Меган очень обаятельна, уязвима, ласкова и привлекательна. Она весьма сексуальна, не в последнюю очередь благодаря большим карим глазам, которые сияют от восторга, когда она хочет ослепить. Она также очень умная и выдающаяся собеседница. Однако прежде всего Меган уверенный в себе человек. По ее собственным словам, уход от Тревора оказался «вдохновляющим» опытом. Как только она сбросила эту «кожу», обнаружила, насколько укрепляет избавление от многих тревог и неуверенности, от которых она страдала ранее, она стала гораздо более могущественным человеком, чем когда-либо. «Она знает свою силу, и ей нравится владеть ею», - сказал мне один человек, хорошо знающий Меган.
Она считала, что, как только зайдет в ресторан к Витиел-ло, он будет принадлежать ей. Так оно и получилось. Через некоторое время Кори переехал в дом с тремя спальнями на Ярмут-роуд, 10, в Ситон-Виллидж, который Меган оформила в стильных светлых тонах, подобрав современные картины и мебель, как в уютном семейном доме желтого цвета, который она делила с Тревором на бульваре Сансет. «Она жила здесь очень тихо», - сказал Билл Капетанос, уроженец Греции, который был ближайшим соседом Меган. У них были теплые отношения, и он иногда помогал ей, когда она нуждалась в этом. Когда он познакомился с Дорией, та не просто поблагодарила его за то, что он был таким хорошим другом для ее дочери. Она поблагодарила его за помощь «ее ангелу», что показывает привычный для Меган уровень родительского обожания.
Спокойный образ жизни Меган закончился, как только «на сцене появился Гарри». Она начала принимать гостей, давать обеды, устраивать большие вечеринки и активно тусоваться, что вообще-то было нехарактерно для нее в тот период.
На самом деле Меган была домоседкой, которая любила уединяться со своим мужчиной, когда они не гуляли по городу. Ее главной ежедневной компанией были две собаки из Лос-Анджелеса, бигль Гай и эльзасско-лабрадорский кросс Богарт, а также, как ни странно, ее блог, которому она посвятила столько часов, что он стал похож на живого компаньона.
Эта непритязательная, любящая сторона личности Меган неизменно нравилась родителям мужчин, с которыми она была связана. Родители Тревора, Дэвид и Лесли Энгельсон, относились к ней, как к своей собственной дочери, и в этом было нечто особенное, если иметь в виду, что евреи часто хотят, чтобы их сыновья женились на своих. То же самое произошло с Джерри и Джоанн Витиелло, которые были вместе со школы и считали, что «семья - это все». Они приняли у себя сына и Меган, отношения которых Джоанн Витиел-ло позже охарактеризовала как «серьезные», на Рождество 2015 года, в своем доме в Брантфорде, в двух часах езды от Торонто. Джоанн считала, что Меган «имеет большие планы на ее сына. У нее хорошее чувство юмора, и она очень привлекательна». Меган и Кори «жили вместе. Им было за тридцать. Они не были детьми», и, хотя она никогда этого не говорила, она дала понять, что брак был возможен.
Однако не все столь радужно воспринимали Меган, пытающуюся пробиться наверх. Социальный обозреватель Ши-нан Говани считал ее «всего-навсего актрисой кабельного телевидения», которая «мало что значила», когда встретила Кори Витиелло. С другой стороны, Витиелло был местной звездой. Его все знали и любили. «Общение с ним было для нее определенно полезным». Он был гораздо крупнее «с точки зрения истеблишмента в Торонто. Он был движущей силой для нее». Витиелло дружил с такими людьми, как Малруни и Маркус Андерсон, директор по глобальному членству элитного частного клуба Soho House, у которого есть филиал в Торонто. Теперь и Меган стала близкой подругой для всех них. Их дома и Soho House стали для нее вторым домом. Говани считал, что, если бы она не приехала в Торонто, она никогда бы не вышла замуж за принца Гарри. «Что-то в этом было - приехать в Торонто, подружиться с Малруни и получить высокий социальный статус. Это был идеальный штурм, создавший такую возможность». Говани считал: то, как Меган продвигалась по социальной лестнице, было частью плана и что «она воспользовалась предоставившейся возможностью». Он также чувствовал, что она «не была довольна тем, что была лишь актрисой. Она прекрасно понимала: а что будет после “Форс-мажоров”? Она не становилась моложе».
Благодаря Кори звезда Меган росла в геометрической прогрессии. Мало того что они были очаровательной парой, которая вращалась в самых высоких кругах, но и сила двоих, и связи, которые она установила благодаря ему, позволили ей расправить крылья так, как никогда не смог бы сделать кабельный сериал, подобный «Форс-мажорам».
Хотя Кори был жизненно важен для дальнейшего продвижения Меган, было бы ошибкой игнорировать ту роль, которую собственные усилия и амбиции сыграли в ее растущем успехе. The Tig был ее творением. В некотором смысле это был ее ребенок, ее база. Он оказался неоценимым в плане повышения ее статуса, одновременно придавая ей вес и открывая двери, доступа к которым она в противном случае не имела бы. Она достигла всего этого, сделав содержание блога как серьезным, так и амбициозным.
