— Да, наверно. — Матушка Констанция задумалась. — И все же ты, возможно, оказала мне услугу, только не думай, что это оправдывает твое поведение с Шарлоттой. — Она снова вздохнула и продолжила: — Восстановление отношений начинается с исповеди, и говорить лучше всего с тем, кто тебя понимает. Шарлотте необходимо во всем признаться, но ты умудрилась подвести ее к краю пропасти, а она боится высоты.
— Но с другой стороны, матушка Констанция, — возразила Мейси и, помедлив, продолжила: — послушайте, я знаю, что давила на нее. Но троих женщин убили, и арестован невиновный. А Шарлотта…
— Знает правду.
— Да.
— Я посоветую ей поговорить с вами вновь, но не раньше чем она придет в себя. Мейси, пообещай мне, что в следующий раз ты не будешь столь же враждебна. Я крайне разочарована.
— Матушка Констанция, я буду вам безмерно благодарна, если вы уговорите мисс Уэйт вновь побеседовать со мной. Обещаю, что во время следующей встречи буду вести себя гораздо тактичнее. Но… время дорого.
Монахиня кивнула. Деревянная дверца за решеткой задвинулась, и Мейси собралась уходить.
В гостиную вошла послушница. Она принесла ее макинтош, шляпу и перчатки. Одевшись, Мейси вышла к машине. Когда двигатель, заикаясь, наконец завелся, она ударила рукой по рулю:
— Черт возьми!
Глава восемнадцатая
В пятницу утром, когда Билли пришел в контору, Мейси уже находилась на месте. Нужно было завершить несколько дел и обсудить двух возможных клиентов, приходивших во время ее отъезда.
— Билли, а ты работал сверхурочно.
— Нужно было чем-то отвлечься.
— Снова нога заболела?
— Постоянно ноет. Но я ничего, держусь, мисс. Больше не оступаюсь.
Под глазами Билли появились темные круги, почти такие же, как у нее самой. Скорее бы он поехал в Челстоун.
— Ты обдумал мое предложение?
— Ну, мы с Дорин поговорили. И нас беспокоит оплата.
— Гарантирую — платить не придется, Билли.
— Знаю, знаю, мисс. Но я чувствую себя таким… не знаю, как сказать…
— Беззащитным?
— Вроде того.
— Ничего удивительного, Билли. Трудно выразить словами, как много значит для меня твоя помощь. Если я не подыщу надежного человека, который станет сидеть с отцом и ухаживать за лошадьми, он просто весь изведется. И я знаю, что нога не дает тебе покоя, поэтому тяжелой работой займется один из работников фермы. Папа выздоравливает. Когда его выпишут, он уже сможет передвигаться в инвалидной коляске, и на первом этаже дома мы устроим ему постель. Тебе не придется таскать тяжести.
— И будем с ним как два старых калеки, да?
— Ой, перестань, вернешься как огурчик, вот увидишь. Я слышала, что друг Мориса, Гидеон Браун, удивительный человек, с больными просто творит чудеса. К тому же побудешь на природе, свежем воздухе…
— И подальше от искушения, а, мисс?
Мейси вздохнула:
— Да, Билли. И это тоже.
Помощник кивнул:
— Ну, тогда ладно. Еду. Но только когда закроем дело об исчезновении мисс Уэйт и убитых женщинах. Я не могу все бросить.
— Хорошо, Билли, — уступила Мейси. — Еще что-нибудь?
Он внимательно смотрел на нее.
— А можно Дорин и малышам приезжать ко мне?
— Ну конечно, можно. Это же не тюрьма. Между прочим, Дорин при желании могла бы получить работу у леди Роуэн.
— О, ей бы это понравилось.
— Да, леди Роуэн так занята лошадью и жеребенком, что совсем «отстала» — как она выражается — от подготовки к возвращению в Лондон. Она говорила, что хочет перешить несколько платьев, чтобы не покупать новые, и я рассказала ей о Дорин.
— Вам бы на бирже труда работать, мисс. У вас бы за час никаких очередей не стало.
Мейси рассмеялась.
— Ладно, давай приниматься за работу. Я хочу понять, как далеко мы продвинулись, учитывая все, что произошло в мое отсутствие. Нужно закончить к десяти. Продолжим днем, когда вернемся. Также необходимо поговорить с инспектором Стрэттоном.
— Узнать, не проболтался ли Фишер?
— Да, в каком-то смысле. Хотя, я думаю, кроме алкоголизма жены и своих карточных долгов, рассказывать ему нечего. Но благодаря ему газеты мгновенно раскупают.
— На него все словно набросились, мисс. Мне даже жаль его.
— И правильно. Держу пари, он невиновен.
Мейси намеренно не стала обсуждать с Билли новые подробности по делу Шарлотты. И хотя ей не терпелось взяться за составление карты дела, как художнику приступить к незаконченному холсту, она знала, как важно дать фактам, мыслям, наблюдениям и чувствам улечься в голове. За несколько часов, проведенных в дороге после встречи с дочерью Уэйта, Мейси пришла к выводу, что сейчас опасность угрожала только одному человеку — Шарлотте. В ее голове уже созревал план, успех которого зависел от девушки.
Точно в десять, едва Мейси и Билли собрались ехать на встречу с Джозефом Уэйтом, зазвонил телефон.
— Вечно звонят не вовремя, правда?
— И не говори.
Мейси сняла трубку и назвала номер.
— Могу я поговорить с мисс Мейси Доббс?
— Я слушаю.
