Честно говоря, я ни в коем случае не хочу, чтобы кто-то пострадал на этом балу, но мне было бы очень интересно увидеть своего отца в деле. Пока что я ни разу не видел, как он оказывает помощь. Лекарь с такой родословной точно должен обладать немалой силой.
Я отложил приглашение, затем сжёг письмо, как и просил Николай Первый, после чего направился в мастерскую.
Мастер Захаров превзошёл все мои ожидания. К ночи ему и его команде уже удалось собрать первый прототип дефибриллятора. Чтобы протестировать его, мы решили провести эксперимент над животным. Негуманно, но иного выхода у нас не было.
На следующее утро я купил у одного из местных фермеров старого больного хряка, которого и так собирались зарезать даже без нашего участия.
Было принято решение воспользоваться аппаратом на животном до того, как мы начнём испытывать его на пациентах. К сожалению, в моём мире это было нормальной практикой — проводить эксперименты на животных. Однако я не собирался наносить серьёзный вред приобретённому хряку.
И, как выяснилось позже, беспокоиться не стоило. Всё прошло гораздо лучше, чем я думал.
Сначала мы накормили хряка, предварительно подмешав туда препарат, способный вызвать аритмию. А сразу после этого использовали тестовый дефибриллятор.
И… Свин полежал несколько минут, пытаясь отойти от проведённого опыта, а затем, как ни в чём не бывало, поднялся и пошагал к миске с едой.
Это был наш первый успех. Как я уже говорил, сердце свиньи очень похоже на человеческое, поэтому нам теперь остаётся лишь немного откалибровать дефибриллятор и придумать, как более качественно использовать его уже на человеке. Фактически, изобретение полностью готово.
Работа кипела, и я на несколько дней полностью потонул в разработках, которые будут представлены на соревновании. Однако за сутки до встречи с Павловым, мне пришла весточка от моего отца.
«Приходи в мой номер. Человек, о котором я говорил, уже приехал».
Не хотелось мне тратить время на эти дурацкие тесты, проверяющие наличие некротики в теле человека, но я всё же решил перестраховаться. Всё-таки наследственность — штука опасная. Неизвестно, что могут передать мои гены потенциальному потомству.
Я прошёл в отель, где расположился мой отец. Меня сразу же проводили к его квартире и, оказавшись внутри неё, меня встретил лысый мужчина с массивным чемоданом в руках.
— Познакомься, Алексей, — произнёс отец. — Это — мой хороший знакомый, о котором я тебе уже рассказывал. Он занимается некротикой и некротическими заболеваниями, в том числе и скрытыми.
— Михаил Савельевич Тихомиров, — представился мужчина.
— Алексей Александрович Мечников, очень приятно, — пожав руку мужчине, ответил я.
— О-о… — протянул он. — Сильные вибрации лекарской магии! Не хуже, чем у вашего отца.
Быстро же он почувствовал мою силу. А ведь сегодня утром у меня как раз начали приходить в себя магические каналы. Пока что я стараюсь лишний раз ману не тратить, но в теории уже могу снова ей пользоваться.
— Я оставлю вас наедине, — сказал отец и покинул квартиру.
Тихомиров же предложил мне присесть, затем открыл свой чемодан и достал из него некий механизм, состоящий из пяти магических кристаллов.
— Что от меня требуется, Михаил Савельевич? — спросил я.
— Не беспокойтесь, процесс предельной простой и абсолютно безболезненный. Эм… Почти безболезненный, — сказал он. — Всё, что вам нужно — положить свою ладонь на главный кристалл. Он довольно острый — это сделано намеренно, чтобы вы смогли проколоть кожу ладони. Для теста понадобится ваша кровь.
Все эти манипуляции с кровью мне не нравятся ещё с тех пор, как Мансуровы умудрились соорудить клона из моего генетического материала. Но на этот раз я был готов к тесту. После его окончания смогу уничтожить свою кровь обратным витком — и никто из недругов не сможет заполучить мои клетки.
Я сделал глубокий вдох, положил ладонь на центральный кристалл и сделал небольшой прокол. Как только кровь потекла по поверхности почти прозрачного минерала, весь механизм вспыхнул.
Цвета кристаллов изменились и…
— Боги! — воскликнул Тихомиров и обхватил руками свою лысую голову. — Я… я впервые вижу такой результат.
Глава 25
Центральный кристалл загорелся ярко-зелёным светом, а окружающие его минералы чуть ли не всеми цветами радуги засияли. Один чёрный, другой остался белым, третий тоже зелёный, четвёртый коричневый, пятый оранжевый — аж в глазах рябеть начало!
Да ещё и Тихомиров откинулся на спинку дивана с таким лицом, будто кристальный аппарат показал ему, что я сын самого дьявола, а не Александра Мечникова. Чёрт его знает, как на это реагировать! Что же там за результат такой, которого он ни разу в жизни не видел?
Хотя пока что отношение к этому тесту у меня крайне скептическое. Мне кажется, будто я нахожусь на приёме у шарлатана, раздающего карты. У предсказателя судеб.
Но это лишь моё впечатление. На деле же в этом плане я отцу доверяю. Вряд ли бы он стал работать с ненадёжным человеком, когда на кону стояла жизнь его супруги и сыновей.
