Кукушка старательно выслушал, как его наушник переводит слова Мерлина. Мерлин мог лишь предполагать, сколько из того, что он хотел выразить, дошло до его собеседника без искажений.
– Твой корабль умный, – сказал Кукушка. – Мы говорить много раз. Мы сделать хорошо понимание.
– Я на это надеюсь.
Кукушка указал на последнюю груду материалов, принесенных его людьми и аккуратно сложенных на верхней площадке входного трапа. Все они были незатейливыми, простенькими в изготовлении, но их можно было переработать в сложные компоненты, которые требовались «Тирану» для ремонта.
– Металлы делают кораблю хорошо?
– Да, – сказал Мерлин. – Металлы делают кораблю хорошо.
– Когда корабль будет хорошо, корабль улетит? Ты улетишь?
– Именно так.
Кукушка явно опечалился.
– Куда ты полетишь?
– Обратно в космос. Я очень долго был вдали от моего народа. Но я должен кое-что отыскать, прежде чем вернуться к нему.
– Минла будет огорчаться.
– Я тоже. Мне нравится Минла. Умная девочка.
– Да. Минла умная. Я горжусь своей дочкой.
– И правильно делаешь, – сказал Мерлин, надеясь, что его искреннее мнение прорвется через перевод. – Но я должен завершить начатое. Корабль сказал мне, что будет готов к полету через два-три дня. Это, конечно, заплатки, а не ремонт, но они позволят добраться до ближайшей базы. Но сперва нам нужно кое о чем поговорить.
Мерлин снял с полки подносик, где лежали двенадцать одинаковых ракушек-переводчиков.
– Ты говорить со многими нами?
– Я только что узнал плохие новости, Кукушка. Новости, касающиеся тебя и твоего народа. Возьми эти переводчики и дай их своим лучшим людям – Фазану, Якане и остальным. Пусть они носят их постоянно, с кем бы ни говорили. Через три дня мне нужно будет встретиться со всеми вами.
Кукушка посмотрел на поднос с переводчиками настороженно, будто спирали были непривычным чужеземным лакомством.
– Какие плохие новости, Мерлин?
– Три дня почти ничего не изменят. Лучше подождать, пока перевод не станет более точным, чтобы не было недопонимания.
– Мы друзья, – сказал Кукушка, подавшись вперед. – Ты можешь сказать мне сейчас.
– Я боюсь, что получится непонятно.
Кукушка умоляюще посмотрел на него:
– Пожалуйста.
– Нечто собирается прийти с неба, – сказал Мерлин. – Наподобие огромного меча. И собирается разрезать ваше солнце надвое.
Кукушка нахмурился, словно решил, что понял собеседника неправильно.
– Каллиопу?
Мерлин печально кивнул:
– Каллиопа умрет. А за ней и все живущие на Лекифе.
Когда Мерлин вошел в комнату со стеклянной перегородкой, там уже собрались все: Кукушка, Сорокопут, Фазан, Якана, Тимелия, Мухоловка и еще полдюжины офицеров, которых Мерлин прежде не видел. Секретарь-референт уже что-то печатала на шумном электромеханическом устройстве для записей, положив его на колени и стуча по тугим клавишам с поразительной скоростью. В украшенном гравировкой пузатом чайнике, стоявшем посередине стола, пузырился только что вскипевший чай. Денщик уже разливал его в фарфоровые чашки, расставленные перед каждой важной особой, в том числе Мерлином. Тот наблюдал сквозь перегородку, как на противоположной стене соседнего помещения – тактического командного пункта – другой денщик вносит микроскопические поправки в местонахождение летающих островов на равноплощадной проекционной карте Лекифа. Периодически здание начинало вибрировать от гула прибывающего самолета или дирижабля.
Кукушка кашлянул, привлекая внимание собравшихся.
– У Мерлина есть новости для нас, – сказал он. Его голос, исходивший из переводчика, звучал эмоциональнее, чем три дня назад. – Это новости не только для Альянса Небесных Земель, но для всех на Лекифе, включая Сопряженные Территории, нейтралов и даже наших врагов из коалиции Теневых Земель.
Он подал знак Мерлину, призывая его встать. Мерлин взял со стола одну из книг Минлы, открытую на странице с рисунком созвездий над Лекифом.
– То, что я собираюсь вам рассказать, связано с этими созвездиями, – сказал он. – Вы видите в небе героев, животных и чудовищ, прорисованных штрихами между самыми яркими звездами.
В ухе у Мерлина зазвучал новый голос. Это была Тимелия, видный политик.
– Это не означает ничего, – терпеливо сказала она. – Всего лишь линии, проведенные между случайными точками. Древним мерещились в небесах демоны и чудовища. Современная же наука говорит нам, что эти звезды находятся очень далеко. Две звезды, которые видны на небе рядом, – например, Два Глаза Дракона Принии – могут на самом деле располагаться вдали друг от друга.
– Эти линии куда более важны, чем вам кажется, – сказал Мерлин. – Это схемы, которые вы хранили в памяти на протяжении десятков тысяч лет, хоть и забыли их подлинное значение. Тропы между звездами.
– В пустоте нет никаких троп, – возразила Тимелия. – Пустота – это вакуум, то, что заставляет птицу задохнуться, если из стеклянного сосуда откачать воздух.
