– Смотрится очень красиво. Отличная работа, Донован.
Он шлепнул ее по руке:
– Без тебя я бы не справился, Рэндел.
– Это точно, он, собака, такой тяжеленный.
Рей дернул ее за хвост.
– Из нас вышла отличная бригада.
– Хм…
Лорен издала это неразборчивое мычание только для того, чтобы не соглашаться с ним, хотя, если честно, они работали на удивление дружно и собрали столик очень быстро. И да, когда между ними возникла атмосфера открытости и товарищества, не стоит слишком поощрять его. Этот человек не признает никаких ограничений. Подставь ему палец, откусит всю руку.
Да и ей не следовало давать себе волю.
Лорен то и дело замечала, что заглядывается на его руки. Вспоминает, как они ласкали ее. Эти длинные сильные умелые пальцы, широкие ладони – все превращалось в орудия чувственной пытки, способной легко разжечь ее чувства. О да, Рей знал, как пользоваться своими руками.
– Мамо будет в восторге. – Лорен с трудом заставила себя вернуться к реальности.
– Думаю, да. Они скоро вернутся.
После ланча Элли утащила Мамо в парикмахерский салон. Большой праздник в местном собрании по случаю ее дня рождения начинался в шесть, и ради такого события все дамы прихорашивались.
Лорен с трудом сдерживала зевоту. К тому же начинали слипаться глаза. Должно быть, смена часовых поясов.
– Это займет еще как минимум час, – сказала она. – Может, принесешь нам пару банок содовой, пока я здесь прибираю?
– Есть идея лучше. Почему бы тебе не сесть, пока я все уберу и принесу содовую? Это самое малое, чем я могу отплатить тебе за помощь.
– Не откажусь.
Рей понес коробку к выходу. Лорен проверила сообщения на телефоне и улыбнулась, обнаружив от помощницы эсэмэску, подтверждавшую, что к сегодняшнему празднику все готово.
Свернувшись в углу дивана, она включила телевизор. В очередном реалити-шоу невесты пытались подобрать себе свадебное платье. Будучи тайным фанатом этого шоу, Лорен положила голову на сжатую в кулак руку и стала смотреть, как очередная невеста со своей матерью кудахчут над полупрозрачным корсетом. Она подавила зевоту.
Еще раньше Лорен сделала несколько распоряжений в связи с сегодняшним торжеством. Праздники – ее конек. Она просто не могла усидеть на месте, ничего не сделав для Мамо, поэтому, связавшись кое с кем из местных коллег, с которыми познакомилась на национальных конференциях, заказала дополнительные услуги. Думая об этом, она вспомнила, что должна посвятить в свой план Рея. Глаза закрывались. Лорен попыталась открыть их. Оставалось надеяться, что он не станет возражать против ее вмешательства. Это будет так весело.
Рей принес две банки содовой. Первое, что он заметил, – Лорен уснула. Понятно, сказывалась смена часовых поясов. Под влиянием чего-то более сильного, чем обещания, он поддался соблазну прикоснуться к ней. Заправив за ухо светлую прядь, погладил нежный овал лица, обвел большим пальцем изящную линию губ.
Такая сильная и такая нежная. У него свело живот от мысли, что ее могли касаться руки другого мужчины. Кто бы мог подумать, что Лорен способна подчиниться чужой воле. Особенно после того, как отбрила его.
Печальный опыт, безусловно, объяснял ее неистовую жажду независимости.
Рей сжал кулак, ему вдруг страшно захотелось врезать – желательно по роже – тому подонку. Жаль, что тот недосягаем. Рей медленно разжал пальцы. Лорен заслуживала нежности и понимания. Он никогда не смог бы причинить ей боль.
Положив руку ей на бедро, он уставился в телевизор и тут же нахмурился. Что за чушь она смотрит? Женщина в халате превозносила достоинства какого-то неизвестного мужика, а в это время продавщица пробиралась сквозь лес белых платьев. Похоже, какое-то шоу для невест.
Убил бы.
Он уже собрался переключить на другой канал. Картинка сменилась, и он увидел молодую темноволосую женщину с карими глазами и круглым лицом. Палец замер над пультом. На миг показалось, что перед ним Камилла. Рей моргнул, и сходство исчезло. Он потер рукой шею. Да, прошлое прочно засело в сознании. Неудивительно, что теперь, когда его занесло в те места, где все произошло, хотелось только одного: чтобы прошлое осталось в прошлом. Но, куда ни глянь, повсюду поджидают напоминания о самых мрачных моментах его жизни. Может быть, действительно рассказать Лорен? Нет. Он ценит, что она поделилась своим прошлым, но ответить взаимностью не может. Открыть ей свой позор все равно что вскрыть вены. Лучше оставить все как есть.
Рей снова принялся переключать каналы, пока не остановился на хоккейном матче. Облокотился на подушки, положив руку на бедро Лорен. Вот это похоже на то, что нужно. Час наедине со своей девушкой и банкой холодной содовой. Так он мог расслабиться.
– Дамы, вот мы и приехали. – Рей вышел из такси, открыл дверь для Мамо и Лорен и провел их внутрь, где все трое смогли раздеться. Элли и Кайла приехали раньше. – Хочу сказать, что очень рад сопровождать двух самых красивых женщин на этом празднике.
