- А-а-а… этот, как его, Молнезар где? – глупо вытаращилась я. На Дара было совсем не похоже, чтобы тот просто так, за здорово живешь, вышвырнул в кишащий волками и нежитью лес человека, пусть даже и такого несимпатичного. А уж, тем более, коня. Увидав мою вытянувшуюся физиономию, парень хищно ухмыльнулся и открыл было рот, чтобы выдать какую-нибудь берущую за душу историю - ну не пропадать же такому благодарному слушателю! Но потом он, судя по всему, решил, что мне на сегодня уже хватит, и спокойно сказал:
- Не волнуйся, в полусотне саженей отсюда открывается кротовина, связывающая здешний лес и Преславицу. Молнезар уже рядом со своим домом. Его Орешек – конь умный, не чета хозяину, довезет.
Значит, кротовина? И прямиком в Преславицу? Интере-е-есно…
На другой же день эта самая кротовина доставила к нам неожиданного гостя. Вернее, гостью.
После полудня я вывела во двор Тинку. Мне хотелось как следует осмотреть старую кобылу, хорошенько ее вычистить и привести в порядок копыта – словом, убедиться в том, что она готова продолжить наше путешествие. В том, что нам осталось недолго куковать у подножья Синих Гор, я не сомневалась. Тинка шумно прихлебывала укрепляющий отвар трав, а я увлеченно работала сперва волосяной щеткой, а потом и жгутом из сена. Ванятка вертелся поблизости, помогал: приносил свежую воду, солому и сено, разбирал по волоску лошадиный хвост. Было тепло и солнечно, мы лениво переговаривались, и Тинка добродушно подставляла мне бока, прося «почесать ещё вон там».
Вдруг моя лошадка насторожила ушки, прислушалась и сообщила:
- Сюда направляется всадник.
В этот же момент Угрюм, бдительно дремавший у входа в конюшню, приподнял голову, втянул ноздрями воздух, неслышно поднялся и скользнул к частоколу. Там он постоял, принюхиваясь, а затем гулко, как в пустую бочку, гавкнул.
- Эй, Дар! – немедленно раздался оттуда звонкий девичий голосок. – Открой мне ворота и убери свою собаку!
Я поглядела на Ванятку, и мальчик без лишних слов метнулся в избу. Вскоре на пороге показался хозяин дома. Он вопросительно посмотрел на меня. Сообразив, что Ванька не стал вдаваться в подробности, я кивнула на забор, за которым фыркала лошадь.
- Да-ар! Открой же мне немедленно! – уже недовольно позвал голос. Парень удивленно приподнял брови, почему-то покосился на меня, взглядом угомонил забеспокоившегося Угрюма и быстро махнул в сторону частокола рукой. В стене открылся довольно широкий проем, и во двор неторопливо въехала на изящной белой кобыле очень молоденькая девушка.
Не просто девушка. Самая настоящая боярышня. И вполне подходящая на роль дарительницы многозначительных платочков, хмуро подумала я.
Незнакомка была одета в белую атласную шубку, подбитую мехом куницы и расшитую диковинными листьями и цветами. Из-под шубки выглядывал подол лазоревого летника, причудливо изукрашенный узором из речного жемчуга. Маленькая кунья шапочка сверкала камнями, толстая коса, перекинутая на грудь, была искусно перевита шелковой голубой лентой. Девушка сидела на спине лошади боком, поставив ножки в бархатных башмачках с загнутыми носами на резную дощечку. Да уж, в нормальное человеческое седло в таком наряде не усядешься, мстительно порадовалась я, с любопытством поглядывая на нежданную гостью и стараясь не встретиться с нею глазами. Впрочем, мои предосторожности были совершенно напрасны: красавица (а девушка была очень хороша собой) не обратила на меня ни малейшего внимания. Её взоры были прикованы к Дару.
- Ну, здравствуй, мой дорогой! – гостья кокетливо протянула руки, и молодой чародей, чуть насмешливо улыбаясь, обхватил ее за талию и легко снял со смешного седла. При этом руки девушки оказались на его плечах; убрать их оттуда, оказавшись на земле, она и не подумала. Вместо этого красавица привстала на цыпочки и звонко чмокнула парня в щеку.
- Здравствуй, Алгуша! – Дар в ответ тоже слегка прикоснулся губами к румяной щечке. – Ты откуда здесь взялась? И почему ты одна? Куда подевались все мамки-няньки?
- И это всё, что ты можешь мне сказать? – мелодично засмеялась девушка, пропустив мимо ушей провокационный вопрос про мамок-нянек. – А где радость встречи? Где твое гостеприимство? Я устала и хочу пить!
- Где же ты успела устать? Как я понимаю, самая утомительная часть твоего путешествия заключалась в том, чтобы убедить старого Перенега переправить тебя сюда.
- Ну да! – надула губки красавица. – Этот противный старикашка ни в какую не соглашался открыть для меня кротовину! Я, говорит, занят! Я новое чудодейственное зелье для расхворавшегося воеводы Горобоя варю! И зачем только его батюшка держит?
- Вряд ли он «держит» чародея только затем, чтобы тот по твоему первому требованию бросал все свои дела, - усмехнулся молодой маг.
- Вот и я говорю, прогнать его надо! – невпопад отмахнулась девушка.
- Так как же тебе удалось его уговорить? – Дар приподнял левую бровь.
- А никак. Села в его келье и сказала, что не уйду, пока не добьюсь своего! А не то ещё и батюшке нажалуюсь!
