сатипаттханы, седьмой фактор этого пути, практикуются схожим образом, дополняя друг друга.
Может ли существовать способ сведения всех четырех сатипаттхан вместе в единый и непрерывный формат практики? Возможно ли развить неразрывный поток, когда каждая сатипаттхана служит опорой для следующей, и все они дополняют друг друга? Есть ли вместе с этим простой формат практики, который может подходить к любой ситуации? Такие вопросы очень часто появлялись в моей голове.
И решение пришло ко мне в процессе детального изучения китайских параллелей. Это была тема моей второй книги «Перспективы сатипаттханы». По существу, что касается записей, которые можно найти в китайских агамах, то имеются основания полагать, что они являются подлинной записью учений Будды, подобно палийским трактатам (если оставить в стороне ошибки при переводе). Сопоставление Сатипаттхана-сутты с двумя китайскими аналогичными текстами позволило мне обнаружить их общую основу, а также различия.
Хотя следующие главы будут опираться на палийскую версию, результаты сравнительного анализа, которые я получил в процессе изучения китайских параллелей, безусловно, оказали влияние на мой подход. Поскольку данная книга главным образом будет служить руководством к медитативной практике, я не привожу в ней все вариации этих параллелей. Соответствующая этому информация может быть найдена в других моих публикациях, на которые я ссылаюсь в ходе своих рассуждений.
Возможно, в этом месте также будет правильно отметить, что проведение такого сравнения с параллельными версиями не означает, что не найденное во всех версиях должно быть просто отброшено. Скорее, это подобно расположению различных частей перед нашими глазами, размещаемых ближе или дальше от нас. Иными словами, общие для параллельных версий упражнения могут находиться на переднем плане и поэтому становятся более существенными как выражения определенной сатипаттханы. Другие же упражнения, которые не обнаруживаются ни в одной из версий, просто остаются где-то на втором плане.
Созерцание тела
На основании такого расположения три упражнения становятся общим основанием для телесного созерцания. Это созерцание частей тела, элементов и разлагающегося трупа. Я рассматриваю эти три упражнения как предназначенные для распространения прозрения на три аспекта природы тела. Первое деконструирует (разрушает) проецирование красоты и сексуальной привлекательности на тело (наше собственное или чужое). Второе раскрывает пустую природу материального существования как проявляющегося в теле (а также и вне его). Третье внедряет в сознание уверенность в смертности тела (нашего и чужого).
Альтернативный подход к третьему созерцанию может состоять в том, что стадии разложения трупа обращают внимание на то, что в теле естественным образом нет ничего привлекательного. Поскольку эта тема уже была охвачена созерцанием анатомии, а также в свете важности встречи со своей смертью, мой собственный подход к этому упражнению, тем не менее, состоит в его развитии как обращающего внимание на смертность.
Благодаря этим трем созерцаниям частей тела, элементов и разлагающегося трупа, первая сатипаттхана, очевидно, становится способом развития прозрения природы тела. Иными словами, задача здесь состоит не столько в использовании тела для развития внимательности, сколько в использовании созерцания сатипаттханы для развития ослабления привязанности к телу.
Главное направление созерцания тела также следует из рассуждения в Сатипаттхана-самьютте, где настоятельно рекомендуется преподавать сатипаттхану для начинающих (SN 47.4; Anālayo 2003: 271 и 2013: 159). В случае первой сатипаттханы начинающие должны практиковать ее таким образом, чтобы приходить к пониманию тела как есть на самом деле (yathābhūta). Преуспевающие в этом упражнении продолжают ту же практику для достижения проницательного понимания (pariññā) тела. Полностью пробужденные по-прежнему продолжают развивать созерцание тела, делая это, будучи освободившимися от любой привязанности к нему. И, само собой разумеется, что неизменная важность созерцания, начиная с его постоянного развития новичками и вплоть до освобождения арахантов от привязанности, также распространяется и на другие три сатипаттханы. Что касается тела, то с практической точки зрения задача определенно состоит в том, чтобы прийти к его пониманию как есть на самом деле. Такое понимание становится все более проницательным, что приводит к постепенному уничтожению всех привязанностей по отношению к телу.
Это отнюдь не означает, что использование тела для развития внимательности не важно. Напротив, это является главным аспектом практики. На самом деле такие упражнения, как внимательное наблюдение четырех позиций и ясное узнавание телесных активностей, обладают значительным потенциалом. Большая часть из того, о чем я говорил в предыдущей главе, относится именно к этому потенциалу. Но особенно весомый вклад для совершенствования сатипаттханы таким образом, чтобы она становилась прямым путем к освобождению, вносит тот тип прозрения, который может развиваться благодаря этим трем созерцаниям тела.
