– Совсем все плохо, да? Прости, я свалилась тебе на голову вместе с Индисом и даже не спросила, чем закончилось дело с Франко и бизнесом в Италии.
– Не извиняйся, – поморщился он. – Разобраться с духом было важнее, а про Франко я сейчас расскажу. Никуда принятое решение не денется. Предысторию ты знаешь, теперь итог. Бизнес я вернуть не смог. Отец не получил транш и прекратил переговоры по сделке. Так и сказал: «Раз ты не можешь финансово её обеспечить, то забудь о бизнесе. Хватит ждать от меня подарков и жить за мой счет».
Грубо, но в целом правильно. Тем более, если придерживаться западной модели отношений между родителями и детьми. Едва закончив школу, вылетаешь из семейного гнезда и дальше рассчитываешь только на себя. Я сама поступила так же, но знала семьи, где родители обеспечивали детей до старости. Жизнь, у них, конечно, была тяжелее, чем у отца и сына Контов. Хотя, как посмотреть. Повод напиться у Сергея получился железобетонный. Отец прав, но без его помощи сын потерял очень много. Да и слышать подобное – не очень приятно. Будто патриций на паперти стоял и выпрашивал милостыню. Наверняка, процентом от суммы сделки родителя не обидел.
– Франко улетел домой, Мария в столицу, я пил, ждал тебя и думал. Выйти из ТФК-групп сложнее, чем просто уволиться с работы. Я должен выгодно пристроить свою долю и умудриться не перейти отцу дорогу еще раз. Хватит с меня войн. Уже перечисленные деньги я возвращать не буду. Пойдут, как откуп за начальный капитал фабрики по производству молочных продуктов. Наташа, я остаюсь здесь. Сделаю то, на что собирался уговорить Франко. Превращу маленькую фабрику в крупную федеральную сеть. Опыта хватит, старых связей тоже. Закуплю итальянское оборудование, пересмотрю штат, ассортимент и маркетинг. Будет сложно, но начинать сначала я умею.
Сергей горел идеей. От него веяло такой мощью и уверенностью, что я в восхищении приоткрыла рот и ничего не могла сказать. Главную мысль обдумывала особенно долго. Он остается здесь. Со мной. В городе, где когда-то учился и организовал первый бизнес. Круг символически замкнулся, он действительно начинал с самого начала. Не с нуля, тут он прав, но все равно, значительно откатившись назад.
Слов не хватало выразить, какой силы был шаг. Многие всю жизнь боялись перемен, плыли по течению, а подвиги оставили в далекой юности. Да и те – учеба в городе на другом конце страны. Сергей сломал все. Нет, не сломал – переделал. А потом собирался строить и создавать заново.
– Это очень здорово, – тихо сказала я и проглотила самый важный для себя вопрос. А как же я? Мне найдется место?
– Я рад, что тебе нравится, – озорно прищурился патриций и хлебнул кофе, – потому что мне очень сильно не хватает экономиста на фабрике. Пойдешь ко мне работать?
Наверное, не так реагируют на предложение работы, но я расхохоталась. Уход Конта из ТФКБ не означал, что я лишусь самого большого начальника.
– Продолжим наш служебный роман?
– Да, – кивнул он, поглаживая пальцем ручку кружки. – Будем бесстыдно совмещать личное с рабочим. Хотя бы первое время, пока ты не найдешь что-нибудь интереснее. Не хочу оставлять тебя с Сагалаевым. Не нравится мне его подход к руководству коллективом. Закрывать все дырки одним и тем же человеком – не дальновидно. Молодой он, может позже научится, как правильно, но пусть тренируется на ком-нибудь другом. Мне дорога моя девушка.
Взгляд сам собой опустился и щеки запылали. «Моя девушка» – звучало хорошо. Но смущало, что Конт снова за меня заступался и устраивал судьбу задним числом. Особо не спрашивая, хочу ли я менять работу. Конечно, он прав и так мы будем видеться чаще, но я дорожила самостоятельностью.
«А я тебя предупреждал, – запыхтел Индис, – не понравилась моя помощь? Будешь исполнять приказы Конта. Попробуй откажись, увидишь, что будет».
Явился, когда его не ждали. Даже удивительно, что так долго молчал. Я раздраженно дернула плечом и потерла пластырь на лбу. Нужно подумать, как следует, и желательно, чтобы никто не мешал.
Отношения строились на компромиссах. Иногда мелких и неразличимых, иногда вот таких серьезных. Если я соглашусь сейчас, то навсегда позволю патрицию быть главным и решить за двоих. Звучало пугающе, но с другой стороны, почему нет? Он старше, опытнее, умнее.
«Это с его разводом-то? – взвился Индис. – Еще жену бывшую вспомни. Как умно он себя с ней вел».
«Помолчи, пожалуйста, по-хорошему прошу. А то второй раз пойду на МРТ, может ты разговаривать разучишься. Мне не нужны твои советы, сама решу».
Да, патриций совершал ошибки, но он признавал их и бросался исправлять. Никто не ждал, что мой мужчина будет идеальным. Я любила его так, что готова была идти, куда угодно. Экономистом на фабрику?
– Хорошо, я согласна.
– Отлично, – обрадовался Конт и поднял кружку кофе в символическом тосте, – За перемены!
Я ответила на тост под еще один разочарованный вздох Индиса.
