Расслабилась Кира у Роха в руках. Он почувствовал и глянул удивлённо:
- Не боишься...
- А чего бояться тебя, коли добр ты?
Рассмеялся староста горестно или издевательски? Поцеловал её легко. Прошептал:
- А коли так, отвечай. Кто такой этот прошлогодний?
Кира не смогла солгать:
- Князь.
Изменилось что-то в оборотне. Вздрогнул он, сжал Киру сильнее. Так, что дышать стало тяжело, и сопротивляться силы кончились. Рыкнул:
- Его привечаешь, значит?
И впился поцелуем Кире в губы. Она, несмотря на цветные круги перед глазами, задёргалась, пытаясь освободить руки. Он сжал сильнее. Оторвался на мгновение от неё. Прошептал как-то горестно:
- А я не нужен, значит?..
Вгляделся Кире в глаза и решил что-то для себя:
- Ну, и пусть!
Теперь он вёл себя совершенно иначе. Не наказывал, а соблазнял. Как Армос, в своё время. Значит, решил до конца идти. Что ж такое с ним? Почему так взбесился, когда о князе услышал?
Кира, когда поняла, что происходит, разом успокоилась. Соображать стала. Защиту его проверила. И поразилась. Под всей этой шелухой, что должна была показывать всем заинтересованным Роха, бастион. Не хуже, чем у неё. Не пробиться.
Не ударить ей магией. Физически он неизмеримо сильнее, и пока руки не освободит ей, ничего она не может. Только звать Лешего. Или попробовать хитростью? Жалко было Кире дурня. Ну, влюбился не в ту. Ну, контроль потерял. Так что, убивать его за это?
И она решилась. Поцеловала его сама. Ответила. Он не поверил, конечно. Напрягся ещё сильнее. Но постепенно стал голову терять по-настоящему. Мужчина! Стыдно Кире было на чувствах его играть, но всё ж лучше, чем смерть. А потому, продолжала она.
А когда он, не соображая уже, руки отпустил её, она и ударила. Да не так как с Даросом, а серьёзно. Потому, что природа его ей неизвестна. А дома дети у неё. И чтобы уйти из этого мира время нужно.
Рухнул оборотень как подкошенный. Кира даже не оглянулась на него. Нет времени! Выстроила портал. Домой! Горыня с Лушей с удивлением смотрели на всклокоченную маму. Она крикнула им:
- Уходим!
Дети схватились за свои, заранее приготовленные на такой случай сумки. Не успели...
Глава 44.
Кира почувствовала, что он рядом. Вернее, он сам дал понять это. Как тогда, с сигналкой. Набросила на дом универсальный щит. Вышла наружу. Даже волосы не пригладила.
Он стоял на границе щита, пройти не пытался. Она к границе щита и близко не подошла. Ну его! У неё дети дома!.. Кто он такой, что пришёл в себя так быстро? И чего ждать от него?
Он жадно смотрел на Кирию. Голос, однако, был вкрадчивым:
- Кто ты такая, ведьма, что знаешь эту технику?
Кира мотнула головой, мешают волосы. Он глаза не смог оторвать от этого её движения. Смотри! Теряй разум! Ну!
Хрипло спросила:
- Что нужно от меня?
Криво улыбнулся оборотень:
- А ты не знаешь? Что замуж зову тебя уже три года как?
Кира бросила притворяться и бабку или дуру из себя корчить. Оскалилась:
- Так зовёшь, что едва не изнасиловал?
Смутился он:
- Прости! Остановился бы я!.. Я как услышал...
Кира быстро заплетала косу:
- Ага, про князя. Понятно, что травма у тебя. Но не повод это!..
Покраснел Рох:
- Не повод...
И выдавил из себя:
- Прости меня.
Смотрел на неё прямо. И Кира поверила. Бабы посчитали бы дурой её, что поверила, или что мало на чувство вины оборотню давила... А и ладно! Она - это она. И другой быть не хочет. Вздохнула:
- Прощаю. Иди уже, жених!
Насторожился Рох:
- Что теперь? Уйдёшь?
- Уйду, конечно! А как думал ты? Дети у меня, а ты ненормальный!
Пробурчал Рох:
- Нормальный я, только...
Кира продолжила язвительно:
- Травмированный! Поняла я уже.
Бросила издёвки. Заговорила прямо:
- Ищи другую ведающую себе. Наш договор разорван. Да сюда не суйся. Дом этот мой и моим останется. Духа-хранителя этого мира попрошу, охранять его будет. А тебя, если сунешься, пришибёт за подвиги твои!
Подумала и добавила:
- Готовься. Он и так зол будет на тебя. Узнает, хоть я и не скажу... Дружим мы... Так что неурожай и отсутствие зверя в лесах ты оборотням своим обеспечил, дурень.
Он взгляд не отвёл:
- Уйду я. Им мстить не станет.
- А ты куда?
- Тебя искать буду.
Закатила Кира глаза:
- Вздумал тоже! Зачем?
Смотрит он на неё упрямо:
- Не смогу не искать.
Кира вздохнула:
- Куда тебе! Ты ведь прячешься! От кого не знаю, но зачем рисковать?
И сказала совсем уж откровенно:
- К другому я уйду. Не к князю. Люблю его.
Судорогой прошило лицо оборотня:
- А меня поцеловала!
Кира улыбнулась, не ему даже. Вспомнила свои терзания по поводу Армоса. Ответила ласково:
- Поцеловала и не жалею. Стоишь ты любви, Рох. Или как там зовут тебя на самом деле. Хороший ты, добрый. Маг великий... А поцеловала я тебя, чтобы духа не звать... Он убил бы тебя. А ты не заслужил пока смерти. Потеря контроля над магией, вещь такая... сложная. И у меня бывало...