– Вы можете считать это абсурдным, – произнес Мерлин. – Скажу одно: вакуум – не то, что вы понимает под этим словом. И вы можете отделить от него часть, если приложите достаточно усилий. Именно это сделали Пролагающие Путь. Они устроили между звездами огромные коридоры, реки из текущего вакуума. Они перемещались от звезды к звезде и так связали воедино всю Галактику. Мы называем это Паутиной.
– Это по ней ты прибыл сюда? – спросил Кукушка.
– Без нее мой маленький корабль никогда не сумел бы преодолеть межзвездные расстояния. Но когда я пролетал неподалеку от вашей планеты – ибо одна из нитей Паутины проходит через эту систему, – корабль столкнулся с проблемой. Именно поэтому «Тиран» поврежден. Именно поэтому мне пришлось приземлиться здесь и просить вашей помощи.
– И какова же природа этой проблемы? – спросил Кукушка.
– Мой корабль обнаружил ее всего три дня назад, основываясь на наблюдениях, которые вел со времени моего прибытия сюда. Похоже, что эта часть Паутины отсоединилась. Дефект в потоке, нарушение ровного течения. Часть его оторвалась и движется к вашему солнцу, ее притягивает гравитационная сила Каллиопы.
– Вы уверены? – спросила Тимелия.
– Я много раз заставлял корабль перепроверить данные. Сомнений нет. Всего лишь через семьдесят лет Паутина пройдет через Каллиопу, словно проволока сквозь головку сыра.
Кукушка твердо взглянул в глаза Мерлину:
– И что произойдет?
– Поначалу, возможно, почти ничего: Паутина будет проходить через хромосферу. Но к тому времени, как она достигнет зоны ядерного горения… Я бы сказал, что ситуация сделается непредсказуемой.
– Можно ли это исправить? Вернуть фрагмент Паутины на место?
– Моему народу такие технологии неизвестны. Эти закономерности настолько грандиознее всего, что есть на Лекифе, насколько «Тиран» грандиознее ваших винтовых самолетов.
Новость явно ошеломила Кукушку.
– Что же мы можем сделать?
– Вы можете составить план эвакуации с Лекифа. Вы всегда знали, что космические путешествия возможны, – это есть в вашей истории, в книгах, которые вы даете детям. Если вы сомневаетесь, я покажу вам, что это правда. Теперь вам надо добиться этого самим.
– За семьдесят лет? – спросил Кукушка.
– Я знаю, это кажется невозможным. Но вы способны на такое. У вас уже есть летающие машины. Нужно только развивать ваши достижения, развивать и развивать, пока вы не добьетесь своего.
– Вы говорите так, будто это просто.
– Нет, это не просто. Это будет труднее всего, что вы делали до сих пор. Но я уверен, что вы сможете это сделать, если только сплотитесь. – Мерлин сурово посмотрел на слушателей. – А значит, больше не должно быть войн между Небесными Землями и Теневыми Землями. У вас нет на это времени. С этого момента промышленность и наука вашей планеты должны работать только на достижение этой цели.
– Ты собираешься помочь нам, Мерлин? – спросил Кукушка. – Ведь правда?
У Мерлина мгновенно пересохло в горле.
– Я бы хотел, но я должен улетать. В двадцати световых годах отсюда находится благодатная система, известная Когорте. Огромные суда моего народа, корабли-поглотители, иногда останавливаются в этой системе, чтобы запастись сырьем и произвести ремонт. Если я направлю сюда всего один корабль-поглотитель, он сможет взять пятьдесят тысяч беженцев, а если люди будут готовы к некоторым трудностям – вдвое больше.
– Не так уж много, – сказала Тимелия.
– Поэтому начните думать о том, как за следующие три поколения сократить численность населения. Спасти всех невозможно, но вы способны, как минимум, обеспечить эвакуацию взрослых, по возрасту способных иметь потомство… – Мерлин осекся, осознав, с каким ужасом и смятением смотрят на него присутствующие. – Послушайте, – сказал он, доставая из кармана куртки стопку листов бумаги и раскладывая их на столе. – Я приказал кораблю подготовить несколько руководств. По производству антибиотиков широкого спектра действия. По разработке авиационного двигателя нового типа, который позволит вам летать быстрее скорости звука и забираться куда выше, чем сейчас. По металлургии и высокоточной обработке металлов. А вот чертежи двухступенчатой жидкостной ракеты. Немедленно начните изучать ракетостроение, иначе вы не выйдете в космос. – Он коснулся последнего листа. – Здесь содержатся кое-какие утверждения о природе физической реальности. Эта простая формула связывает энергию и массу. Скорость света – абсолютная константа, не зависящая от перемещения наблюдателя. Вот схема присутствия эмиссионных линий в спектре водорода, вот математическая формула, позволяющая вычислить размещение этих линий. Все это поможет вам добиться определенного прогресса.
– И это все, что вы можете нам дать? – скептически спросила Тимелия. – Несколько страниц с невнятными чертежами и загадочными формулами?
– Я даю больше, чем когда-либо было в распоряжении большинства цивилизаций. Предлагаю вам начать думать над всем этим прямо сейчас.