— А может этот Колдун — лекарь? — продолжил рассуждение Ромми. — Может он придумывает новые лекарства?
— Не, — сказал Фан. — Если бы он был лекарем, так тогда бы лечил людей. А он всех сторонится и никого не пускает к себе в замок.
При упоминании о замке, все молча посмотрели на выглядывающую из-за леса башню.
— А что если мы расследуем, чем занимается Колдун? — предложил Юмм. Он сел на корточки и посмотрел на ребят.
— Ты что, рехнулся? — ответил ему Глюк. — Он превратит тебя в какую-нибудь вонючую жабу, и дело с концом.
— А если не превратит, — не унимался Юмм.
— Дело интересное, — серьезно произнес Фан, — но рискованное.
Дело, действительно, представлялось интересным. Шутка ли выследить колдуна и узнать, чем он занимается. Но Колдун, то есть Злюукен, был загадочной и мрачной для жителей Йеллокленда личностью. Его побаивался даже сам бургомистр. Поэтому, ребята с опасением отнеслись к предложению Юмма. Но любопытство, а также безделье, связанное с наступившими каникулами, перевешивали страх. Тем более это занятие достойно смелых, а из компании мальчишек никто не считал себя трусом.
Все больше разгораясь идеей, друзья начали строить планы осуществления возникшего замысла. Перво-наперво решили создать штаб с наблюдательным пунктом. Глюк предложил для этого заброшенную ветряную мельницу на краю города. Недолго думая, ребята поднялись с песка и отправились туда. Дорогой они продолжали обсуждать предстоящее дело.
— У моего отца есть старая подзорная труба, — говорил Фан. — Завтра я попытаюсь принести ее.
— Это хорошо, — отвечал ему Юмм. — Трубу мы установим на мельнице. Но наблюдать из штаба — этого мало. Колдун ходит по лесу, и мы его не всегда сможем увидеть с мельницы. Надо организовать летучие отряды разведчиков и патрулировать в лесу.
— А это не опасно? — вдруг вставил, молчавший до этого Макс.
— Без риска здесь не обойтись, конечно, — ответил Глюк. — Но слабые сердцем могут удалиться.
На его слова Макс обиженно надулся. Он хоть и младше всех, но трусливым себя не считал. Правда, ему было страшновато встречаться один на один с Колдуном, но вместе с товарищами он не боялся.
— Ничего, Макс, не слушай ты этого задавалу Глюка, — успокоил малыша Томми. — Мы знаем, что ты не трус и выгонять из отряда не будем.
Макс приободрился и зашагал рядом с близнецами.
— А каким образом мы будем осуществлять патрулирование? — продолжил разговор Фан.
— На мельнице у нас будет постоянный наблюдательный пункт, — Юмм на ходу сочинял стратегический план. — Там мы установим дежурство: по два человека, которые будут сменяться через каждые два часа. Если они заметят, что Колдун вышел из замка, то тогда за ним отправится наблюдать отряд разведки.
— Ты это здорово придумал, Юмм, — не сдержался от восхищения Глюк. — А что будет, если Колдун заметит, что мы за ним следим?
— Нам надо быть осторожными, — заметил Фан. — А если кто и попадется, то он не должен выдавать остальных.
— Тогда, чтобы быть уверенными в том, что никто не проговорится, пусть каждый даст клятву.
— Это мы сделаем на мельнице.
Вскоре ребята дошли до места. Мельница перестала функционировать, когда построили новую на реке. Произошло это давно, еще задолго до появления на свет наших друзей. Сейчас мельница представляла собой высокое здание с заколоченными окнами. Ее крылья поломались. Но внутри еще можно увидеть огромный жернов, перемоловший за свою жизнь несчетное количество муки.
Мальчишки взобрались наверх по ветхой лестнице под самую крышу. Здесь находилось небольшое помещеньице — чердачок с круглыми окнами в каждой из четырех стен. Это как раз то, что нужно. С окон можно разглядывать окрестности, и отсюда хорошо виден замок. Все ребята согласились, что место для штаба и наблюдательного пункта подходящее.
Итак, началась слежка за Колдуном.
Теперь в сторону замка из окна мельницы постоянно выглядывал стеклянный глаз принесенной Фаниэлем подзорной трубы. Двое наблюдателей поочередно прилипали к окуляру и всматривались вдаль. Надо сказать, труба оказалась мощной. Она приближала на столько, что можно было разглядеть в подробностях ворота замка и его строения.
Мальчишки решили нарисовать карту окружающей местности. Близнецы принесли из дому большой рулон бумаги, и на листе в скором времени появились выведенные неумелой мальчишеской рукой заливы, мыс, замок, кладбище, окраина города. Ребята нанесли все дороги и тропинки. Особо старались Томми и Ромми. И когда карта была уже готова, то они по праву гордились своим топографическим шедевром.
Несколько раз дежурные наблюдатели замечали, как Колдун выходил из замка в своем длинном черном плаще с котомкой через плечо. Тогда вслед за ним отправлялся отряд из четырех человек. Но Злюукен быстро пропадал из виду, скрывшись в чаще леса. И тогда после долгих блужданий мальчишки возвращались ни с чем. Но все же два раза они его выследили.
