Многие сравнения между Гарри и герцогом Виндзорским являются причудливыми, порожденными невежеством или непониманием. Хотя оба мужчины были склонны к депрессии и имели проблемы с психическим здоровьем, герцог Виндзорский был архетипом члена королевской семьи. Никогда не возникало сомнений, что рядом с ним ты находишься в присутствии бывшего короля. К тому времени, когда я с ним познакомилась, он, возможно, и был старым дрожащим занудой, но всегда выглядел царственно, одевался безупречно и жил в соответствии с королевским этикетом. В нем не было ничего хулиганского или недобропорядочного, чего нельзя сказать о Гарри. Бывший король не стал бы играть в покер на раздевание в Лас-Вегасе, как не стал бы заниматься сексом посреди торгового центра. Обычно в комнате он сидел в стороне от всех, и людей подводили к нему, одного за другим, чтобы они могли поговорить с ним; затем он давал знак, что уже достаточно и что он готов пообщаться с кем-то другим. В Гарри же нет ничего царственного. Это, конечно, было одной из его прелестей. В нем определенно никогда не было ничего стильного. У него всегда такой вид, будто он только что вылез из постели или вот-вот пойдет спать.
Несмотря на все свои различия, Меган и Уоллис имеют одну или две общие черты. Как и Уоллис в свое время, Меган - открытая прямолинейная женщина в процессе становления. Обеим им свойственно наслаждение роскошью. Материализм и осознание качества значат для них больше, чем для большинства женщин. Уоллис была достаточно благородна, чтобы заплатить цену за свое положение. Она понимала, что ее принц многим пожертвовал ради нее. Если Меган действительно верит своим словам о том, что ее «любовь к Гарри сделала возможным» его отступление от королевского образа жизни, то она не только не смогла оценить огромные жертвы, которые он принес ради нее, но даже не прислушалась к тому, что он сказал. Гарри заявил сотням людей в Челси Айви, как «опечален» он был, отказавшись от своих связей с военными и тем паче со своей страной, семьей и друзьями. Может ли Меган действительно верить, что освободила его от уз, которые были не оковами, а драгоценными узами, связывавшими Гарри с его прошлой жизнью, славной, несмотря на все ее несовершенства? Может ли Меган искренне признать, что не было никакой жертвы в том, чтобы сменить великолепное положение, обремененное возможностями творить добро, на ситуацию, полную неопределенности?
Эмоциональная тупость Меган в том, что касается жертв со стороны других, - одна из многих причин беспокойства для королевской семьи за будущее Гарри рядом с ней. Родные понимают его затруднительное положение, хотя и не одобряют его. Они отдают себе отчет в том, что бессильны вмешаться, что это одна река, которая должна впадать в океан, и любые попытки развернуть ее могут привести к печальному исходу. По этой причине Уильям старался навести мосты, насколько это было возможно, хотя мне рассказывали, что уже столько всего случилось, что вряд ли братья когда-нибудь снова будут вместе, как раньше. Чарльз, по-моему, совершенно сбит с толку, не понимая, что он может сделать, чтобы помочь. И это после того, как он сдвинул горы для Меган - лишь только для того, чтобы они обрушились на него самого. Именно ему удалось добиться для Меган, разведенной, как и он сам, того, чего он не смог сделать для себя, а именно церковного венчания, которое совершил архиепископ Кентерберийский в часовне Св. Георгия.
Один из членов королевской семьи сказал мне, что королева была наименее напряжена по сравнению со всеми остальными - «возможно, потому, что она понимает, что если у Гарри и Меган все получится, они откроют новую сферу, куда другие младшие члены королевской семьи могут последовать за ними, а если это не сработает, то не будет концом света. Монархия переживала гораздо более серьезные угрозы».
Совершенно очевидно, что британская общественность уже смирилась с тем, что герцог и герцогиня Сассекские обособились. Публика попрощалась с ними, кто-то с сожалением, кто-то с облегчением, кто-то с нетерпением, но без заметной разницы по отношению к кому-либо из них. Таким образом, они теперь находятся в категории, отличной от положения остальных членов семьи. «На мой взгляд, - сказал вышеупомянутый родственник, - они уже были понижены в глазах [британской] общественности с королевских особ до знаменитостей».
Если это так, то положение Гарри и Меган не столь завидно, как может показаться оптимистичным пиарщикам. Поговаривали, что они смогут зарабатывать 100 млн долларов в год, а может быть, и больше, что они - миллиардный бренд и могут стать вторыми Бараком и Мишель Обама или даже, не дай бог, вариацией Тони Блэра. Но говорить так означает игнорировать некоторые основополагающие факты и неверно интерпретировать то, как статус работает на самых высоких уровнях общества. Гарри никогда не был президентом Соединенных Штатов и премьер-министром, как Блэр, который мог обмануть парламент, чтобы вступить в войну, сделавшую его популярным в Соединенных Штатах и на Ближнем Востоке и ненавистным для миллионов британцев, как только они увидели его ложь. Если судить по развитию карьеры Тони Блэра, то для Гарри и Меган лучше ковать железо, пока горячо. Расцвет Тони Блэра длился всего несколько лет. Как только достаточное количество людей перестает уважать общественного деятеля, его заработок начинает убывать. Это то, что Меган и Гарри следовало бы взять на заметку, потому что никто из нас, кто желает им добра, не хочет, чтобы они пошли по пути Блэра, чья история поистине поучительна.