- Словом, взяла старика измором! Бедный Перенег! Ты что, Алгуша, разве не знаешь, что чародеев нельзя отвлекать от их занятий, не то рассердятся и в мышку превратят? – слегка натянуто рассмеялся парень. – Скажи, ты хочешь пройти в избу, или принести тебе попить сюда?
- Подожди, да куда же ты торопишься? – лукаво поинтересовалась прелестница. – Раз уж я сюда добралась, то так просто ты от меня не отделаешься! – она игриво покачала перед его носом пальчиком и затарахтела: - Я хочу тут всё как следует осмотреть! Ты ведь мне покажешь? Расскажи, как ты поживаешь, чем занимаешься? И не скучно тебе торчать в этой дыре? Мне тебя так не хватает в Преславице! На прошлой седмице навещала меня Беляна, дочь воеводы Горобоя. Всё о тебе спрашивала… - девушка многозначительно поглядела на своего собеседника.- Да, мою Ласку надо напоить. Эй, холопка! Прими мою лошадь и позаботься о ней. Да смотри, набери свежей воды!
Вот спасибо, наконец-то и меня заметили! Всю жизнь мечтала прислуживать богатой стервочке! Может, сделать вид, что я ее не слышу? Не могу же я просто взять и вышвырнуть ее прочь со двора! Хотя, по правде сказать, очень хочется. Я отвернулась и мрачно принялась натирать Тинкино плечо.
- Только не до дыр, - сочувственно шепнула мне кобыла.
- Ты что, меня не слышишь? – слегка повысила голос девушка. – Я тебе велела немедленно заняться моей лошадью! Дар?!
Да, кстати, а мне тоже интересно, что же скажет Дар? Я подняла голову и в упор посмотрела на парня. Не могу сказать, чтобы он выглядел довольным. Скорее, смущенным…
- Веслава, позволь мне представить Алгею, мою единокровную сестру. Алгуша, это Веслава, моя гостья.
Сестра?! А вот это уже приятная новость!!
- Очень приятно, Алгея, - я слегка наклонила голову в приветствии. - Дар, я рада познакомиться с твоей сестрой.
Теперь я смотрела на девушку с изрядной долей симпатии. Про «холопку» я старалась не вспоминать, как, впрочем, и про ее глупые рассуждения относительно несговорчивого чародея.
И совершенно напрасно.
- Дар? Ты что? – изумилась Алгея. - Ты знакомишь меня с какой-то бродяжкой?! – нежный голосок зазвенел от возмущения. – Ты представляешь меня ей?!!! Какой-то девке?! И она смеет обращаться к тебе и ко мне по имени? Дар, откуда такая снисходительность? Ты же никогда не был сторонником фамильярности!
- Алгуша, не старайся казаться большей стервой, нежели ты есть на самом деле, - ровным голосом посоветовал Дар. Я ожидала негодующего вопля в ответ на его грубость, но сестричка даже не соизволила обратить внимания на слова братца. Ей почему-то не давала покоя именно я.
- Да ты вообще знаешь, холопка, к кому смеешь обращаться? Перед кем имеешь наглость стоять?!!
Я пожала плечами. По моим расчетам, терпения у меня должно было в аккурат хватить на то, чтобы выслушать ещё что-нибудь занимательное.
- Алгея, довольно! Замолчи немедленно! – в голосе Дара лязгнул металл. Но не тут-то было!
- Ты разговариваешь с Светодаром Радомилом Синедолийским, сыном великого князя Синедолии Велимира! – торжественно провозгласила девица. – А я – княжна Алгея Синедолийская! И ты обязана мне повиноваться!
Вот так! Оказывается, я попала в самое что ни на есть высшее общество! Я попыталась проникнуться серьёзностью момента, но у меня ничего не вышло. Мне, конечно, было известно, что Синедолия – это великое княжество, а правит ею великий князь. Однако я довольно смутно представляла себе, что это за великий князь такой. Ну, вроде как сельский голова, заправляющий всеми делами в своей деревеньке! Мне сразу вспомнился староста Запутья, дородный Мирон. На пару с его сыном мы частенько таскали вишню и крыжовник из их же сада. Я хихикнула, представив на месте вихрастого Стеньки Дара, сосредоточенно тянущего через высокий каменный забор (уж княжеский-то сад не может быть огорожен простым плетнем!) увесистый мешок недоспелой сливы, и себя, злобно шипящую на него за то, что из-за его неповоротливости мы не успели обобрать ещё и смородину!
Интересно, а что я про Дара ещё не знаю? Вот уж кто пирожок с начинкой! Причем, на каждый укус - с новой.
Значит, повиноваться я тебе, поганке малолетней, обязана?
- Очень приятно, - сладким голосом промурлыкала я. – А я – Веслава из Чёрного Леса, колдунья. Так чем там тебе услужить-то?
Повинуясь движению моих пальцев, деревянный ушат, стоявший на нижней ступеньке крыльца, весело сорвался с места, лихо нырнул в колодец, через миг вылетел оттуда и, щедро расплескивая воду, плюхнулся перед копытами заплясавшей от неожиданности белой кобылки. Второй ушат старательно повторил все пируэты своего собрата и хлопнулся у ног оторопевшей Алгеи, от всей души плюнув на подол ее летника. Ты, кажется, пить хотела? Так пей! Из избы вылетела большая глиняная кружка и принялась настойчиво тыкаться в лицо девушки. Только тогда к ней вернулся утерянный было дар речи.
- А-а-а! – завизжала она. - Ты только посмотри, что она со мной сделала! Нахалка! Ведьма! Змея подколодная! Дар, да сделай же что-нибудь! Ты что, не видишь, что твою сестру безнаказанно оскорбляют?!