Потрясенный Реми дернулся, оттолкнул от себя нахала, хотел возмутиться и вдруг вдохнул полной грудью. Теперь и он мог дышать под водой!
Мальчишка подмигнул и вновь потащил его на дно, в глубину, в темноту, в неизвестность…
Его силуэт уже почти затерялся в непроглядной тьме, но Реми не испытывал страха. Легкие расправились, наполнились воздухом, а ладонь держала чужая рука, твердая, надежная, сильная, внушающая доверие. Припев песенки звучал в ушах все громче, голос мальчика становился грубее, но почему-то только больше успокаивал. Вокруг уже так потемнело, что было непонятно, открыты глаза или закрыты. Реми сжал руку мальчика крепче и сказал:
– Хорошо, что ты со мной.
– Рад, что вы наконец оценили мое общество, – отозвался кто-то совсем рядом.
Реми вдруг с абсолютной уверенностью осознал, что глаза его закрыты. Он тут же распахнул их и обнаружил, что лежит в своей комнате, на своей кровати. Шерьер, склонившись к нему, держал его ладонь в своей, а на лице его блуждала загадочная улыбка.
Глава 9, в которой откровенность порождает откровенность
Реми встрепенулся и дернул к себе одеяло. Уснуть в присутствии злейшего врага, только этого не хватало. Реальность пугала, все выглядело каким-то неестественным. Зато сон, напротив, ощущался настоящим – до того четко он отпечатался в памяти. Реми прокрутил его в голове, чтобы не забыть: ему отчего-то казалось, что сон этот очень важен.
Прошло несколько секунд, прежде чем король понял, что все еще сжимает ладонь Микеля в своей. Он немедленно отшвырнул его руку и накрылся одеялом.
– Какого черта ты здесь забыл?
– Прошу простить меня, но вы захмелели, и я с позволения королевы отнес вас в вашу комнату. Когда я уже собирался уйти, вы вцепились в мою руку и не желали отпускать. Пришлось остаться.
Реми густо покраснел:
– Сколько я спал?
Микель улыбнулся:
– Сейчас примерно десять утра. Надеюсь, вы хорошо отдохнули? Недавно заходила Лиззи. Принесла вашу одежду, воду для умывания и завтрак, а также доложила, что Мальтруй уже в замке, развлекает вашу матушку.
Реми посмотрел на него с подозрением, что-то прикидывая в голове:
– Мы вроде договорились, что наедине общаемся без церемоний. Зачем опять выкаешь?
– Простите, исправлюсь.
Король устало потер лоб.
– И тем не менее то, что я позволил тебе обращаться ко мне так с глазу на глаз, не значит, что тебе можно нянчиться со мной, как с младенцем. Ты мне все еще не нравишься. – Немного помолчав и не дождавшись никакого комментария, он добавил: – Можешь быть свободен. И позови Лиззи.
Микель помрачнел – немного, но от короля это не укрылось.
– Зачем вам Лиззи? Я сам помогу вам и умыться, и одеться.
– Еще чего, – взвился Реми. – Ты не горничная. Займись лучше своим делом. Кроме того, мне надо перекинуться с ней парой слов.
– Вы знаете об этой девушке далеко не все. Если вы хотите что-то обсудить, поговорите лучше со мной. Ей нельзя доверять…
– А тебе, конечно, доверять можно, – усмехнулся монарх.
Микель уверенно кивнул.
На языке Реми вертелась сотня едких замечаний. Он мысленно перебрал все, что успел узнать о своем шерьере. Нет, язвить сейчас не стоило. Разумнее было бы воспользоваться ситуацией и выудить еще кое-какую информацию. Вопросов накопилось слишком много.
– Значит ли это, что я могу рассчитывать на некоторую откровенность с твоей стороны? – осторожно спросил Реми и, получив утвердительный хмык, продолжил: – В таком случае для начала скажи: твоя вчерашняя история – правда?
Микель опустил глаза:
– Ваша матушка чует ложь за версту, я бы не решился обмануть ее величество.
– Ладно. – Король помедлил, словно сомневаясь, и решительно сказал: – Почему ты перевернул мой портрет?
– Он мешал мне спать, – уклончиво ответил Микель.
– Но почему? – с нажимом произнес Реми.
Шерьер побледнел и выпалил:
– А давайте откровенность за откровенность? Я отвечаю на один ваш вопрос, вы – на один мой. Так будет честно!
– Это не я просил доверять мне, – сказал король. – Не хочешь говорить – не надо. Тогда просто позови Лиззи, мы с ней обсудим, как быть с тобой дальше.
– Так вы с ней обсуждаете меня? Славно. – Микель нахмурился. – Значит, без церемоний? Что ж, как будет угодно. Ты думаешь, что я из-за твоего портрета корчился от зависти. А хочешь знать правду? Этот портрет ужасен – вот в чем дело! Он так меня пугал, что я не мог уснуть от ужаса! Не веришь – повторю то же самое при королеве, глядя ей в глаза. Если я солгу, она сразу поймет. Ну что, теперь доволен? И да, благодарю, что приказал унести его из моей спальни!
Шерьер порывисто поднялся. Прошелся туда-сюда вдоль окон – шаги тяжелые, кулаки сжаты, глаза в пол. Реми слегка растерялся:
– Ладно, ладно, не злись. Так и быть, давай задавать друг другу вопросы по очереди. Что ты хочешь узнать?