Как-то мальчишки чуть было не столкнулись с Колдуном, выйдя из березовой рощицы на одну неширокую поляну. Они увидели Злюукена, озабоченно вымерявшего расстояния между двумя высокими соснами, одиноко растущими посреди луговой травы. Разведчики спрятались в кустах и оттуда смотрели за странным занятием герцога. Тот, отмерив от второй сосны несколько шагов, воткнул в землю шест. Отошел и, глядя на шест, почесал подбородок. Неожиданно для ребят, очевидно о чем-то вспомнив, Колдун стремительно зашагал в противоположную от них сторону и скрылся из виду.
В другой раз ребята обнаружили его на кладбище. Герцог сосредоточенно рыл чью-то могилу. Увиденное так подействовало на мальчишек, что они тут же бросились бежать обратно и заявили Юмму, который оставался в штабе и дежурил у подзорной трубы, что больше за этим Колдуном они следить не будут. И ушли. Юмм остался один. Глубоко вздохнув, он сам отправился на кладбище.
Глава 4
Злюукен по своей привычке вел аскетический образ жизни. Ел два раза в день — утром и вечером, не требовал себе пышной и разнообразной одежды. Да что там, ходил почти всегда в одном и том же. Черный камзол, брезентовые штаны, сапоги и плащ — вот в чем обычно видели герцога. И если бы не заботливая Агиста, которая следила за состоянием его гардероба, то одежда уже давно бы превратилась в лохмотья. Нетрудно догадаться, что слуги герцога особо работой не загружались. К тому же Злюукен никогда не посвящал их в свои дела. Устроив в одной из башен лабораторию, он в основном пропадал там или бродил в окрестностях замка, занимаясь своими странными поисками.
Сегодня утром после легкого завтрака, взяв с собой видавшую виды котомку, из которой торчала короткая ручка миниатюрной лопатки, он отправился к кладбищу Норденбергов. За последнее время герцог изучил все могилы, вымерил, казалось, каждый сантиметр кладбища и близ лежащего леса. И вот, он снова пришел к месту, где покоились его предки. Остановился перед разрушенным камнем без надписей.
— Наверняка здесь, — пробормотал себе под нос Злюукен и, скинув плащ, начал оттаскивать камни. Кряхтя от их тяжести, старик проворно выворачивал булыжники из могильного холмика. Он работал с остервенением. Передохнув с полминуты после камней, схватил лопату. Железо вонзалось в уплотненную землю неохотно. Работа продвигалась медленно.
— Ничего, ничего, — подбадривал себя Злюукен.
Постепенно, яма становилась глубже. Воодушевляясь результатами такого странного труда, герцог взмахивал лопатой все энергичнее. Наконец, металл ковырнул трухлявое дерево. Гроб. Злюукен осторожно очистил поверхность крышки от земли. На ней, конечно же, ничего не сохранилось. Тогда он, изо всех сил замахнувшись лопаткой, разбил крышку гроба и откинул в сторону обломки. Белый череп пустыми глазницами вопрошающе смотрел на человека, потревожившего его покой.
Злюукен осторожно пошарил рукой внутри гроба. Кроме крестика на цепочке, трех золотых колец и горсти монет он ничего не нашел. Кинув назад драгоценности, он с сокрушенным видом выкарабкался из могилы и тут же снова, чуть было, не свалился обратно: рядом с ямой стоял мальчишка. Он глядел на Злюукена ошарашенными глазами, сам готовый упасть в обморок.
Старик от неожиданности не мог открыть рта. Наконец он заорал скрипучим голосом:
— Что?! Что ты тут делаешь?!
Мальчишка сорвался с места и кинулся прочь.
— Не-ет! Ты уж постой! — кричал старик, бросившийся вдогонку. Он бежал быстро, но мальчишка — еще быстрее. Злюукен понимал, что ему уже не догнать его, но тут пацаненок запнулся о камень и растянулся на земле, широко раскинув руки. Герцог подскочил к нему. Морщинистые пальцы крепко вцепились в одежду мальчика.
Юмм сначала сопротивлялся, пытался вырваться из железной хватки Злюукена. Но видя, что тот не собирается его выпускать, успокоился. Ему было сейчас по-настоящему страшно.
Когда Фан и Макс рассказали о том, что они увидели, у Юмма возникло острое любопытство, которое не оставляло в его душе места для страха. Он только презрительно подумал о трусости своих приятелей и решил сам, во что бы то ни стало, выяснить, чем занимается Колдун.
Когда мальчишка приблизился к кладбищу, ни одна мысль о том, что это опасно, не приходила ему в голову. Даже когда он увидел разрытую могилу, любопытство, как разыгравшийся аппетит, подталкивало его подойти и посмотреть. Юмм так и сделал. Но то, что он увидел потом, почти полностью отключило сознание. Первые мгновения ни одна мысль не смела шевельнуться. И как только Злюукен своим страшным голосом закричал на мальчишку, тот понял только одно: надо бежать, бежать как можно быстрее от этого ужасного человека.
И сейчас Юмм ощущал жуткий страх, когда его преследователь цепко держал свою жертву в руках. Страх, который не давал даже произнести и слова.
— Успокойся, успокойся, мальчик, — говорил Злюукен, поднимая мальчишку с земли. — Я тебе ничего плохого не сделаю. К сожалению, ты увидел слишком много, чтобы я мог отпустить тебя просто так. Если ты сейчас вернешься в город и расскажешь хоть кому-нибуд