Меган не зря актриса. Она понимает драму и ценит ее значение, достаточно умна и талантлива и знает, что театральное повествование более увлекательно, чем рассказ пешехода. Один дергает за сердечные струны, другой оставляет эмоции незатронутыми. Она вжилась в положение звезды первой величины, и теперь перед ней стояла задача сохранить свое господство, не имея таких неудобных родственников, как ее отец, подвергающий ее версию событий возможности сравнения. Меган также не могла убедительно покончить с отцом, не вызвав подозрений. Поэтому она пыталась контролировать его присутствие. Было очевидно, что самым безопасным решением было заставить Тома-старшего прилететь прямо перед свадьбой. Тогда будет так много всего происходить, что у него не будет времени слишком близко общаться с Гарри. Ее преданный поклонник будет продолжать верить, что она была храброй львицей, прокладывавшей свой путь в жестоком мире, а не избалованным Цветочком, который взращен так, как оно и было на самом деле.
Гарри эмоциональный человек. Он обладает сильным чувственным восприятием, хотя и не имеет выдающихся интеллектуальных способностей. Меган, с другой стороны, очень умна, опытна в общении и экспансивна. Она действует в лихорадке страсти, энтузиазма и спонтанности, демонстрируя обаяние, хотя люди, которые были брошены ею, считают ее неискрен-
« X «
ней и беспринципной до неприличия.
Правы они или нет, но она внешне привлекательна и обворожительна, обладает талантом и заставляет людей поверить, что она - то, чего они хотят, знает, какую именно ноту надо взять, чтобы получить расположение тех, на кого она хочет произвести впечатление, и обладает хладнокровием в самом полном смысле.
По словам людей, которые хорошо их знают, Меган покорила Гарри, взывая к его подлинно гуманистическим инстинктам. Она делала это, демонстрируя ценности филантропа, которых, как она знала, он придерживался, и при этом показывая себя уязвимой в его глазах. Меган снискала его расположение, взывая к сочувствию, отражая его чувства, давая понять, как много она выстрадала в жестоком мире, и одновременно внушая ему восхищение тем, как храбро и благородно она справилась с этим. Она не могла позволить отцу разбить своей болтовней эту трогательную картину страдания, которого никогда не испытывала.
Есть много свидетельств того, что Меган гораздо более сильная и волевая личность, чем Гарри. Под образом неистового альфа-самца скрывается чувствительный мальчик, который идентифицирует себя и сочувствует тем, кто пострадал. Несмотря на все добрые дела, которые сделала Меган, она никогда по-настоящему не испытывала лишений, а потому не обладает подобной степенью сопереживания. Она также мыслит более стратегически, чем Гарри. Как и многие армейские офицеры, он хорошо отдает приказы, но так же хорошо их выполняет. Он лучше всего функционирует в среде, в которой может размять свои мышцы, имея безопасное прикрытие. Обычно это обеспечивала армия, а теперь -Меган. С другой стороны, она терпеть не может подчиняться приказам. Если этого потребует необходимость, как это произошло, когда она была в «Форс-мажорах», она будет сотрудничать, но только в той мере, в какой это целесообразно. И пока Меган участвует в чем-либо, она также ведет переговоры и торгуется, давая понять, что ее сотрудничество -это признак силы, а не слабости и, конечно же, не безрассудства. Другими словами, Меган - доминирующая личность, которая сдает контроль только тогда, когда это необходимо. Все остальное время она настаивает на том, чтобы сидеть за рулем.
Поскольку у нее есть заботливая, внимательная сторона личности, она идеально подходит мужчине, который любил свою мать. Она становится половинкой вне конкуренции для того, кто любил и потерял свою мать. Ее доминирование воспринимается как забота. Гарри думает, что о нем беспокоятся, хотя на самом деле те, кто знает и сомневается в мотивах Меган, считают, что он находится под контролем. Одним из свидетельств того, что это подозрение может быть обоснованным, является клятва, которую Меган написала во время венчания. Она поклялась «защищать» Гарри. То, как она стала покровительницей принца, просто интригует. Ей удалось убедить его, что она успешно пережила столько боли и страданий, что у нее есть силы защитить его, мальчика, который потерял свою мать и страдал после этого. Поскольку страдания превратили Меган из простой женщины в необыкновенного человека, Гарри, обычный человек, нуждается в ее защите.
Люди могут говорить о ней что угодно, но Меган действительно удивительная женщина. Только человек с ее замечательными способностями, уникальным воображением и очевидным интеллектом мог бы создать ту связь, которую она установила с Гарри.
