Он расхохотался. Мамины мамонты завели их действительно далеко. Дина стояла рядом, и в ее русых волосах не было и капли рыжины.
– Ладно, – сказала она дружелюбно, – могу провести тебе экскурсию по музею. А вот и Назира Юсуповна идет. Доброе утро! – поприветствовала она спешащего директора музея.
– Здравствуй, Диночка, – ответила она. – Здравствуйте, – кивнула она ему.
– Вас уже ждут, – сказала Дина.
– Хорошо, тогда я побежала. Ты зайдешь?
– Конечно, – смущенно улыбнулась Динка. – Можно я покажу Мстиславу наш музей?
– Разумеется, – и они вошли вместе.
– Постой, постой, – сказал он. – Вот сарматы. – Сарматский скелет лежал, подогнув под себя ноги, словно у него болел живот, и он отказывался идти в школу. – Вот первые поселенцы-раскольники. Но какие же они первые?
Динка согласно закивала головой.
– Правильно… Знаешь, как они назвали свое поселение?
– Как?
– Мечетное. Представляешь? Раскольники и Мечетное.
– То есть ты хочешь сказать, что сюда заселились христиане и назвали поселение нехристианским именем?
Динка нервничала, теребила в правом ухе сережку-«гвоздик».
– Да! – почти крикнула она. Потом она перевела дух, осмотрелась и начала говорить горячим шепотом. – Ведь имя-то «басурманское», как все время во всех документах пишут. И потом, когда здесь уже был город, его переименовали в Александровск, и в местной газете были слова, мол, жители радовались упразднению «татарского названия». Ты знаешь, почему они назвали так слободу? По указу Екатерины сюда пришли люди. Место здесь удобное, река близко, можно заниматься земледелием. Но они нашли здесь развалины мечетей. От этих мечетей и пошло первое из известных нам имен этого места. Ты понял? – почти потребовала она ответа, и щеки ее пылали.
– Понял. Из-за мечетей и назвали ваш город.
– Да ничего ты не понял, – рассердилась Динка. – Здесь и до восемнадцатого века жили люди. Не сарматы, понял? Не кочевники. Не строили кочевники мечетей. Здесь был средневековый город.
– Скажешь тоже, – засомневался Мстислав. – Средневековый город…
Он представил себе Йорк с его узенькими историческими улочками и округлой крепостью на холме.
– А где, по-твоему, мечети ставили? В чистом поле?
Мстислав пожал плечами.
– А раскопки?..
– Здесь почти не копали, вон нашли несколько захоронений. И все. Археологов здесь было мало.
– Но с чего ты взяла, что город был? В Европе средневековые города до сих пор стоят, а здесь ничего не осталось.
– Не осталось, – вдруг согласилась Динка. – Как от многих других городов Золотой Орды. На старых городах выросли новые, то от старых остались только незначительные следы – черепки и косточки.
Они помолчали. Но Динке трудно было ничего не говорить.
– Здесь, – сказала она, показывая на полупустой сарматский зал, – должны быть находки из того, старого, города. Здесь надо говорить о нем. А все молчат.
Плечи ее опустились.
– А где те мечети, в честь которых назвали поселение? Может, на их стенах остались надписи?
Дина глубоко вздохнула.
– Их разобрали на строительный материал. Вот эти самые первые поселенцы! – она ткнула пальцем в стену, с обратной стороны которой висела копия манифеста Екатерины Второй.
Вечером Динка, как и договорились вчера, повела своих гостей на экскурсию по «старому» Александровску. Жара еще не спала окончательно, но Динка неутомимо топала по остаткам булыжной мостовой своими сандалиями, говорила и размахивала руками, чтобы все стало яснее.
Начала она с восемнадцатого века и прямо от своего дома.
– Сначала у нас поселились раскольники, – говорила она. – Здесь была открытая степь, но за Хизиром, – она махнула рукой за реку, – рос густой лес, там водились даже медведи. От построек того времени ничего не осталось. Даже раскольничьи монастыри, которые были известны по всей России и попали в книжки, перестраивались по многу раз. Люди выращивали здесь пшеницу, разводили скот. Город много раз горел и выгорал при пожарах почти весь, поэтому центр, отстроенный купцами – каменный.
Они вышли к единственному светофору города Александровска.
– Это здание универсального магазина купца Берга. Его построил архитектор Санин, он же построил и наш с мамусенькой дом, – добавила Динка. – Этажи разные по высоте. Угол здания полукруглый. Сейчас еще остался старый шпиль, как вы видите, на нем сидит ворона. Раньше там находился бог торговли Меркурий.
Конечно, Динка говорила очень просто, немножко смешно, ее экскурсия совсем не походила на те, на которые Мстислав с родителями попадали в больших городах, и была совсем не похожа на те, что звучали во время прослушивания аудиогида в крупных музеях.
– Сюда съезжались люди из соседних городов и сел, – уверенно тараторила Динка и повела Мстислава и его маму вдоль белого здания магазина Берга. – Здесь продавались ткани, швейные машинки фирмы «Зингер», швейцарские утюги, венские стулья, этажерки и другая мебель; бильярдные столы и шары к ним, часы и посуда. И ружья! За Хизиром все еще водились медведи и кабаны.
