Именно поэтому я уже пять лет кочую по всему приграничью, возводя заставы для СПО. Наставления, написанные мной по памяти, не воспринялись как откровения свыше и перерабатывались в соответствии с текущими реалиями, все опытные офицеры СПО княжества приложили к этому руку. Помимо, непосредственно строительства укреплений, я занимался установкой вышек связи, монтажом генераторов и организацией будущей логистики. В итоге, если не вдаваться в подробности, система вышла следующей, за каждой заставой закрепляется определённый участок границы для патрулирования, в случае обнаружения сил противника, патруль сообщает о нём на заставу и дальше предусмотрено несколько вариантов. Если отряд налётчиков небольшой, то из заставы выдвигается отряд для его ликвидации. Но если силы противника слишком велики, для имеющегося гарнизона, то в ближайшую часть СПО, остальные заставы долины и местные посёлки посылается сигнал тревоги, и уже более крупным соединением угрозу устраняли. Поначалу всё было очень плохо, всплывало множество просчётов, которые были незаметны на стадии планирования, но, за пять лет, новый род войск княжества всё же начал выполнять возложенные на него функции эффективно. Основную помощь в этом оказали местные охотники, знающие местные леса как свои пять пальцев. Благодаря их участию пограничники стали грозной силой способной сдерживать девять из десяти рейдов из соседних княжеств.
За это время мне приходилось не только следить за строительством, но и превратить ещё пару сотен пленных в сервиторов. Причём, большинство из них занимали свои места на сборочных линиях, всё разрастающихся цехов и мастерских подгорной кузни. Перечень выпускаемых товаров стал в несколько раз шире, теперь в княжестве появились радиостанции, инфопланшеты и прочая базовая электроника местного производства. Также произошла модернизация остальных производств, старые станки менялись на более совершенные, что позволило ещё сильнее увеличить выпуск продукции.
Самым поразительным для меня было то, что все эти шевеления не вызывали никакой реакции ни со стороны планетарного губернатора, ни со стороны механикус со спутника. Причиной были два фактора, жадность и обида. Глаза губернатору закрыл поток денег, ведь все свои товары княжество, в рамках планеты, реализовывало только через него, и по сути за скромное посредничество, он получал стабильно растущий поток средств, которые тратил на различные излишества. А вот на спутнике ситуация складывалась немного комично, на данный момент техножречество там состояло из двух не равных частей. Большей частью это были местные жители, которые родились и воспитывались в системе Инвенире и никогда не покидали её пределов, поэтому не обращали особого внимания на процессы усиления княжества Горное, им просто казалось это нормальным, ведь старшие члены культа не выказывали никакого беспокойства. Меньшая же часть представляла из себя опальных магосов и ставших неудобными техножрецов, в нашей системе они находились в ссылке. Обиженные на начальство и бывших коллег, они из чувства противоречия не докладывали о немного расширившихся возможностях производств на планете, тем более их просьбы о поставке некоторой продукции кузни, требуемой для их личных проектов, всегда удовлетворялись.
Ученики, в своих сообщениях, радовали меня своими успехами. Марк, первоначально поставленного руководить восстановленным мною ангаром, сейчас проходил дополнительное обучение логистике, в центральной диспетчерской на уровне Н, отвечающей как за движение монорельса, так и за полёты грузовых судов. Алисия тоже радовала меня, закончив обучение хирургии, она начала изучать фармакологию, а конкретнее производство лекарств и стимуляторов. Единственная за кого я не мог однозначно порадоваться была Доминика, она показывала поразительную боевую эффективность, в одном из рейдов на мутантов ею было лично убито, в ближнем бою, более пятнадцати тварей. Но в этом и была её основная проблема, полностью отдаваясь схватке, она переставала контролировать сервиторов и скитариев, вырываясь вперёд и навязывая противнику ближний бой. РОВН-172 уведомил меня, что дальнейшее обучение сместится с техножреца-доминус на техно-ассасина, отмечая, что такой уровень владения клинками видел только при совместных кампаниях с космодесантом. Помимо простого общения, я помогал ученикам в проектировании их будущих тел, подражая мне, они тоже решили провести одно заранее спланированное преобразование, вместо постепенного улучшения.