Глава 8
Гарри искренне верил, что Меган, и только она одна, знает дорогу к Святому Граалю, и, хотя у нее все еще были поклонники, когда они с Гарри поженились, все больше и больше людей, а также пресса в его родной стране приходили к удручающему заключению. Оно сводилось к тому, что Меган претенциозная болтушка с глубиной чайной ложки, искренностью жулика и надежностью мошенника, запущенного в комнату, полную наличных денег. Это было катастрофой для любого, кто надеялся, что она великолепно сыграет роль герцогини Сассекской. Для тех из нас, кто понимал, что она олицетворяет собой нечто такое, чего не купишь ни за какие деньги, очернение ее имиджа имело долгосрочные последствия. Они могли заключаться в негативном воздействии на расовые отношения. Сторонники Меган могли не понимать, что возражения ее критиков основывались главным образом на ее поведении и особенностях характера, и вместо этого они ошибочно предполагали, что ее непопулярность обусловлена расовыми предрассудками. Это никому не принесет пользы, разве что, возможно, антимонархистам и самой Меган. Она получит свободу действий, если ей удастся вести себя неподобающим образом без каких-либо неблагоприятных последствий для себя, и будет восприниматься как жертва, которой она отнюдь не является.
По мере того как ситуация ухудшалась, те, кто считал, что Меган является невольной жертвой ухудшения репутации, задавались вопросом: может ли негативное освещение быть вызвано скрытыми расовыми предрассудками? В то же время те, кто видел в ней самой фактор, способствующий гибели ее репутации, все больше возмущались тем, что их обвиняют в расизме, притом что цвет кожи не имел никакого отношения к ее непопулярности. Один придворный сказал: «Никто [во дворце] не верит, что герцог или герцогиня Сассекские обманывают себя, думая, что расизм играет какую-то роль в этом. Но мы все знаем, что Меган и Гарри не прочь разыграть расовую карту, если это сработает в их пользу. Они делали это и раньше [в то время, когда их роман стал достоянием общественности], но мы надеемся, что никогда не сделают этого снова. Это было бы слишком вредно для национальных интересов. Принц Гарри увидит это [и, надеюсь, предотвратит такую игру]. Но, тем не менее, если они будут молчать и позволят своим сторонникам продолжать все списывать на расизм, который, как любой дурак знает, не имеет к этому никакого отношения, это нанесет ущерб национальным интересам».
Поскольку поведение Меган и Гарри создавало разногласия, вместо того чтобы стать объединяющей силой, которой должна была быть монархия, и поскольку возникающие проблемы затмевали их личную популярность, пресса была начеку. Полемика всегда более достойна освещения в прессе, чем обыденность. Сложная интерпретация событий всегда более интересна для СМИ, чем незамысловатая. Меган либо полностью осознавала, что ее действия были направлены на то, чтобы привлечь к себе большее внимание прессы, либо оступилась случайно, став той фигурой, о которой мечтают газетчики. Ей в равной степени присущи гламур, конфликты, примирение и оппозиционность, усиленные огромным вопросительным знаком над тем, что находится под идеальной внешностью. Так или иначе, факт заключается в том, что шаг, который она сделала вскоре после возвращения из поездки по Океании и который закончился такой драмой вокруг ее происхождения, резко переместил ее в центр внимания средств массовой информации.
11 декабря 2018 года, всего через месяц после того, как стройная светская Меган вернулась в Англию из своего турне, она эффектно ворвалась на сцену в качестве неожиданного почетного гостя на Британской премии моды в Королевском Альберт-Холле. Она присутствовала там, чтобы вручить награду Клэр Уэйт Келлер, художественному директору Givenchy, которая разработала ее свадебное платье. Вы можете посмотреть на это по-разному: либо Меган показала, каким удивительно теплым и естественным человеком она была, либо актриса включила очарование, которое перестало быть убедительным для многих ее критиков. Когда она шагала по подиуму, ее красиво и профессионально накрашенное лицо сияло ярко, как это могло быть только у Меган, излучая восторг и источая радость, что возможно лишь для профессиональной актрисы, вышедшей на сцену.
Королевская власть - не источник сюрпризов, ее предсказуемость и успокаивающее отсутствие внезапности - два момента, которые ее сторонники находят столь желанными в этот век шумихи и неожиданностей. Гламурная до неприличия, причем, по оценке критиков, в слишком голливудском стиле, в отличие от царственности, требуемой роялистами, Меган снова была в черном платье от иностранного дизайнера - лауреата различных премий, на этот раз гладком, элегантном, облегающем фигуру с изящно открытым плечом.
Ее поведение было чистым Голливудом, этим поставщиком гламура, и, хотя в нем не может победить великодушие, для его противников Голливуд - центр всего искусственного, где все с улыбкой ходят по трупам отверженных, демонстрируя очевидно золотые сердца вкупе со столь же настоящими белыми зубными протезами. Меган не могла быть более благодарной или даже любящей по отношению к Клэр Уэйт Келлер. Как часто говорили ее друзья, она по-настоящему внимательный человек, который никогда не упускает возможности выразить свои чувства. Однако критики осуждали ее проявления любви с желчным комментарием: Меган могла проявить подобные чувства по отношению к своему отцу или членам семьи своего мужа, с которыми она теперь находилась в прохладных отношениях.