– Что вам от меня надо?
Под носом стало горячо и щекотно. Я дернулась было, чтобы вытереть кровь, но не успела – лорд Голден склонился к моему лицу. Губы, холодные и жесткие, коснулись кожи, втягивая в себя алую каплю. Заметив ужас в моих глазах, герцог довольно облизнулся.
– Прости, дорогая, пришлось немного попортить твое личико. – Пальцы герцога легли на виски. – Но ничего, тебе недолго придется об этом переживать.
Тьма.
Глава 25
Вшу-ух.
Что-то легким перышком скользнуло по коже, опасно подбираясь к пятке – почему-то голой.
Вшу-ух.
Я вяло пошевелила ногой, отгоняя назойливую воздушную паутинку, но та не отставала, двигаясь все быстрее и быстрее.
Вшу-уххх.
Вшу-уххх. Вшу-уххх.
Щекотно! Да щекотно же!
Вшу-уххх! Вшу-уххх! Вшу-уххх!
Напряжение нарастало. Я дернулась, желая спрятаться от раздражающих прикосновений, но тело не слушалось, скованное по рукам и ногам чем-то… чем-то…
Вшух-вшух-вшух-вшух-вшух!
Перо не останавливалось, волчком крутясь вокруг пятки, беспомощно прижатой к холодной поверхности. Горло сдавила паника. Я забилась, точно пойманная в силки рыба, в безумной попытке сбросить оковы и прекратить мучительную пытку. Ногти царапали холодный камень. Тело выгнулось дугой, с губ сорвался стон.
И я пришла в себя.
– С пробуждением, спящая принцесса! – раздался ехидный голосок, и сердце забилось от радостного узнавания и облегчения. Жива! – Так и знала, что щекотка тебя и от мертвого сна разбудит.
– Лорри! – Я сморгнула выступившие слезы. – Лорри!
– А ты кого ждала? – хмыкнула графиня. – Прекрасного принца? Поцелуй, конечно, самое действенное средство от обморока, но монарших особ мужского пола в округе как-то не наблюдается.
Я рассмеялась – даже в заточении Лорри оставалась верна себе! – и попыталась подползти к подруге, но потерпела неудачу. Руки, ноги и шея оказались прикованы к плоскому каменному столу. Он излучал холод и мерцал изнутри радужными переливами, точно настоящий, невообразимо огромный кристалл. Других источников света в пустом зале с низкими сводами, больше похожем на подвал старинного замка, чем на дворцовые покои, не наблюдалось. Людей, если не считать графини, кажется, тоже не было.
Лорри сидела в углу: когда глаза немного привыкли к полумраку, я различила худой силуэт у дальней стены. Руки графини были связаны за спиной, толстая веревка тянулась к вбитому в стену крюку. Красивое лицо украшало несколько заметных синяков и ссадин, но боевого духа Лоррейн не растеряла. Помятая, перепачканная, в разорванной юбке, она бесстрашно улыбнулась, поймав мой взгляд.
– Лорри… – Несмотря на ужас нашего положения, я никогда не чувствовала себя такой счастливой, как сейчас, видя рядом живую и почти невредимую подругу. – Ох, я так боялась, что мы тебя потеряли…
– Ну я же не второй чулок, чтобы меня было легко потерять и невозможно найти! – Она фыркнула. – Истинная леди-детектив никогда не падает духом и не оставляет попыток выбраться. И мне как раз нужна твоя помощь. Кстати, спасибо, что захватила мой камень силы. Так и знала, что он поможет тебе почувствовать меня. – Леди-детектив удовлетворенно улыбнулась. – Тут дверь со встроенным артефактом, который блокирует магию изнутри и снаружи, так что я, как только сообразила, наловчилась вскрывать замок и, пока никого нет, размыкать силовой контур. И план побега уже подготовила, только ждала нужного момента.
– Но… – Я растерянно огляделась. Ничего подходящего для освобождения вокруг не наблюдалось – в зале вообще не было ничего, кроме каменного стола и пары фолиантов в открытых стенных нишах. – Мы привязаны, Лорри…
– Глупости, – отмахнулась графиня. – Это только мужчины считают, что для того, чтобы творить магию, нужны полностью свободные руки и ноги, разум, очищенный от лишних мыслей, абсолютная тишина, полная чистота и правильный настрой, а иначе ничего не сработает. А у меня, как тебе прекрасно известно, огромный опыт скрытного применения магии, позволявший скрасить многочасовые матушкины нотации о том, что пристало или не пристало юной леди, которая хочет удачно выйти замуж. Что мне какое-то кольцо в стене? – Она пошевелила плечами, демонстрируя ослабленный узел, обвивавший тонкие запястья. – Вот попробовал бы кто магичить из-под вышивки, когда матушка и Норра в четыре глаза следят, чтобы стежки ложились ровно!
В подтверждение своих слов она вновь пощекотала мои пятки лоскутком кружева. Я безуспешно дернулась – в отличие от веревок Лорри, металлические оковы держали прочно.
– Перестань!
– Ладно, ладно! – Довольно хихикнув, графиня повернулась спиной. – Видишь узел на веревке? Мне нужна противодействующая сила, чтобы потянуть его в разные стороны. Одна я не могу, а вот твоя воздушная магия сейчас будет очень кстати. И повезло же, что у нас одинаковая магия.
Я нервно прочистила горло.
– Лорри, мы… не одинаковые. Я… моя сильная магия – другая… – Собрав мужество в кулак, я наконец призналась: – Огонь.