Нынешняя застава последняя, по завершению работ на ней, я смогу, наконец, вернуться к работе в мастерской, там меня уже ожидали новые чертежи имплантатов для изучения и два слитка адамантия, выкупленные мной у вольного торговца за партию глубоко модернизированных штурмовых дробовиков, произведённых лично. Наблюдая за машущими лопатами солдатами СПО, маскирующими рокритовый бункер под местность, мною дополнительно проводилась разведка местности с помощью нескольких сервочерепов. Использовать «Мародёр» для полётов в места возведения укреплении не представлялось возможным, частые полёты достаточно громоздкой машины мгновенно демаскировали позиции, поэтому отсутствие мощных авгуров самолёта приходилось компенсировать постоянной визуальной разведкой. Зато у меня появился личная «Химера», так как ездить со мной в одном десантном отделении никто из простых солдат не желал, даже зная моей «нормальности» по сравнению с другими техножрецами. Солдаты опасались огромного железного человека, который, по слухам, за недостаточно почтительное обращение к технике или неверную молитву духу оружия может и убить. От обычной «Химеры», моя не слишком отличалась внешне, но только на первый взгляд, ведь она была в полтора раза тяжелее, из-за усиленной брони, и в качестве основного калибра имела спаренную автопушку калибром 22 мм.
Когда до окончания работ оставалось несколько дней, с постов рейнджеров начали поступать тревожные сведения. В пяти точках были замечены крупные отряды противника, движущиеся в направлении крупнейшего поселения в северной части долины. Бросив все дела командир заставы, и один из моих многочисленных родственников, собрав воедино все доклады немедленно запросил подкрепления в точки предполагаемых боёв. Нужно также уточнить кто такие рейнджеры, ведь именно сейчас они будут своими диверсиями тормозить продвижение противника. Этот новый тип войск организовали примерно три года назад, когда стало понятно, что солдат СПО обучать нормально воевать в лесах не выйдет, слишком они привыкли к открытым боям с использованием бронетехники. Зато местные охотники, вызвавшиеся помочь в организации обороны родных посёлков, показали себя отлично, некоторые рейдовые группы пропадали в дремучих лесах бесследно, постепенно тая с каждым пройденным километром. Поэтому было принято решение, по изменению налогообложения приграничных долин, теперь вместо выплат сельскохозяйственными продуктами местные начинали поголовно проходить службу в СПО. Получив нормальное оружие и сшитое по их эскизам обмундирование, вместо дедовской винтовки и обычной одежды с кожаными нашивками, эти ребята превратились в лесных демонов. А дополнительно пройдя обучение минному делу и закончив курсы обращения с ранцевым вокс-передатчиком, от меня лично, стали уничтожать впятеро превосходящие отряды противников. Сейчас же ситуация складывалась иным образом, судя по докладам разведки, в долину вошли несколько отрядов общей численностью до двух тысяч человек. Такие крупные силы одними диверсиями было не уничтожить, поэтому из штаба пришёл приказ, заманить противника в заранее подготовленные позиции и уже там нанести максимальные потери, в случая поражения, отступить вглубь территории и ожидать подкрепление.
Погрузив на «Химеру» несколько сервиторов для земляных работ, я вместе с остальными силами выдвинулся на место предполагаемого боя. Весь путь занял сутки, и сразу по прибытию началась подготовка будущих позиций. Благодаря сервиторам траншеи и позиции техники были подготовлены в кратчайшие сроки. По данным от рейнджеров противник движется чётко к намеченной точке, одному из трёх бродов через горную реку пересекающую долину с севера на юг. За время, проведённое в ожидании врагов, успели подойти подкрепления из ближайших застав. Через два дня из подлеска на берег реки начали выходить первые противники, не имея нормальных средств наблюдения, они не заметили замаскированных позиций. А вот я смог неплохо их рассмотреть, несмотря на потрёпанный вид, сразу становилось понятно, что в этот раз к нам пожаловали не простые налётчики, а вполне себе солдаты СПО соседнего княжества. Их выдавала выправка и чёткое деление по отрядам, которые сейчас начали рассыпаться по берегу, организуя временную стоянку.
По плану открывать огонь стоило только тогда, когда большая часть сил противника уже переправится на наш берег, и не сможет оперативно отступить. Только через два часа противник начал переход брода, причём поступил по-умному, отправив сначала несколько разведывательных групп, оставив основные силы на месте. Это рушило весь первоначальный план боя, и доказывало, что у налётчиков есть неплохой командир. Оставалось только ждать и надеяться, что передовые разведчики не заметят замаскированные позиции, в противном случае нас ждёт многодневные поиски противника по лесам. Удача немного улыбнулась нам, и команду на пересечение брода разведчики дали, как только немного осмотрелись на берегу. Противник успел завести в воду почти половиной своих сил, когда раздался первый выстрел, слишком близко подобрался передовой дозор к траншеям, и у одного из солдат не выдержали нервы. Несколько секунду спустя поверхность реки вспенилась от количества пуль. Если пехотинцы в основном вели огонь по реке, то бронетехника вела обстрел противоположного берега. Спаренное орудие моей «Химеры» в первую очередь ударило по участку берега, где, по моим наблюдениям находился командир. Выпустив по намеченной цели порядка десяти снарядов, я начал обстреливать самые крупные скопления противника. Через десять минут всё было кончено, силы налётчиков были рассеяны, немногие выжившие сбежал