— А, мисс Доббс. Я преподобный Снейт, из деревни Кэмден. У меня важное сообщение для вас от матушки Констанции из аббатства. Я был у нее сегодня, и она просила срочно передать вам сообщение.
— Какое сообщение, преподобный? — спросила Мейси, сжимаясь от страха. Заметив, что она побледнела, Билли подошел ближе к столу.
— Я прочитаю, чтобы ничего не упустить.
Мейси прикусила губу, слыша, как на другом конце провода зашелестела бумага. Священник откашлялся и стал читать:
— «Дорогая Мейси. Мисс Уэйт покинула Кэмденское аббатство. Вчера, сразу после разговора с тобой она удалилась в свою келью и вопреки распорядку не вышла ни к ужину, ни к вечерней молитве. Я распорядилась оставить ей поднос с трапезой, но утром его нашли нетронутым. Мы напрасно искали ее по всему аббатству. Боюсь, вчерашние печальные события легли тяжким бременем на ее душу. Поскольку мисс Уэйт не является членом общины, в полицию я не обращалась. Однако я беспокоюсь за ее благополучие. Приложи все усилия и найди ее, Мейси. Ты и сама знаешь, что теперь в ответе за ее безопасность. Мы будем молиться за тебя и мисс Уэйт».
— Господи, — промолвила Мейси, падая на стул.
— Все в точности.
— Благодарю вас, преподобный Снейт. Прошу вас, сожгите записку. И не будете ли вы так любезны передать матушке Констанции, что я свяжусь с ней, как только разыщу мисс Уэйт?
— Конечно. Всего доброго, мисс Доббс.
На линии раздался щелчок.
— Билли, она опять сбежала, — произнесла Мейси, все еще держа в руке трубку, словно ожидая вестей о Шарлотте.
— Что же мы скажем Уэйту?
— Ничего. Не хочу спугнуть его, пока все не выясним. Пока что будем вести себя так, как будто знаем, где она. Но нам нужно найти девушку, и чем скорее, тем лучше. Ладно, пошли. Поговорим в машине.
По дороге в Далидж они обменивались мнениями, а потом Мейси вдруг прервала разговор:
— Давай отложим пока это дело. Мы сейчас рассуждали так и этак, оставим немного места воображению.
— Ладно, мисс. Не будем гоняться за мыслями — пусть сами приходят.
— Именно, — сказала Мейси уверенно, но так и не сумела перебороть шевелившийся в животе страх. Куда же Шарлотта делась на этот раз?
Мейси вновь попросили поставить машину «капотом к воротам» особняка Уэйта, и снова после сердечного приема Гарриса покой нарушила мисс Артур, секретарь Джозефа Уэйта. Она явилась с зажатой в руках папкой.
— О, мисс Доббс, мисс Доббс, мисс Доббс. Я пыталась вам дозвониться, но было занято, а когда позвонила второй раз, никто не брал трубку. Простите, простите, простите. — Мисс Артур напоминала перепуганную, хлопающую крыльями несушку. Мейси подняла руку, словно собираясь пригладить ее растрепанные перья.
— Что случилось, мисс Артур?
— Дело в том, что мистер Уэйт… — Секретарь проводила Мейси и Билли в обшитый деревянными панелями кабинет, расположенный рядом с холлом. — Он, безусловно, шлет свои искренние извинения, но его внимания потребовали… безотлагательные дела.
Мейси заметила, что мисс Артур совсем не умела врать, и, нахмурившись, ответила:
— Понятно.
— Я пыталась связаться с вами, но, полагаю, к тому времени вы уже были в пути, — продолжала суетливая секретарша.
— Не волнуйтесь, мисс Артур. Конечно, мне нужно многое ему сообщить.
— Да-да, он этого ждал. И просил меня в случае необходимости немедленно оплатить любой счет, который вы сочтете нужным представить. За ваши услуги.
— Это очень щедро, — заметила Мейси, повернувшись к Билли. Он протянул ей коричневый конверт, который она передала мисс Артур.
— Мы могли бы назначить встречу на следующей неделе?
— Безусловно, мисс Доббс. — Мисс Артур торопливо обошла свой стол и, выдвинув ящик, достала чековую книжку. Мельком взглянув на счет, она принялась выписывать чек, продолжая разговор с Мейси:
— Между прочим, мистер Уэйт поручил передать вам, что обдумал прошлые беседы с вами и остался доволен ходом вашего расследования. Он надеется, в скором времени вы вернете мисс Уэйт домой.
— Внезапно изменились планы, мисс Артур?
Мейси заподозрила, что отец и дочь вдруг стали избегать ее. Случайно? Или намеренно?
Мисс Артур не ответила, заполняя чек своим мелким округлым почерком. Убрав его в конверт и передав Мейси, склонилась над бухгалтерской книгой, делая пометку. Потом секретарь потянулась к солидному настольному календарю:
— Сейчас посмотрим. Может быть, в среду? В полдень?
Мейси кивнула Билли, и тот записал время на карточке.
— Не будете ли вы так любезны передать мистеру Уэйту, что я надеюсь получить возможность организовать возвращение мисс Уэйт в ближайшее время?
— Понимаю, мисс Доббс. Мы все ждем ее с нетерпением.
— Да.
Мейси заглянула в глаза мисс Артур, которая как будто собиралась разложить на столе бумаги. Она всегда считала, что секретарь Уэйта, равно как и все остальные обитатели дома, думает о возвращении Шарлотты с ужасом. Что же она скрывает? Или Шарлотту уже привезли? Уэйт нашел ее и приволок домой? Но если так, зачем скрывать ее местонахождение?