Но графиня, казалось, совершенно не удивилась. Даже, наоборот, обрадовалась.
– Ой! – Она фыркнула. – Я боялась, ты сейчас скажешь, что ты мастер над зверем. Или, что еще хуже, – над водой, и нам останется только утопиться. А огонь – это же прекрасно! Пережжешь веревки – и здравствуй, свобода!
– Прости, Лорри, но у меня нет твоего опыта применения магии из-под пяльцев. Если бы я попробовала нечто подобное, все кончилось бы подожженным батистом, а заодно ковром, клубком и шиньоном леди Норры. Я не могу так. Вдруг я тебя обожгу?
Я нерешительно подергала скованными руками. Пальцы двигались, я даже могла ими щелкнуть, выпуская искру. Но контролировать ее не получалось – металлические петли плотно прижимали запястья, не позволяя задать направление пламени.
Огонек беспомощно сорвался с пальцев, и каменная поверхность стола впитала его без остатка.
– Попробуй еще раз, – терпеливо предложила Лоррейн. – Давай, ты сможешь. Мы, женщины, можем все! Жги! Не думай о мелочах, сосредоточься на веревке. А то, не хочу тебя пугать, но какой-то противный голосок упрямо шепчет мне на ухо, что вряд ли нас надолго оставят одних.
Последний аргумент подействовал. Сконцентрировавшись, я выпустила искру, целясь в узел, связывавший запястья Лорри. Первые два язычка пламени упали на пол и, не найдя пищи, потухли. Третий приземлился на подол юбки графини, но не успела я испугаться, как та ловко затоптала огонек пяткой.
Четвертая попытка оказалась удачной.
Искра упала прямо в переплетение толстых нитей. Я изо всех сил старалась удержать контроль над пламенем, не давая разгореться в полную силу, но даже так веревка начала поддаваться. Узел задымился, в глубине запульсировало красное свечение.
Лорри возликовала.
В тишине отчетливо раздался звук лопнувшей крученой нити.
Одна.
Вторая.
Внезапно бедро обожгло, будто уголек коснулся кожи. Вскрикнув от неожиданности и боли, я дернулась и потеряла концентрацию. Искра потухла.
– Ой!
– «Ой» – что? – мгновенно встрепенулась Лорри, недовольно дергая руками. – Где «ой»?
– Не знаю. В кармане…
Легкий ветерок, не иначе как очередные проделки графини, шаловливо всколыхнул складки юбки, пощекотал кожу на бедре. Жжение пропало. Я скосила взгляд вниз, силясь разглядеть, что Лорри вытащила из моего кармана, но подруга оказалась шустрее.
– Ничего себе! – Изумрудные глаза округлились. – Это же камень силы моего брата! Как он у тебя оказался?
Я растерянно хлопнула глазами – хотелось бы и мне это знать! Хотя… В памяти вспыхнули сладкие мгновения наших торопливых объятий в том месте, где я сказала, что нашла Лоррейн. Поцелуй, огнем опаливший губы, и жаркие ладони, скользнувшие по спине, талии и вдруг опустившиеся намного ниже, чем позволяли приличия. Выходит, тогда Коул подложил мне свой камень силы. Но… зачем?
– Так-так-так! – Глаза графини загорелись любопытством. – Ты явно от меня что-то скрываешь, негодница! Как ты могла не рассказать о вас с Коулом?
– Лорри… – Щеки вспыхнули. – Да о чем рассказывать? Мы просто… тебя искали. И нам пришлось… пришлось изобразить пару. Помолвленную.
– Так вы еще и помолвлены?! – Графиня дернулась в путах, как будто хотела захлопать в ладоши, но слишком поздно вспомнила, что руки связаны за спиной. – Ну братец дает! То год ходит вокруг да около с несчастным видом, а то вдруг несется к алтарю, точно скаковой жеребец!
– Да нет же, это не серьезно, это просто…
– Ага-ага! – захихикала подруга. – Так просто, что ты аж пунцовая вся.
– Лорри!
– Что – «Лорри»? Необязательно обладать способностями мастера над разумом, чтобы быть наблюдательной и уметь делать правильные выводы. А ведь я же говорила, гово…
Она резко замолчала, и в наступившей тишине я услышала, как вдалеке гулко хлопнула тяжелая дверь.
По лицу графини пробежала тень, насмешливая улыбка сползла с губ. Лорри подобралась, притихла и побледнела, только глаза сверкнули яростным зеленым огнем. И я вдруг с горечью осознала, что бесстрашная леди-детектив оказалась не такой неуязвимой, какой она привыкла себя считать. Сколько бы она ни пыталась шутить и делать вид, что все в порядке, правда все равно проступала наружу лиловыми подтеками синяков и непривычной настороженностью в некогда открытом и ясном взгляде.
Нужно признать: такой, как прежде, – чуточку наивной авантюристкой, свято верящей, что ничего дурного с ней никогда-никогда не случится, Лорри больше не будет.
Злость поднялась в душе жаркой волной. Я скрипнула зубами, руки сжались в кулаки. Мэр и я, мы привыкли сносить удары судьбы, но Лорри, моя прекрасная, добрая, наивная Лорри… Никто не имел права ее и пальцем трогать!
«Не прощу, никогда не прощу!»
Ярость вспыхнула внутри, выжигая неуверенность и страх. А вслед за ней пришла неожиданная ясность. Огонь, воздух. Если я боюсь навредить Лорри, нужно заключить узел на ее запястьях в воздушный кокон и спалить веревку дотла, не думая о контроле пламени.