Глава 5. Неслучайность пятая – фабрика
В общагу я вернулась только вечером в воскресенье. Все выходные мы с Контом бездельничали, гуляли по городу, ели в Перчини и допоздна сидели в парке. Я вспомнила о предсказании попугая только сейчас и думала, что если воспринимать его буквально, то вряд ли сбудется хоть когда-нибудь. А если косвенно, то «Лучшим подарком для тебя станет спасенная жизнь» подходило к чему угодно.
Мое освобождение от проделок Индиса, например. Да и Сергей мог остаться инвалидом по слуху, помучай его зловредный дух еще немного. Страхи Индиса на счет итальянской мафии не оправдались. Франко тихо уехал, поругавшись с Контом из-за неверности Марии Изабеллы. Сделка сорвалась, последствия наступили, но в итоге все обернулось к лучшему. Я так считала. Сергей начал новую жизнь и вот она как раз и стала для меня подарком.
Любимый мужчина рядом. Он весел, счастлив, и полон идей. С фабрикой все получится, а потом – деятельный патриций вряд ли остановится на достигнутом. Будет у него еще бизнес, сравнимый с тем, что потерял в Италии. Даже больше, масштабнее и стабильнее. Может, попугай и здесь прав. Я косвенно спасла Конта от бесконечной свары с бывшей женой и отцом. Да, предала семейные ценности, посеяла раздор, но иногда лучше так, чем постоянно бередить старые раны и жить прошлым. Все у него получится, а я буду рядом. Для счастья достаточно даже этого.
Моя новая жизнь началась в понедельник. Наряды из Каприччо я оставила у Сергея, платье-футляр вернула хозяйке, а увольняться из ТФКБ пошла в своей обычной блузке и юбке.
Индис ворчал. Индис ныл, что мелкая фабрика накануне банкротства – это десять шагов назад по карьерной лестнице от респектабельного банка.
«Если Конту нравится сидеть в болоте – его право, но ломать тебе жизнь не стоит. Наташа, ты подумала, чем там будешь заниматься? Ты готова вообще?»
Нет, конечно. Студентка очного отделения без опыта работы – не лучшая кандидатура на должность главного экономиста развивающегося бизнеса с амбициями на расширение до федерального уровня. Сергей сразу оговорился, что это стажировка с полным рабочим днем на лето, и свободным графиком на время учебы. Образованием жертвовать нельзя. Успею еще превратиться в трудоголика. Зато познакомлюсь с реальным производством и вынесу для себя больше, чем навык сканирования кредитных договоров.
Сагалаев был мягко говоря не рад такой новости.
– Ольге на больничном сидеть еще неделю, – методично чеканя слова, выговаривал пока еще действующий начальник, – Лиля занята проектами, времени нет, свободных специалистов тоже. Я уже не говорю про приемную, сроки по сканированию сорваны. Ты очень подвела нас всех, Наташа.
– Извини, Эльдар, – с притворным сожалением ответила я.
Нагрузить чувством вины у него не получилось. Я мысленно повторяла фразу патриция, которой он научил меня буквально двадцать минут назад по телефону:
«Это всего лишь работа».
Волшебные слова. Сразу расставляли все по местам и приоритетам. А еще можно вспомнить, что фактически Сагалев нагло повесил на меня собственные проблемы. У него сотрудница на больничном. У него отдел загружен так, что заменить Ольгу некем. Я шла сканировать договоры, и на дополнительную нагрузку с вечным авралом не подписывалась. Ох, да что я себя уговариваю? Это всего лишь работа.
– Я подам данные в ичар, – продолжил начальник, – расчет получишь на карту в порядке очереди: сотрудники, сезонные рабочие, стажеры. Конец месяца, все кадровики заняты.
– Хорошо, – я покладисто кивнула, и внешне спокойный начальник дернулся. Ровно на мгновение, чтобы поймать отражение лампы в стекла очков. Взгляд вспыхнул пламенем, как у мультяшного злодея.
– Я не буду составлять тебе плохую характеристику, но подумай сама, как ты будешь дальше работать с таким отвратительным отношением.
«Нормально», – хотела ответить я, но прикусила язык. Огрызаться – уже лишнее. Убедить в чем-то Сагалаева я не смогу. Он свято верит, что я во всем виновата. Что ж, пусть так и будет. Надеюсь, ему от этого легче.
– До свидания, – ровно ответила я и обвела взглядом отдел АХО, – удачи и всего хорошо.
Пара бледных улыбок в ответ и демонстративное увлечение работой. Что ж, я попрощалась, могу уходить. Отрабатывать сегодняшний день не понадобилось. Сагалаев не предложил, а я не стала просить. Марина с ресепшена расстроилась. Переживала, куда я теперь, но я не призналась. Скоро новость об уходе Конта из ТФК-групп грянет на весь банк, и кто-нибудь обязательно узнает о его фабрике. А потом Марина вспомнит неприметную стажерку, её дорогие наряды и странное совпадение с уходом на другую работу. Хотя, какая мне разница? Я уже не услышу тех слухов и невероятных выводов. Какое мне дело, что подумают сотрудницы ТФКБ? «Всего лишь работа. Уже бывшая».
До фабрики пришлось ехать на другой конец города. С нашей запутанной сетью маршрутов – то еще испытание для первой поездки. Город разделен рекой на две берега; мостов три, но они забиты движением круглые сутки. Поэтому маршруты есть: внут