- Блестяще, Смеян, - одобрительно улыбнулся Тешен. – Ты прекрасный оратор и грамотно подытожил всё, что вам удалось разузнать. Но я хотел бы кое-что добавить – для полноты картины. После того, как уважаемый коллега Перенег связался со мною и ввел в курс дела, я сумел раскопать кое-какую информацию. Ну, а то, чего мне не удалось узнать, я рискну предположить.
В нашем мире издревле борются две главные силы мироздания: Добро и Зло. Каждая из них за многие века стала могучим эгрегором, собрав вокруг себя десятки и сотни тысяч людей. Веслава, ты не знаешь, что такое эгрегор? Так называют сверхидею, астральную сущность, созданную группой людей или иных разумных существ, и являющуюся воплощением их убеждений и целей. Эгрегор питается ментальными и магическими силами своих последователей, набирает мощь по мере увеличения числа адептов и роста их убежденности. Набрав достаточный запас силы, эгрегор начинает жить своей жизнью, в свою очередь, воздействуя на своих последователей. Он действует по принципу магической сети: собирает энергию, а затем использует ее для достижения своих главных целей. Я понятно объяснил?
Я ретиво закивала, чувствуя, как пылают мои уши – как, всё-таки стыдно, быть такой малообразованной! – а Тешен спокойно продолжил:
- У группы последователей эгрегора всегда есть глава. Он и осуществляет сбор, перераспределение и использование энергии всего сообщества.
Но мир так устроен, что за эгрегорами Добра и Зла идет примерно одинаковое число последователей. Правда, Зло почему-то всегда лучше структурировано, оно славится своей организацией, изощренностью, маневренностью и коварством. Добро как-то попроще будет…. Зато сила убеждения адептов Добра больше! Они бескорыстно служат своим идеалам.
Так вот, если верить старинным магическим книгам, главой служителей эгрегора Зла долгое время была сама Тиамат, повелительница преисподней. При этой драконе сформировался круг почитателей чистого зла. Так сказать, идея в идее. А Тиамат и ее ближайшее окружение и впрямь являли собой воплощенное Зло!
Как так вышло, что могучая дракона оказалась заточена в подземелье Серого Замка, а ее приближенные не сумели ее освободить – магические летописи умалчивают. Но сделавший это чародей, несомненно, был величайшим магом из всех, кого когда-либо породил наш мир. Я думаю, что, скорее всего, он был главой последователей эгрегора Добра. Так или иначе, магическая цепь эгрегора Зла была нарушена.
Конечно, Зло никуда не исчезло. Оно слишком изворотливо для того, чтобы его могла уничтожить подобная малость. Оно приняло несколько иные формы, раздробилось и, как следствие, его позиции ослабели. Шаткое равновесие слегка покачнулось в сторону Добра.
Но идеи чистого зла живучи, а тот, кто продолжал номинально оставаться главой эгрегора, не собирался сдаваться без боя, тем более, что это была бессмертная дракона, имевшая в запасе вечность. Но для того, чтобы вернуть себе власть не только номинальную, но и фактическую, ей было необходимо вернуть себе свободу. И вот тут ее нашел старый Сивелий.
- Скажите, Тешен, - заинтересовано спросила рыжая Квета, - неужели этот печально известный Сивелий настолько силен, что может разрушить чары, способные удерживать саму Тиамат?
- Интересный вопрос, Квета, - кивнул чародей. – На самом деле, я не думаю, что это возможно, несмотря на то, что он прославился использованием очень сильной магии, к сожалению, исключительно черной. Однако в летописях я наткнулся на крайне любопытный факт: считается, что именно Сивелий, путешествуя по мирам, сумел обнаружить и присвоить Некрономикон, жуткую Книгу Зла, Книгу-Ключ, открывающую проход в измерения преисподней. В ней содержатся заклинания, дарующие исключительную мощь тому, кто сумеет их использовать. Маг, овладевший Некрономиконом, может призвать демонов ночи, которые станут его союзниками. Ему будет обеспечена поддержка сил ужасных и могущественных.
И тут мы ступаем на шаткую почву догадок. Рискну предположить, что именно в Некрономиконе Сивелий и Тиамат обнаружили описание ритуала, который может разрушить наложенные на дракониху чары. Скорее всего, проведение обряда такой сложности требует многолетней подготовки и концентрации огромных сил. А их надо где-то взять.
Думаю, Сивелий разыскал самых горячих приверженцев Тиамат и идеи чистого Зла. Вновь обретя связь с главой своего эгрегора, они прошли ритуал Вечной Ночи и стали личами, что дало им возможность достичь нового уровня магии.
Но этого не было достаточно. Скажи мне, Данара, в долине осталось много драконов?
Сверкающая дракониха пригорюнилась.
- Оч-ч-чень мало. Лет шес-ссть нас-с-сад драконы начали ис-счес-ссать! Это продолш-ш-шалос-сь, пока нас-сс не ос-ссталось с-совс-ссем немного. Мы хотели покинуть долину, но не ус-сспели. Против насс-с ис-спольс-совали неис-с-свессстные чары, протии которых нашшша магия окасссалас-ссь бес-с-сильна. Ссс тех пор мы шшшивем в зачччарованных пещщщерах. Я не сснаю, что ссстало с осс-сстальными драконами…
- Магическая сущность драконов чрезвычайно сильна, - с горечью сказал Тешен, - и тот, кто сумеет завладеть ею, получит в своё распоряжение огромную силу. А уж если суметь трансформировать дракона в драколича (это нечто вроде дракона-зомби, Ванятка), а затем убить и поместить его душу в особым образом зачарованный драгоценный камень, то эту душу, а с нею и все магические силы, будет можно перенести в другое тело, в том числе и человеческое.