Микель замер, словно боялся спугнуть удачу. Затем прислонился к стене, скрестил руки на груди и сказал:
– Раз так, я хочу посмотреть на все те вещи, что ты успел украсть…
– Я ничего не крал! – вскинулся Реми. – Только брал взаймы! Одалживал! – Его чувство вины как ветром сдуло. – Эти вещи я планирую когда-нибудь вернуть! Ну, большинство из них… Некоторые, кстати, я уже возвратил хозяевам. Всё! Давай поговорим о чем-нибудь другом. Неужели тот портрет и правда настолько ужасен?
Шерьер остался серьезен. Он подошел к сидящему на кровати юноше и схватил его за плечи:
– Ты не понимаешь! Это не шутки. Ведь те вещи… они очень опасны, даже если такими не кажутся. Их надо уничтожить!
– Какие именно? – нетерпеливо спросил Реми. Заметив, что Микель колеблется, он накрыл ладонью его руку и доверительно пояснил: – Скажи толком, и тогда я принесу их тебе. Обещаю. Если, конечно, они действительно у меня.
Микель не сразу решился, но наконец ответил:
– Я не знаю, как они выглядят. Но если увижу – сразу пойму.
Реми дружелюбно улыбнулся, постаравшись сделать так, чтобы улыбка не казалась слишком уж фальшивой:
– А эти вещи, случайно, не связаны с ключом на твоей шее?
Микель не мигая смотрел на него. Потом отошел к окну, отвернулся. Реми послушно ждал, но наконец не выдержал:
– То есть я пущу тебя в мою сокровищницу, а ты заберешь оттуда все, что тебе захочется? Под предлогом, что эти вещи опасны. И что потом? Удерешь из дворца вместе с ними?
– Но они и правда опасны! – воскликнул Микель.
– Еще и клевещешь на Лиззи! Что тебе сделала бедная невинная девушка? Да она стоит сотни таких, как ты!
Лицо шерьера исказилось от злости.
– Невинная? Ха! Ты ничего о ней не знаешь, а уже готов открыть ей все свои тайны. Может, еще женишься на ней, раз она вся такая из себя достойная?
– Может, и женюсь. Тебе-то какое дело до человека, чья внешность наводит на тебя ужас?
Микель замер, словно стряхивая с себя гнев, и с обычной насмешкой произнес:
– Надо же, как тебя это задело. Прекрасный, всеми любимый златовласый принц Реми Эльвуазо, столь рано занявший престол. Молодой король Этуайский, свет и краса нашей державы. Да, от скромности ты не страдаешь: даже мысли не допускаешь, что кому-то твоя внешность может быть неприятна. Хотя я и не утверждал…
– Убирайся.
– Что?
– Вон! – Реми швырнул в Микеля подушкой. Затем еще одной и еще. Следующим на очереди был канделябр.
Шерьер не стал испытывать судьбу и поспешно удалился. А что, это почти победа – так взбесить короля. Но вообще-то обидно, что Реми грубо выставил его из-за сущего пустяка. Да и своей цели он не добился – а все из-за вспыльчивого характера и желания задеть собеседника. Так что торжествовать не было причин. И как теперь вернуть расположение Реми? Попросить прощения?
– Болван! Идиот! Тупица! – обругал он себя и трижды, в такт словам, ударился лбом об стену.
Кто-то хихикнул. Он оглянулся – рядом стояла Лиззи со стопкой свежего белья в руках.
– Полагаю, ничего у тебя не вышло? – усмехнулась она.
– Я все сделаю! – огрызнулся Микель. – У меня почти получилось!
Служанка посмотрела на него без тени испуга:
– Очнись! Ты тут больше месяца и до сих пор ничего не нашел. Король тебя ненавидит. Он скорее расскажет все мне. Если, конечно, есть что рассказывать, а то я уже начинаю сомневаться. А теперь отойди и дай дорогу мастеру! – Она пребольно пнула его по коленке. Микель, прыгая на одной ноге, отскочил. Лиззи вошла в королевские покои и захлопнула дверь.
Все шло настолько не по плану, насколько только было возможно. Во-первых, девчонка следила за каждым его шагом. Во-вторых, месячные поиски ни к чему не привели и ни на шаг не приблизили его к цели. В-третьих, Реми оказался совершенно не таким, каким он его представлял, и это здорово выбивало из колеи. Хотелось уберечь этого мальчишку и все ему рассказать.
Микель закрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул. Ему определенно нужна была передышка. На одной из конных прогулок он заметил рядом с дворцовой стеной озерцо со скалистыми берегами, поросшими терновником и дикой воларьей. Любопытно посмотреть, что там на дне. Реми сегодня будет слушать байки Мальтруя. Так что ничего страшного не случится, если шерьер несколько часов отдохнет.
Тем временем король вышел в тронный зал. Придворные уже собрались там, чтобы послушать новые заморские сказки. Вместо Микеля у трона с непроницаемым лицом стоял его отец, Карл. Королева без остановки хохотала – Мальтруй в красках описывал ей какой-то эпизод из своего последнего путешествия. Увидев Реми, она радостно замахала рукой:
– Сынок, скорее иди сюда! Ты только послушай, что вчера случилось с верблюдом Мальтруя! Эта история точно поднимет тебе настроение!
Реми в этом сомневался. Конечно, Микель страшно его разозлил, и не в первый раз. Однако эта его твердая уверенность, что Лиззи доверять нельзя… Пока служанка помогала королю одеваться, они неспешно болтали. Вроде бы ни о чем. Вот только девушка исподволь, но настойчиво пыталась вывести разговор на тему потайных ходов в старых дворцах. Реми отшутился и рассказал одну из побасенок Мальтруя, но сам насторожился.