ь ее в любимом Балморале, где она может расслабиться в неформальной обстановке, это было воспринято как пощечина.
Когда Гарри и Меган затем умудрились четыре раза за одиннадцать дней воспользоваться частными самолетами, читая лекции обычным людям о необходимости уменьшения объемов выброса углерода, они выставили себя на посмешище.
Назвался груздем - полезай в кузов. Не успел Гарри привезти Меган и Арчи во Фрогмор-коттедж, он тут же прыгнул в еще один самолет. Он присоединился к тем, кого The Sun назвала «лицемерными суперзвездами, путешествующими на конференцию Google Camp в Италии в [114 отдельных] частных самолетах, потребляющих много топлива. И десятки ведущих представителей шоу-бизнеса, как сообщается, предпочитают оставаться на гигантских, загрязняющих среду суперъяхтах». При этом их «возят туда-сюда в рамках седьмого ежегодного увеселительного мероприятия технологического гиганта на эксклюзивном сицилийском курорте в прожорливых Maserati». Среди представителей гламура, таких как Стелла Маккартни, Орландо Блум, Диана фон Фюрстенберг, Крис Мартин, Кэти Перри, Брэдли Купер и Лео ДиКаприо, босоногий Гарри, чьи ногти блестели благодаря недавнему педикюру, произнес воодушевляющую речь. Он подтвердил, что они с Меган до такой степени обеспокоены состоянием планеты и последствиями изменения климата, что никогда не будут настолько аморальны, чтобы иметь больше двоих детей.
До сих пор британская пресса переживала именины сердца, осуждая Меган и Гарри за непоследовательность и лицемерие. Теперь СМИ нашли третье обвинение, чтобы добавить его к списку.
Они решили, что Гарри наконец-то присоединился к Меган, бросив тень на Уильяма и Кэтрин, у которых было трое детей и, по слухам, они подумывали о четвертом. Соперничество, злобность и сведение счетов были новейшими характеристиками поведения пары.
Ни в одном из репортажей Гарри не фигурировал как зачинщик. Они указывали на то, как Меган начала год с организации утечки личной информации пяти своим друзьям, которые все оставались анонимными, хотя были предположения, что одна из них могла быть актрисой из «Форс-ма-жоров» Эбигейл Спенсер. Друзья повышали рейтинг Меган и одновременно поливали грязью ее отца в статье, опубликованной журналом People в первую неделю февраля под заголовком «Правда о Меган». Ее изображали как «самоотверженного» человека, единственной заботой друзей которого было «говорить правду о нашем друге» и «противостоять глобальному запугиванию, которое мы наблюдаем». Открывшаяся картина показывала простую, самоотверженную, популярную девушку, которой настолько свойственно самопожертвование, «что мне даже не позволено спросить, как у нее дела, пока она не спросит обо мне». Друзья рассказывали, как «сильно она любит своих животных, как обожает своих друзей, как сильно ей нравится кормить вас, заботиться о вас». Их очень беспокоило, что здоровье Мег и ее будущего ребенка может пострадать, если пресса не прекратит плохо говорить о ней. И они нанесли удар по Томасу Марклу-старшему, который утверждал, что его дочь отказывается отвечать на его звонки и письма. Эти друзья заявили: «Он знает, как с ней связаться. Ее номер телефона не изменился. Он никогда не звонил, никогда не писал. Это очень больно, потому что Мег всегда была такой послушной. Думаю, она всегда будет чувствовать себя по-настоящему опустошенной тем, что он сделал. В то же время, как дочь, она испытывает к нему большую симпатию». Усиливая удар, друзья Меган продолжали: «Совершенно [после разоблачения того, что Том сотрудничал с папарацци, чтобы улучшить свой имидж] не было разговоров о том, что “теперь, когда он солгал, у него неприятности”. Том не отвечал на ее звонки. Не отвечал и на звонки Гарри». Итак, бедняжка Меган была вынуждена после свадьбы написать отцу личное письмо, содержание которого он никогда никому не раскрывал. При этом сверхсекретная дочь поделилась им с пятью друзьями, предоставив копии, чтобы они просочились в People. В письме она заявила: «Папа, я так убита горем. Я люблю тебя. У меня есть только один отец. Пожалуйста, перестань преследовать меня через СМИ, чтобы мы могли восстановить наши отношения». Она указала, что каждое его замечание было «стрелой в ее сердце». И какова была реакция ее отца, которого ее друзья изображали циничным, ищущим рекламы лжецом и лицемером? По их словам, «в ответ он пишет ей длинное письмо и заканчивает его просьбой сфотографироваться с ней».