Думаю, повелительница драконов знает немало подобных ритуалов, а также заклинаний, против которых обычные драконьи чары бессильны.
Да, и не забудем о пропавших людях. Скорее всего, их тела и души тоже были положены на алтарь ненасытного эгрегора. Правда, тут они немного не рассчитали. Могли бы оставить про запас дюжину-другую девиц – вряд ли уровень нравственности в наших селениях настолько понизился, чтобы их не нашлось. Просто наши злодеи об этом забыли побеспокоиться. Вань, не реви. Запомни: магов в жертву не приносят – они любой обряд испортят.
- Да-а-а! – всхлипнул мальчик. – А Славочку этот гад хотел принести! А она же колдунья!
- Так гад же об этом не знал, - возразила я. – Неужели ты думаешь, что я прям вот так взяла и всё ему рассказала? – О том, что Тиамат ненавидит магов и убила бы меня при первом же на этот счет подозрении, я благоразумно промолчала.
- Как вы считаете, коллега Тешен, - подал голос старый Перенег, - какова в этом случае судьба пропавших чародеев?
Тешен недовольно посмотрел на «коллегу» Перенега, покосился на Ваньку и осторожно сказал:
- Думаю, Владан решил навербовать сторонников из числа магов. Идеи зла по-прежнему привлекают многих.
- Мои родители никогда не станут служить этим злодеям! – вскинулся Ванятка.
- Конечно, милый! – поспешно согласился с ним Тешен. – Поэтому мы можем надеяться на то, что они по-прежнему находятся где-нибудь в потайных пещерах, и их пытаются уговорить.
Все маги, сидящие у костра, преувеличенно дружно закивали, соглашаясь с версией, предложенной ведуном.
- Ванька, мы их непременно отыщем, даже если на это нам придется потратить всю оставшуюся жизнь! – твердо сказала я.
- А куда, всё-таки, подевался Сивелий? Как на его месте очутился Владан? – «увел» разговор от скользкой темы Дар.
- Трудно сказать. Может, старик погиб, не справившись с проведением очередного ритуала. Может, сам решил стать личем. Главное для нас то, что его место занял гораздо менее опытный и умный маг, который, судя по всему, озабочен идеей чистого Зла гораздо меньше своего учителя. Напротив, его больше интересуют вполне земные практические ценности: власть и разнообразные удовольствия. Его обуревают страсти, а это – плохой помощник, если ты замахнулся на магию такого уровня. Она требует полного самоотречения.
- А мне показалось, что Владан до смерти боится Тиамат. – негромко добавила я. – Да и она им не очень-то довольна…
Тешен удовлетворенно кивнул и продолжил:
- Как только рядом с Тиамат не стало Сивелия, а появился Владан, начали допускаться досадные ошибки – скорее всего, ничего принципиального, так, по мелочи. Однако в результате отголоски творимой в долине магии стали проникать за ее пределы. Некоторые чародеи стали догадываться, что грядут нешуточные испытания, и кое-кто даже подстраховался – к примеру, та же Полеля сумела накрыть свой обожаемый Черный Лес защитным заклинанием невероятной сложности, что подорвало ее силы и стоило ей жизни.
Но мы привыкли не доверять друг другу, и даже сегодня лишь единицы решились объединить свои силы. А сколько чародеев отказалось!
Мы стали как драконы. Они тоже – убежденные одиночки, делающие исключения лишь для непродолжительных семейных союзов. Но что естественно для них – неправильно для людей. Своим поведением мы вольно или невольно поддерживаем эгрегор Зла. Вот о чем нам стоит задуматься. Если нам удастся выиграть эту битву, мы не должны забывать, что Зло бессмертно, и за этим сражением рано или поздно последуют другие. Если мы не откажемся от добровольного одиночества, то наши шансы будут стремиться к нулю!
Маги потрясенно молчали. Даже неопытная я и малыш Ванька понимали, насколько серьёзно то, что сказал Тешен.
Молчание нарушила решительная Квета:
- Вы совершенно правы, магистр Тешен! Я полностью поддерживаю каждое ваше слово и считаю, что потом нам всем придется немало потрудиться, если мы хотим иметь возможность противостоять Злу. Но теперь я хочу спросить вот о чем: существует ли что-то, способное сейчас остановить магию личей, Некрономикона и Тиамат?
Чародеи снова дружно поглядели на Тешена, однако заговорил старик Перенег.
- Чтобы сразиться с сотней личей и с несколькими десятками драконов (покорно прошу простить меня, уважаемая госпожа Данара, но боюсь, что большинство оставшихся в живых драконов поддержат Тиамат – или подчинятся ее заклятиям), нужен огромный магический опыт и колоссальная сила. Думаю, опыта и знаний собравшимся здесь магам хватит – не ошибусь, если скажу, что у этого костра сейчас собрались самые могучие и одаренные чародеи Синедолии, сумевшие овладеть магией высочайшего уровня не хуже личей. А вот что касается остально