Собралась. Хватит разговоров! Ни к чему они. Ни один, ни другой не переменятся:
- Всё. Прощай. И не ищи меня. Будь счастлив!
Не дала ему ни слова сказать. В дом пошла. Как бы там ни было, щит её полчаса даже нападение армии выдержит без подпитки. Им более чем хватит.
Вошла в дом. Дети уже переоделись, сумки в руках. Ни дать, ни взять скромные городские жители мира Борос. Щёлкнула пальцами: личина, платье и причёска у неё теперь соответствующие. Платье, то самое, в пространственном кармане. Сумку в руки. Готова и она. Портал открыла. Лушу на руки, Горыня рядом. Прощай, родной мир!..
Вышли в той самой подворотне, что облюбовала для себя раньше. И пошли искать постоялый двор поприличнее. Нашли, заселились. В оборотням Кира решила не ходить. Сюрприз. Он и должен быть. Тем более, что личину снова надела она: бледнокожей, светловолосой аристократки, довольно юной. Кто ни увидит их теперь, сразу поймёт кто они и зачем здесь: обедневшая дворянка с братом и сестрой придёт просить короля о милости, восстановлении справедливости, наследстве. Да что угодно! Ей останется только кивать и вздыхать жалостно.
Еду Кира попросила носить к ним в номер, чтобы не мелькать лишнее. Не будет она никому ничего сообщать. За три дня никто не умрёт от страха, тем более духи, а дурень этот, Рох, к тому времени, уйдёт, наверное.
Поужинали, дети легли спать. А Кира села платье дошивать. Совсем чуток осталось. И думала. О Рохе, в том числе. Жалко его. Явно же женщина предала. Ушла, наверное, к тому, кто побогаче. Вот и травма у него... Жалко. Пусть счастлив будет! И рук не распускает больше... А то вздумал...
Почти до утра шила Кира, но закончила-таки своё платье. Подремала с утра, проснулась. Дети не спят уже. Смотрят на неё настороженно. Все страхи их опять всколыхнулись, наверняка.
Улыбнулась Кира. Спросила легко:
- Испугались вчера?
Ответил Горыня, Луша только кивала, подтверждая:
- Нет. Если бы испугались, то не спали бы... А что, староста наш, нарвался-таки?
Уставились на неё в четыре глаза. Вздохнула. Ничего не скроешь от них! Ответила:
- Нарвался. А что заметно было, что нарывался?
Ответила Луша. Авторитетно:
- Всем заметно было, кроме тебя.
Решила Кира не переживать попусту. Что было, то было. Нет её вины, не привечала она оборотня. Улыбнулась:
- А давайте завтракать!
***
После обеда пошли они записываться к королю. В тот самый амфитеатр, где коронация происходила. Туда, конечно, по одному впускали или семьями, кто как пришёл. Остальные толпились на улице. Тут же и запись велась.
Пришли, записались. Пожилой секретарь сокрушался, что пришла Кира так поздно. Теперь очередь её будет только послезавтра. В самом конце "дней просьб". И невдомёк ему было, что того она и хотела. Ждать прямо тут было не обязательно, но Кира осталась. Дети нашли себе друзей, бегали тут же, на площади. Чего сидеть в комнате на постоялом дворе? Они там просто с ума сойдут!
И ей интересно посмотреть, послушать. Только щиты приходилось держать на высшем уровне. Потому, что безопасность обеспечивала Тайная Канцелярия. Тут и там мелькали знакомые лица. Один из Кириных приятелей-оборотней даже попытался приударить за ней.
Ходил-ходил вокруг. Кира испугалась даже, что раскрыл он её. А он возьми и пригласи её на обед. С братом и сестрой, конечно. Вот уж не думала Кира, что дюжему, жизнелюбивому оборотню нравятся анемичные аристократки! Посмеялась бы, да не станет. Чувства же... Заикаясь и краснея, сказала ему, что помолвлена она. Даже не солгала ничуть.
Так до вечера и болтались, пока время ужина не подошло. На следующий день, выспавшись, сходили туда же, отметились. Что на месте они и аудиенцию ждут. А после повела Кира детей гулять. Пообедали тоже в городе. Вернулись уставшие. Поужинали и спать улеглись.
А Кире не спалось совсем. Каким он будет, завтрашний день? Что принесёт ей и её дракону?.. Страшно ли ей было? Да! Но страх этот был не такой, как раньше. Был он похож на то, как когда стоишь на круче. И страшно, и так хочется прыгнуть! С теми мыслями и заснула.
Проснулись дети, а мама их собирается. Причёску делает, платье готовит. Принесли завтрак. Кира иллюзию набросила, а платье в другой комнате. Позавтракали.
Кира надела то самое платье. Иллюзию набросила. Да несколько раз, чары усиливая. Чтобы никакое сверкание не прорвалась. Вот и получилось то же серенькое платьице сироты, что было вчера.
Пошли к амфитеатру. Подтвердили, что на месте они. Да так и остались, только пообедать отлучились. Не без умысла Кира сидела тут. Записалась она одной из последних, но не последней же. А как придёшь и скажешь: "Хочу последней идти к королю!". Не поймут. Вопросы возникнут лишние.
Вот и пропускала Кира вперёд себя старушку или калеку, или ещё кого. И отговорка у неё всегда одна была: "Нам всё равно потом на постоялый двор. Детям скучно там, а здесь веселее". Это правдой и было.