В течение нескольких дней после публикации этой истории в британской прессе преобладало мнение, что Меган не только заставила своих друзей создать абсолютно ложное изображение ее отца и их отношений, но и сделала это, полагая, что он любит ее так сильно, что никогда не разоблачит. Нестыковки и незамысловатая, совершенно неслыханная подоплека повествования в People не выпала из поля зрения более проницательной и вопрошающей аудитории в Великобритании. Это, похоже, ускользнуло от американских читателей, и даже если не от них, то от самого журнала. Возникло подозрение, что Меган намеренно организовала всю эту историю, чтобы отвлечь критику от своего поведения, добиваясь сочувствия публики. В то время как американская общественность могла не разобраться в том, что пять друзей королевской герцогини никогда не будут вести себя так без ее влияния, британская публика была слишком хорошо осведомлена о том, как общественные деятели манипулируют прессой, и не сомневалась в том, кто заставил это написать и почему. Когда Меган не сумела дистанцироваться от этой истории, ее молчание подтвердило подозрение, что она была соучастницей. В противном случае она не только возмутилась бы, но и перестала общаться с друзьями. Время покажет, оправданна ли более циничная точка зрения на ситуацию, но в тот момент поклонники Меган, особенно
в Америке, рассматривали любую поддержку Томаса Марк-ла-старшего как еще одно доказательство того, что ее запугивают.
В течение года, реализуя собственные цели, Меган и Гарри все больше и больше попадали в капкан «отсекающего» способа общения с теми, кто не соглашался с ними. Всем королевским особам нужны люди, возражающие им. В такой ситуации, как у них, совет был прост. Если вы хотите избежать противоречий, не допускайте спорных действий. Не подталкивайте друзей к публикации сообщений в сочувствующих изданиях, таких как журнал People. В противном случае примите меры, чтобы отмежеваться от этой истории и восстановить те остатки достоинства, что сохранились у вашего отца, вместо того чтобы вступать в сговор с пятью друзьями, окончательно лишая отца уважения.
Британцы восстают против манипуляций СМИ не так, как американцы. Меган и Гарри должны были бы знать, что непреложный закон, согласно которому каждое действие имеет соответствующее противодействие, применим к прессе так же, как и к физике. У Сассексов не было воспоминаний о том, как его мать сама проводила брифинги для прессы, когда она не заставляла своих друзей делать это от ее имени. Однако это было слишком живо в памяти британских журналистов. Друзья Меган, рассказавшие Америке о ее взгляде на ссору с отцом, могли убедить читателей по ту сторону Атлантики, что они защищают ее от издевательств прессы в Британии. Однако в Соединенном Королевстве точка зрения была такова, что она просто последовала примеру своей покойной свекрови в манипулировании СМИ. Вместо того чтобы считать ее жертвенной натурой, они теперь были более, чем когда-либо, убеждены, что Меган была ловкачкой, использовавшей прессу точно так же, как это делала Диана.
Теперь она показала всем, почему прозвище Вольфрам, данное ей принцем Чарльзом, соответствовало силе характера, наличие которой признают ее друзья и враги. Более твердый, чем гвозди, более жесткий, чем сапоги, - любой, но только не податливый, вольфрам может выдержать большое давление, не прогибаясь. Кто-то из знавших ее долгое время объяснил мне на условиях анонимности, что «все эти годы отказов [когда Меган добивалась своих целей] научили ее упорно держаться, верить в себя, игнорировать то, что говорят другие, и не сдавать позиций. Ей потребовалось много лет на то, чтобы возвыситься, но она осталась верна своему видению себя. Сейчас она делает то же самое. Она думает, что дворцовая команда - это кучка безнадежных сосунков. Все, что ей нужно сделать, - это твердо придерживаться своих взглядов, и в конце концов все будет хорошо».
Нет ничего удивительного в том, что Меган с такой верой гнула свою линию, какой бы тяжелой ни становилась ситуация. Ее послужной список также показал, что у нее был настоящий талант оборачивать все, будь то возможность, неудача или что-то среднее, в свою пользу. Это становилось все более и более очевидным по мере отдаления Сассексов от королевского причала. В то же время, судя по замечаниям, которые оба делали о том, как неумело дворец использовал их несомненные таланты, они презирали советы и мнения «дворцовой команды».
С точки зрения презренной команды, проблемы выглядели совершенно иначе. Придворные не видели никакой существенной аналогии между актрисой, упрямо ожидающей своего большого прорыва, и королевской герцогиней, которая начинала свою королевскую жизнь с той позиции, что она лучше знала, что было в интересах монархии. Она упорно принижала мудрость и опыт советников, которые были в игре дольше, чем она, разжигала ненужные споры в ущерб своему королевскому положению и неизменно давала им понять, что ей нечему учиться, а можно только учить их.
Если вы хоть что-то знаете о том, как работает реклама и как действовала покойная принцесса Уэльская, вы поймете, что к этому моменту Меган и Гарри перехитрили своих дворцовых советников. Хотя пресса еще не знала, что их целью было расширение возможностей в поисках финансовой и коммерческой независимости, придворные знали, что затевается нечто, и чем бы это ни было, оно было неприемлемо.
Что касается Меган и Гарри, то у них не было никакого стимула прислушиваться к рекомендациям, которые давали им официальные советники в Букингемском дворце, потому что «дворцовая команда» действовала, исходя из предпосылки, что подобная «реклама» должна быть ослаблена, в то время как герцог и герцогиня намеревались усилить ее. В свете этого неудивительно, что Меган проигнорировала их совет не выпячиваться, а принялась действовать за их спиной и приготовила тяжелую артиллерию против британской прессы. Уловка Меган была проста: нужно было нейтрализовать неуправляемые таблоиды, чтобы она имела абсолютный контроль над своим общественным имиджем. Поэтому она поручила Sunshine Sachs в США помочь ей в разработке тактики их нейтрализации.