По словам Меган, частью обретенного ею влияния было осознание того, что она шла собственным путем: она не сумела отбросить свои переживания, но просто позволила себе сделать прорыв. Меган решила поступить именно так и в итоге стала сильнее. Сознательно решив отпустить весь негатив, который сдерживал ее, она приняла те аспекты своей личности, которые ранее были проблематичными. Основной была ее расовая принадлежность.
В Канаде Меган обнаружила, что быть человеком смешанного расового происхождения там выгоднее, чем в США. Канадцы гораздо спокойнее, чем американцы, относятся к таким вопросам, как раса и статус. Поэтому, помимо использования своей расовой принадлежности так, как раньше никогда не делала, она задействовала в блоге и вопросы половой принадлежности, чтобы они приносили должную отдачу. Меган выполняла задание, и установка состояла в том, что «процветание важнее выживания». Она использует все, что у нее есть, чтобы сделать свою жизнь лучше и богаче. Она будет процветать.
В сентябре 2014 года у Меган должна была быть неделя отпуска. Она решила предложить свои услуги в качестве волонтера Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке. В мире гуманитарной деятельности есть лишь несколько крупных имен, и Меган правильно поняла, что, связав себя с ООН в каком-то качестве, в будущем она получит значительные выгоды. Она была осторожна с ООН в плане использования своего звездного статуса, который на самом деле был не так велик: «Форс-мажоры» все еще оставались относительно второстепенным кабельным сериалом, и Меган производила впечатление скромной и усердной. Поэтому она сказала, что будет рада подавать кофе и отвечать на звонки, хотя, оказавшись там, она тенью следовала за Фумзиле Мламбо-Нг-кука, исполнительным директором структуры Организации Объединенных Наций по вопросам гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин («ООН-женщи-ны»), и Элизабет Ньямаяро из движения HeForShe, поскольку единственное, чего хотела Меган, - продемонстрировать свою активную личность. В считаные минуты люди, встречавшиеся с ней, понимали, что она исключительна, и, хотя это не всем было по вкусу, очень привлекало и работало в ее пользу.
Успешно применив свое обаяние и навыки установления контактов и заработав репутацию яркой личности, способной к сотрудничеству, Меган на следующий год вернулась в ООН, на этот раз выступив перед Генеральным секретарем и переполненным залом как ооновский защитник женщин, выступая за их участие в политической жизни.
В течение девяти с половиной минут она красноречиво, увлекательно и трогательно рассказывала о показе печально известного рекламного ролика средства для мытья посуды Ivory, описав, как он натолкнул ее на путь феминистской активности.
Ее речь была высшим пилотажем, снискавшим ей большое уважение в политических кругах, в которых она теперь вращалась. Это укрепило стремление Меган восприниматься всерьез в качестве не только влиятельного человека в своем блоге, но и политического деятеля. Для зрителей «Форс-мажоров» она была просто крутой Рэйчел Зейн, которая не могла сдать экзамены по праву, но тем не менее работала в юридической фирме с Майком Россом, евшим из ее рук. Однако для Малруни и Трюдо, той самой аудитории, на которую она действительно хотела произвести впечатление, Меган превращалась в сильного нападающего, чьи профессиональные успехи на филантропическом поприще делали ее достойной их внимания и дружбы.
Несмотря на впечатляющее развитие ее публичного образа, потребность Меган в том, чтобы ее заметили, начала влиять на отношения с Кори. Хотя он всегда старался говорить только положительные вещи о своей бывшей девушке, их друзья, не пожелавшие быть названными, отмечали следующее: «Она была необычайно напористой под мягкой и милой внешностью. Она всегда искала лучший столик в ресторане, хотела сесть на самое удобное место, не слишком тонко напоминая всем, что она та огромная звезда, которой на самом деле не была. «Форс-мажоры» котировались не слишком высоко, а Торонто полон актеров и актрис. Город предоставляет налоговые льготы кинокомпаниям, поэтому звезд кино и телевидения, гораздо более именитых, чем Меган Маркл, пруд пруди. Было просто неловко. Кори - парень другого склада, и думаю, что через некоторое время это стало действовать ему на нервы и он начал терять уважение к ней».
Хотя Меган могла быть очень любящей, она была настолько увлеченной, что иногда выступала как примадонна. Друзья полагают, что Кори все больше разочаровывался в этой стороне ее поведения, но что добило его окончательно, так это то, что она стала оспаривать его заслуги в создании рецептов. «Меган хорошо готовит, но при этом чрезвычайно тщеславна и всегда требует похвалы», - сказал один из друзей Витиелло. Они с Кори устроили званый обед, на котором она подала пасту со спиралями из кабачков. После комплимента по поводу блюда она пыталась поставить себе в заслугу его изобретение. Однако блюдо было творением Кори, и «это его сильно разозлило. Как бы сильно вы ни любили, но как только ваш парень поймет, что вы фальшивка, это конец», - сказал тот, кому нравился Кори, но никогда не нравилась Меган.