Созерцание дхарм
Ситуация с созерцанием дхарм также демонстрирует значительные различия (что касается созерцания ощущений и ума, – эти параллели достаточно близки друг к другу). Строго говоря, то, что остается общим основанием данного созерцания в Сатипаттхана-сутте и в двух аналогичных китайских трактатах, – это развитие факторов пробуждения. Я, кроме того, добавляю к этому созерцание препятствий, которое можно найти в двух версиях, и, по крайней мере, оно упоминается также и в третьей. В действительности, развитие факторов пробуждения прежде всего требует узнавания, а затем преодоления препятствий в любом случае их грубых проявлений.
Впечатление, которое появляется из выдвижения на первый план факторов пробуждения вместе с препятствиями, состоит в том, что созерцание дхарм отслеживает как препятствующие качества ума, так и те, что продвигают на пути к освобождению. Иными словами, созерцание дхарм направлено на те виды ума, в которых может (или не может) происходить пробуждение.
Такая точка зрения помогла мне проложить мост к созерцанию дхарм в Анапанасати-сутте, основная задача которой состоит в развитии перспектив прозрения наряду с осознаванием изменяющейся природы дыхания. Эти перспективы прозрения заключаются в созерцании непостоянства, бесстрастия, прекращения и оставления. Совершенствование факторов пробуждения происходит таким образом, что они реализуют свой пробужденный потенциал, для чего также требуется развитие тем бесстрастия и прекращения, что ведет к оставлению. Таким образом, ознакомление с находящимися рядом разделами, посвященными созерцанию дхарм в Сатипаттхана-сутте и в Анапанасати-сутте, обращает внимание на те качества ума и темы прозрения, которые особенно полезны для постижения ниббаны.
Семь созерцаний
Это понимание основного направления каждой сатипаттханы помогло ответить на имеющиеся у меня вопросы. Остальная часть этой книги посвящена описанию того, как в действительной медитации может быть достигнута неразрывная последовательность в практике всех четырех сатипаттхан. Это осуществляется посредством прохождения через следующие семь пунктов:
• части тела
• элементы
• смерть
• ощущения
• ум
• препятствия
• факторы пробуждения
Первые три охватывают созерцание тела, четвертый и пятый связаны с созерцанием ощущений и ума соответственно, и последние два являются способами созерцания дхарм.
Предоставленная таким образом в результате сравнительного изучения перспектива имела прецедент в тхеравадинской Абхидхарме. Вибханга, на самом деле, представляет еще более краткую версию сатипаттханы. Она предусматривает для созерцания тела лишь его части, а также лишь препятствия и факторы пробуждения для созерцания дхарм (Vibh 193; Anālayo 2003: 121 и 240 и 2013: 53 и 175).
Я бы хотел снова подчеркнуть, что оставление без внимания некоторых упражнений, упомянутых в Сатипаттхана-сутте, и заострение внимания на тех, которые являются общими для всех версий, не говорит ни о каком обесценивании. Цель этого состоит лишь в том, чтобы сосредоточиться на том, что представляется наиболее важным. В действительности способ практики, который я буду представлять в этой книге, также охватывает центральные аспекты и темы тех упражнений, которые не включены непосредственно.
Одна практика не включает все аспекты четырех ступеней внимательного наблюдения за дыханием, которое в общей схеме из шестнадцати ступеней в Анапанасати-сутте связана с созерцанием тела. Наставления, которые я представляю в связи с созерцанием трупа, включают осознавание процесса дыхания как напоминание о нравственности. Таким образом, направление внимательного наблюдения на дыхание все еще является частью созерцания тела в той форме, которую я здесь представляю, хотя это и не является самим по себе упражнением и не влечет за собой шестнадцать ступеней.
То же самое имплицитное включение действует и для созерцания положений тела, а также для ясного узнавания телесных активностей. Как было отмечено в предшествующей главе, суть этих двух упражнений естественным образом следует из важности, которая придается внимательному наблюдению за всем телом тем способом практики, который я здесь описываю.
Подобно трем созерцаниям тела, которые не включены явно, три созерцания дхарм из Сатипаттхана-сутты также не присутствуют в приведенном выше списке из семи пунктов. Одно из них связано с направлением внимательности на непостоянную природу пяти совокупностей. Такое осознавание, тем не менее, естественным образом усиливается в соответствие с моими наставлениями относительно первых трех сатипаттхан. Благодаря созерцанию ума эти наставления завершаются всеобъемлющим медитативным переживанием непостоянной природы всех аспектов переживания, охватывая тело, ощущения, восприятия, мысли и состояния ума. Конечный результат такой практики во многом схож с описываемым в