– Спасибо. – Обрадованная его комплиментом, Мамо засеменила вперед, поправляя шапку серебристо-серых кудрей. Она вся сияла в своем пурпурном платье и жакете. – Нежно-розовая пудра подчеркивала естественный тон ее щек. Она выглядела прекрасно, в полной боевой готовности к торжеству.
Рей нежно обнял ее за плечи.
– Веди себя прилично.
– А что в этом хорошего? Сегодня я намерена повеселиться от души.
– Мамо!
– Оставь бабушку в покое. – Лорен взяла его под руку. – Это ее праздник. Пусть веселится вволю.
– Спасибо, дорогая. – Взмахнув рукой с бриллиантовым кольцом, Мамо прошла в холл.
– «Повеселиться от души», – бормотал Рей. – Ей семьдесят шесть.
– Она очень живая женщина с огромной способностью любить. И я знаю, что есть по крайней мере один джентльмен, которого очень привлекает ее joie de vivre.
Рука Лорен скользнула вниз и всего на секунду коснулась его пальцев. Она вошла в зал следом за Мамо. Рей так отвлекся на ее прикосновение и роскошный вид в экстравагантном черном платье с открытыми плечами, что не сразу уловил смысл слов. Он не льстил, когда говорил, что пришел с двумя самыми красивыми женщинами. Если Мамо выглядела очень мило, то от Лорен просто дух захватывало. Потрясающая – единственное определение, которым можно ее описать.
Черное платье облегало мягкие линии ее фигуры, подол игриво подчеркивал шелковистую кожу ног, открывая их на три дюйма выше колена. Черный цвет резко контрастировал с кремовой кожей, создавая образ, полный нежности и силы. Свет отбрасывал блики на волосы, жидким золотом стекавшие по плечам. Дерзкий блеск красной помады притягивал взгляд к полным губам.
Рей смотрел на нее как завороженный. Только когда Лорен исчезла из вида, до него дошли ее слова.
Стоп. «Джентльмен интересуется Мамо»? Вот уж нет! Он бросился в зал и обнаружил Мамо и Лорен в окружении кучки молодых парней в смокингах. Господи! Казалось, будто он на кастинге ремейка фильма про Фреда Астера.
О черт, что это?
Протолкавшись мимо них к Лорен, Рей услышал, как представлялся высокий парень.
– А меня зовут Чад.
Квадратный подбородок, карие глаза и темные волосы. Рей окинул взглядом остальных четверых. Не такие уж молодые в ближайшем рассмотрении. Что, впрочем, еще хуже.
– Надеюсь, первый танец вы оставите за мной?
– О боже. – Мамо захихикала, когда мужчина поднес к губам ее руку. – Думаю, это вполне возможно.
Она хихикала. Как девчонка. И это его семидесятишестилетняя бабушка?
– Что здесь происходит? – Рей с трудом сдерживался, чтобы не повысить голос.
– Познакомьтесь, это мой внук Рей. – Мамо вся сияла, представляя его. – Рей, эти милые джентльмены пришли, чтобы потанцевать со мной.
– Простите?
– Ладно тебе, не будь брюзгой. Это Лорен все устроила. Я люблю танцевать, но женщин здесь гораздо больше, чем мужчин. А так у меня всегда будет партнер. – Воспользовавшись возможностью, она крепко обняла Лорен. – Я так благодарна вам, дорогая. Это самый лучший праздник в моей жизни.
– Я очень рада. – Лорен поцеловала ее в щеку. – Возможно, мне придется занять у вас кавалера, если Рей будет дуться.
– Я не обижусь. – Мамо сделала шаг назад и разгладила платье. – Мне надо найти Элли.
– Могу я проводить вас к столу? – Чад предложил ей руку.
– Можете. – Мамо снова захихикала и взяла его под руку.
Они двинулись к столу, остальные четверо растворились в толпе.
Рей скрестил руки на груди и, прищурив глаза, уставился на Лорен.
– Так это твоих рук дело?
– Это?
– Это ты устроила, чтобы мою бабушку тискали какие-то жиголо.
– Они не жиголо. Они танцоры. Я заметила, что среди подруг Мамо много одиноких, поэтому позвонила коллеге, у которой здесь своя танцевальная студия, и попросила прислать мужчин, способных исполнять роль партнеров для танцев.
Ладно, это очень любезно. Но ему все равно не нравилось.
– Не знал, что у тебя есть знакомые в Нью-Йорке.
– У меня знакомые по всему миру. Мы встречаемся на конференциях и профессиональных выставках. Людей, которые занимаются организацией праздничных мероприятий, не так уж много.
– Мне казалось, у вас фирма более высокого класса, чем у большинства ваших коллег.
– Нет, просто у нас элитная клиентура, в отличие от большинства.
– Я видел тебя в деле. Могу поспорить, ты привлекаешь элитных клиентов, потому что работаешь на порядок лучше других. – Он окинул взглядом комнату, украшенную яркими цветочными композициями и белыми шелковыми драпировками на стенах и потолке. – Я вижу, ты приложила руку не только к списку гостей.
– Мамо была так добра, распахнув передо мной двери своего дома. Они с Элли и Кайлой очень стараются, чтобы мне было удобно. Это самое меньшее, чем я могу им отплатить.
Рей долго смотрел на Лорен. Она не права. Она гостья, и от нее ничего не ждут. Даже подарка, тем более подарки вообще не обязательны. На самом деле она и есть своего рода подарок. Подарок бабушке от него.