Они медленно шли. Динка показывала на дома – то по левую, то по правую руку.
– Здесь раньше были склады, а перед ними стояли купеческие дома. На первых этажах можно было что-нибудь купить – например, кожевенные изделия или керосин. На вторых этажах жили хозяева. На противоположной стороне жила в том большом доме купчиха Лунёва, она провела первый в городе водопровод к своему дому, и у нее был огромный сад с фруктовыми деревьями и пекарня.
Дина сыпала фамилиями купцов, и совершенно неожиданно оказалось, что в Александровске выращивали отличную пшеницу, здесь был мукомольный завод, несколько мельниц, конезавод, шорные мастерские.
Они перешли дорогу.
– Этот дом принадлежал местному фотографу Резову. В музее есть фотографии, сделанные им. Он любил не только студийную, но и натурную съемку. И облик старого Александровска нам известен именно по его фотографиям. В этой части города, – она сделала рукой полукруг, – не изменилось почти ничего.
Они осмотрели здания бывшей мужской гимназии, Торгово-коммерческого русского банка, здание бывшей аптеки, дома купцов и священников. Потом Динка вывела их на берег Хизира.
– Давным-давно, – сказала Динка, – здесь был перекат и переправа на противоположный берег. Еще в начале девятнадцатого века именно тут кочевники переправляли свой скот дальше в степи.
– Не хочешь ли ты сказать, – удивился Мстислав, – что это была единственная переправа в округе?
– Было еще две, но эта была самой удобной. О нашей переправе писал даже ибн Фадлан.
– Что? – не поверил Мстислав.
– Он тоже писал немного о Хизире, – немного смущенно пробормотала Динка, словно не должна была называть таких громких имен. – Таким было наше прошлое, – сказала Дина, словно подводя итоги.
Они медленно поднимались от Хизира, мама Мстислава отстала немного, чтобы сделать несколько фотографий реки. Дина сказала со вздохом:
– Но все же мне хотелось бы однажды рассказать кому-нибудь о городе на караванном пути, который тут стоял чуть раньше.
Он потер ладони.
– Письменных источников нет, археологических раскопок не было. Есть только предположения. И название, данное раскольниками. Не густо. Есть мысль, кто может помочь тебе в поисках?
– Да, – неожиданно ответила Дина. И загадочно улыбнулась.
Глава 3. Каменная баба
Удивительно, но утро в маленьком особнячке началось очень рано – в шесть утра все были почему-то на ногах. Странным было и то, что спать в это время никому не хотелось. Мама варила всем кашу на завтрак. Динкина мама поливала цветы во дворике. Динка наводила порядок в доме. Мстислав отправил в ленту несколько фотографий, но ни лайков, ни комментариев не было.
Мама была довольна – она шутила за завтраком, рассказала, что нашла интереснейшие сведения о вымерших носорогах, но при этом призналась, что не сумела найти в местных магазинах кофе в зернах. После завтрака все разошлись по своим делам – его мама быстро прочитала новости и писала папе большое письмо, утверждая, что телефонных разговоров с ним ей мало. Динкина мама собиралась на работу. У Мстислава посыпались в ленту первые лайки. Динка сбегала на речку и вернулась оттуда с мокрыми волосами.
– Не смей нырять, когда еще пойдешь плавать, – уходя на работу, сказала ей мать.
– Хорошо, мамусенька, – отозвалась Динка, целуя ее на прощанье.
А потом они втроем пошли в музей. Солнце уже раскалило воздух, и мама спрятала волосы под большой белый платок.
– Как вы думаете, – чтобы скоротать время в дороге сказала Дина, – может ли быть найден город, о котором нет никаких упоминаний?
Казалось, вопрос был обращен к двум собеседникам, но с Мстиславом Динка уже все обсудила вчера, значит, решил он, она хотела услышать мнение его мамы, поэтому промолчал.
Мама поправила солнцезащитные очки.
– Уверена, что такой город может быть найден, – ответила она очень серьезно. – Ведь были города, о которых все почти забыли, а потом они все же нашлись. Возьмите хоть Трою или Помпеи. А сколько таких городов было и есть в Египте, пустыня наступала на города, засыпала их песком. И в Турции находят города. А сколько древних городов сейчас находится под водами морей!..
Динка радостно скосила на него глаза.
– Сложнее сохранить и изучить найденное, – добавила мама, которая всегда сочувствовала Геркулануму, который ей так понравился в свое время, и который страдал от варварства туристов и голубей.
Мама Мстислава ушла в архив, находящийся в полуподвальном помещении непосредственно под музеем, а потом хлопнула входная дверь в музей.
– Наталья Александровна, доброе утро! – крикнул кто-то еще с лестницы.
И на пороге музея появились люди в рабочей одежде.
– Доброе утро, – растерянно сказала тетя Наташа и схватилась за голову, – я же совсем забыла!..У нас должен быть ремонт в сарматском зале, – повернулась она к Динке, – вот люди пришли ремонтировать наше отопление, а я забыла. Там все стоит на своих местах, ничего не подготовлено.