого. Но этим он способен навредить и себе, и Агнии. Дождемся утра, обдумаем все потщательнее, тогда и начнем действовать.
– Какое там «поддаться порыву»! Это же Даниил! Он не может… не станет…
– Он ее любит, – прервал Андрей. – А это, поверь мне, сильный аргумент! То, что он каждый день не скачет вокруг Агнии и не поет ей серенады, вовсе не значит, что сейчас он отправится обратно на вечеринку и забудет обо всем. Я надеюсь лишь на то, что к утру он возьмет себя в руки и будет действовать по плану.
Должен он взять себя в руки! Агния ведь не зря говорила, что Даниил – гений, пусть и проявит свою гениальность!
Вот только… Могут ли они себе позволить такое долгое ожидание?
Глава 19
Глупо корить себя за то, что уже случилось и что исправить нельзя. Но, поскольку вариантов более достойного времяпровождения у Агнии не имелось, она и не сдерживалась. Обидно ей было – до слез! Ведь сколько раз она уже так попадалась – сгоряча, не подумав о последствиях? Теперь винить во всем она может только себя!
Хотя нет: если разобраться, винить надо все-таки тех, кто ее запер. Их поведение по всем «пунктам» незаконно, и не нужно быть матерым адвокатом, чтобы понять это! Одного Агния не могла взять в толк: почему? Невозможно же вечно скрывать гибель человека! Да и Алла, если она выживет, за четыре дня в норму все равно не придет. Какой же смысл все скрывать?..
Хотя, наверно, в этих четырех днях и скрыта некая суть. Корабль вернется в порт, инвесторы разъедутся, гости покинут замкнутое пространство лайнера. Тогда уже можно будет привлечь влиятельных друзей, задействовать все связи и – уйти от ответственности. Вот они и скрывают скандальные случаи на лайнере! Что-то из серии «А после нас – хоть потоп!».
Или дело обстоит еще хуже? Вдруг они хотят потопить корабль, чтобы скрыть все следы чего-то такого, о чем их гости даже не подозревают? А убийства и начались из-за этого – кто-то из погибших заметил то, чего не должен был видеть!
Эта версия «прожила» в ее голове недолго. Она возникла только из-за того, что Агния была предельно измотана – морально и физически. Вот и родилась эта теория – сродни фантастическому сюжету! Но логика призывала скорее вернуться к менее глобальному варианту – к действиям убийцы. Или – убийц?..
Первым кандидатом на роль преступника – в случае Аллы – оказался бы Кирилл Игнатенко. Он ведь ради нее и явился на лайнер! Но она отчетливо произнесла: «Саша». В этих двух именах нет ничего общего!
Агния сразу подумала об Александре. Конечно, право на это имя он не монополизировал, но уж очень много фактов – помимо свидетельства Аллы, – указывают на него. Он вполне мог быть связан со всеми жертвами!
Взять хотя бы Ларису. Андрей предположил, что убийца поджидал ее в номере, раз в прихожей не было следов борьбы – не впустила же она его сама! Тогда это предложение казалось верным. Но что, если все же впустила? У Александра – потрясающий талант дурить головы нескольким женщинам одновременно. Он вполне мог закрутить роман с Ларисой, договориться с ней о встрече, вот она и поднялась в апартаменты, не предупредив мужа.
Александр явился, как они и условились. Только вместо бурной любви у них случились бурные разборки. Почему так произошло – пока что непонятно. Может, они поссорились, а может, он изначально с этой целью к ней и пришел.
Вера тоже могла его впустить в свои апартаменты добровольно, они, скорее всего, пересекались, знали друг друга. Одолеть слабую девчонку для сильного мужика не составило особого труда. А затем он просто попытался подставить Дениса – значит, он наблюдал за ними!
С Констанцией вот не совсем понятно… Либо она отказала ему – и поплатилась за это, либо согласилась – и разделила судьбу Ларисы. А результат все равно один… Ну а про Алевтину и думать не приходится: она с первого же дня с ним под ручку везде появлялась.
Это точно он, никто так тесно не связан буквально со всеми жертвами, как он – ни Денис, ни Макс Рощин! Только вот… псих он или просто грабитель? Номер Ларисы обокрали, у Веры вроде бы тоже пропали все украшения, бывшие на ней. В случае с Констанцией и Алевтиной ничего не известно, но предположить нечто подобное вполне можно.
Как ни странно, версия с ограблениями казалась Агнии более реалистичной, нежели версия с маньяком. Психи обычно убивают в одном «стиле», такой уж у них сдвиг по фазе. А убийства этих женщин совсем разные даже по уровню эмоций – Ларису просто растерзали, а в случае с Верой действия преступника были четкими, обдуманными.
Но во всем этом должны разбираться эксперты, а не она! Ее задача – предупредить всех пассажиров об опасности. И если бы она вела себя умнее, то давно бы сделала это, а не торчала бы здесь! А теперь… мало того что у Александра есть целых четыре дня, чтобы напасть на кого-то еще, так он еще и скроется сразу же! Затеряется в толпе по прибытии в порт – и все!