— Михаил Савельевич, чему вы так удивились? — спросил я. — Как трактовать этот результат?
— Ух… — выдохнул Тихомиров. — Давайте по порядку. Смотрите. Видите цвет центрального кристалла?
— Зелёный, — кивнул я. — Ну, и что это значит?
— К счастью для нас всех это означает, что в вашем теле преобладает лекарская магия. Причём в большом количестве. То есть, в теории, если в ваше тело кто-то запустит некротику, тогда вы быстро сможете от неё очиститься.
Это я и так знаю. С некротикой я уже взаимодействовал много раз. Даже был в мире, который является источником этой зловредной магии.
— А теперь взгляните на первый кристалл слева от главного. Чёрный. Догадываетесь, что это значит?
— Вы ведь осознаёте, что я понятия не имею, как работает ваш механизм? — усмехнулся я. — Ну, ассоциации с чёрным кристаллом у меня, мягко говоря, нехорошие. Лучше расскажите сами, что это значит?
— Второй кристалл показывает вашу предрасположенность к тёмной магии, — ответил он. — И она у вас буквально стопроцентная! То есть, если бы каким-то образом вы получили возможность пользоваться некротикой или захотели сами ею овладеть — она бы далась вам так же легко, как и лекарская магия. Другими словами, потенциально вы — верховный некромант. Но лишь потенциально. Следующие кристаллы показывают, что вы пока что не отдались этому соблазну. Белый цвет третьего кристалла означает, что вы даже не пытались пользоваться своей тёмной стороной. Последние два — зелёный и оранжевый отображают ваши способности — прямой и обратный витки. Очень хорошо развиты! Слов нет! Но вот с коричневым кристаллом могут возникнуть проблемы.
— Какого рода? — поинтересовался я.
К проблемам мне уже не привыкать. Они в моей жизни возникают на регулярной основе. Удивляться тут нечему.
— Этот кристалл отражает, как упакована в вашем организме способность передавать тёмную магию другим людям. Особенно потомству, — произнёс он. — Коричневый цвет обозначает, что вы практически с восьмидесятипроцентной вероятностью передадите свою силу детям. У вас же пока что нет детей, если я не ошибаюсь?
— Нет, семью я ещё завести не успел, — помотал головой я.
— Ну, это дело наживное! — улыбнулся Тихомиров. — Но всё же я рекомендую найти способ что-то в себе изменить перед тем, как заводить потомство. Слишком велика вероятность, что дети станут некромантами. Ой… — он вздрогнул. — Простите за непрошеный совет. Не знаю, уместно ли было говорить вам нечто подобное, но моя задача — предупредить вас.
— Всё в порядке, — кивнул я. — Мне было интересно узнать о своём внутреннем потенциале. Скажите, Михаил Савельевич, а вам известно, как можно сократить эти риски? Наверняка ведь есть какой-то способ.
— Я бы подсказал вам, если бы второй кристалл не был полностью чёрным, — Тихомиров достал из кармана платок и провёл им по влажному лбу. — Скажу вам честно, Алексей Александрович, я ещё никогда не имел дел с человеком, у которого имеется такой потенциал к тёмной магии. Я как будто провёл осмотр некроманта, хе-хе, — он нервно усмехнулся, явно опасаясь, что я на самом деле могу оказаться настоящим некромантом. — Простите, господин Мечников, но тут даже я бессилен. Ничем помочь не могу. Ваш отец дал мне разрешение рассказать вам о том, какой некротический потенциал у ваших братьев. И их кристалл, отражающий предрасположенность к передаче некротики, едва-едва замутнён. Как ведро воды, в которую опустили одну каплю йода. Мне было нетрудно справиться с таким. Но у вас ситуация гораздо сложнее. Простите меня ещё раз. Придётся вам самостоятельно искать способ избавиться от этой ноши.
— Ничего, — кивнул я. — Ещё раз благодарю вас за консультацию, Михаил Савельевич.
Тихомиров покинул квартиру, после чего ко мне зашёл отец, и я кратко пересказал ему всё, что мне удалось узнать благодаря Михаилу Савельевичу и его диковинному механизму.
— Проклятье… — выругался Александр Мечников. — У меня было такое предчувствие, но я надеялся, что это обычная паранойя. Когда родились твои старшие братья, Ольга чувствовала себя сносно. Но будучи беременной тобой, у неё возникли первые тревожные симптомы. Некротика начала брать верх. И… Я должен признаться, Алексей. Именно в этом и кроется причина, по которой я изгнал тебя из семьи. Не могу сказать, что других причин не было, но эта была основной. Я боялся, что ты станешь некромантом.
— Но это никогда не произойдёт, — ответил отцу я. — Лекарская сила во мне гораздо могущественнее, чем элементы тёмной магии. А как защитить своё будущее потомство от некротики я ещё придумаю. Не беспокойся, отец. До того, как у меня появятся дети, я обязательно найду способ очистить себя от этой дряни.
Правда, это будет крайне непросто. Тихомиров и сам не понимает, с чем работает. Похоже, коричневый кристалл указывает на гены, несущие в себя предрасположенность к тёмной магии.