Тем не менее Тони Блэр действительно возглавлял страну и делал это в течение длительного периода времени. Он три раза выиграл всеобщие выборы и вполне мог бы войти в историю как великий премьер-министр, если бы не втянул парламент и британский народ в войну с Ираком, которой никто в Соединенном Королевстве, кроме него, не хотел. Даже тогда он вполне мог бы стать выдающимся отставным государственным деятелем, если бы не проявил себя таким жадным лицемером, каким его видят сейчас. И все же Блэр пользовался уважением, пусть и недолго. За это время он сумел извлечь выгоду из своей репутации, своего прежнего положения и своего несомненного опыта - и сколотить состояние.
Гарри никогда не возглавлял страну. Он не избирался на какую-либо должность. У него нет опыта лидера. Он был всего лишь мелким армейским офицером, который оказался вторым сыном наследника британского престола. Да, у него были звездные качества. Да, он был уважаемой фигурой до своей женитьбы. И занимал высокое положение, но ему никогда не стать первым номером, а тем более президентом самой могущественной страны на земле или премьер-министром Великобритании. Более того, он ушел со своего поста, чтобы искать счастья на большом торговом базаре. При этом он потерял самую престижную часть своего положения, свое превосходство над схваткой. Как сказал герольдмейстер, ты либо есть, либо тебя нет.
Теперь, когда Гарри и Меган отошли от своих королевских ролей, остается только гадать, усилит или ослабит их способность зарабатывать деньги откровенный коммерческий подход к жизни. Конечно, они были прямолинейны в своих заявлениях и инициативах, что было продемонстрировано знаменитыми кадрами, где Гарри подловил генерального директора «Дисней» Боба Айгера на премьере «Короля Льва». Гарри не только отбросил благовоспитанную сдержанность, но и заменил ее ловкостью, которой позавидовал бы даже Тревор Энгельсон.
«А ты знаешь, что она делает озвучку?» - неожиданно спросил Гарри изумленного Айгера, который пробормотал: «Я этого не знал», после чего энергичный Гарри добил его, сказав: «Ты, кажется, удивлен. Она действительно заинтересована в подобной работе».
Затем явно смущенный Айгер прогнулся и сказал: «Мы бы с удовольствием попробовали. Это отличная идея», а его жена, журналистка Уиллоу Бэй, наблюдала за этим с грозным выражением лица. Гарри и Меган явно спланировали свою засаду, потому что затем обратили свое внимание на режиссера Джона Фавро и Гарри заявил: «В следующий раз, когда кому-то понадобится дополнительная закадровая работа, мы вполне можем помочь», а Меган заявила: «Вот почему мы здесь - это наша презентация».
Это тоже сработало. «Дисней» подписал контракт с Меган на озвучку в обмен на пожертвование в благотворительный фонд «Слоны без границ». Возместила ли она расходы, возможно исчисляющиеся сотнями тысяч, объявлено не было, но она сделала эту работу до отъезда в Канаду в ноябре 2019 года. Программа вышла в эфир в апреле 2020 года, отзывы были смешанными, причем разочаровывающее большинство слушателей обвиняло ее в чрезмерном стремлении угодить или просто в том, что она раздражала, хотя меньшинство находило в ее исполнении что-то привлекательное.
Было ли это успехом или же неудачей, но, когда королевская семья узнала, что Меган и Гарри не только использовали официальное мероприятие для поиска работы, но и успешно завершили переговоры за их спиной, родственники пришли в ярость, обвинив пару в заключении контрактов «с такими фирмами, как Дисней», без соблюдения необходимых процедур. Меган не раскаивалась. Она сказала друзьям, что ее «работа с Диснеем» еще далека от завершения. Закадровый голос - это только начало, и впереди еще много совместных работ. Меган ни о чем не жалеет, и предел -только небо.
Эта вылазка назад в индустрию развлечений была проверкой сразу в нескольких отношениях. Гарри и Меган и их консультанты должны были прочувствовать их путь к успеху, что означало максимальное продвижение бренда Sussex, увеличение его потенциального дохода и одновременное повышение престижа пары. Не сомневайтесь, это был один из брендов, где существовал священный союз между деньгами и репутацией. Одно предназначалось для того, чтобы кормить другое, и на заднем плане была целая команда, работающая над тем, чтобы сделать бренд Sussex успешным во всех возможных отношениях. Американские советники Меган и Гарри рассчитывали на то, что те станут вровень с Обамами в плане заработка. Но сравнение с бывшей президентской четой казалось оптимистичным. Точно так же, как Гарри не сравнится с Бараком Обамой в плане практического опыта и в личном плане, бывшая ак