Духовные качества добропорядочных мужей – это ветер, а подлых людей – трава. Когда над травой проносится ветер, она непременно склоняется под ним.
Итак, все это зависит от самого наследника.
Жань Ю возвратился и доложил об исполнении приказания.
Наследник воскликнул:
– Верно! В самом деле, это дело зависит от меня самого. Он пять месяцев провел в похоронном шатре из циновок и за это время не отдавал никаких распоряжений, никаких наказов.
Все чины и сородичи одобряли его и говорили, что он знает правила похоронного обряда. Когда наступил день погребения, со всех краев прибыли люди поглядеть на наследника. Соболезнующие возрадовались в сердце выражению печали на его лице, скорби в его беззвучном плаче и громких рыданиях.
5.3. Вэнь-гун, правитель владения Тэн, спросил Мэн-цзы, как устроить владение.
Мэн-цзы ответил:
«Народные дела нельзя откладывать. Об этом говорится в Стихах:
Днем в зарослях пырея время проводи,
А по ночам веревки вей.
Спеши скорей жилище возвести, –
Сначала все же поле хлебом засевай! (23)
Кто обладает постоянным имуществом, у того и сердце бывает постоянным, а кто не имеет постоянного имущества, у того нет и постоянного сердца, – в народе это принимается за путь истины. Если же не иметь постоянного сердца, то нет таких пороков, какие не совершались бы, а именно: распущенность, подлость, извращенность и мотовство. Когда народ погрязнет в преступлениях и тогда только преследовать и наказывать его – это значит ловить его в сети закона. Как может быть, чтобы народ ловили в сети, а тем временем на троне находился бы человек, который позволил бы это делать и еще относился бы к людям с нелицеприятностью?
Вот почему мудрый государь обязательно должен быть почтительным и бережливым, должен относиться к низшим с учтивостью. Взимать у народа подати по установленному правилу.
Даже Ян Ху говорил:
„Кто живет ради богатства, тот не бывает нелицеприятным к людям, а кто живет ради нелицеприятности к людям, не бывает богатым".
При древнем роде Ся-Хоу, как 50[30], так взимали „гун"[31]; при иньцах – как 70, так взимали „чжу"[32] , а у чжоуских людей как 100 „му", так [только] „чэ" (см. ниже. – В. К.). В действительности же со всех взимали и взимают по одной десятой от валового сбора урожая. „Чэ" значит „отмена"[33] , а „чжу" – „подмога".
Древний мудрец Лун-цзы говорил:
„Нет лучшего способа управлять землей, чем взимать «чжу». Нет худшего способа управлять землей, чем взимать «гун»".
„Гун" – это когда проверяют средний урожай за несколько лет и полученное количество принимают за постоянную величину. В счастливые годы, когда зерна столько, что часть его остается неубранной и делается, как говорится, „добычей волков", брали бы больше подати, и это не считали жестокостью, а по правилам берут с народа мало, зато в лихие годы, когда не хватает зерна даже на обсеменение полей, по правилам обязательно взимают у народа подать в полной мере.
О правители, являющиеся родителями для народа! Как могут они считаться его родителями, когда доводят народ до того, что он бросает на них злобные взгляды; когда народ усердно трудится весь год, а не получает возможности содержать ни своего отца, ни своей матери; когда народу приходится по весу одалживать хлеб и возвращать с лихвой и этим доводить себя до того, что старые и малые сваливаются от голода в канавы и пропасти и гибнут там.
Между тем выдача потомственного жалованья чинам во владении Тэн строго исполняется.
В Стихах говорится:
Полей, дождичек, на наше поле общественное,
Прольешься тогда и на частном моем участке (24).
Но ведь только при „чжу" имелась возможность располагать общественными полями. Судя по этому стиху, хотя и установилась уже Чжоуская династия, „чжу" тоже еще было.
Для народа учреждайте школы „сян", „сюй", „сюэ" и „сяо для обучения его. В школах „сян" воспитывайте малолетних, приучая их к правилам приличия, в школах „сяо" обучайте грамоте, а в школах „сюй" учите стрельбе.
При династии Ся школы назывались „сяо", при династии Инь – „сюй", а при династии Чжоу – „сян". „Сюэ" – общий предмет изучения при этих трех династиях, посредством которого уяснялись должные взаимоотношения между людьми.
Когда в верхах понимают должные взаимоотношения между людьми, тогда пробуждаются родственные чувства у простого народа к низам.
Когда в Поднебесной появится настоящий ван, он непременно прибудет к вам заимствовать ваши способы управления, и это будет означать, что вы станете его наставником.
В Стихах говорится:
Чжоу хоть и древнее царство,
Судьбы его все обновляются... (25)
Это было сказано про правителя Вэнь-вана. Вот и вы постарайтесь провести все это, что было сказано, и этим самым будет обновляться и ваше владение также».
Правитель владения Тэн послал своего сановника Би Чжаня спросить у Мэн-цзы о «колодезных» полях.
Мэн-цзы сказал:
«Твой государь собирается ввести управление на основе беспристрастия к людям. Он отобрал из числа своих сановников тебя и послал ко мне. Ты уж обязательно постарайся справиться с поручением.
Итак, управление на основе нелицеприятности к людям обязательно начинается с упорядочения земельных меж. Если упорядочение земельных меж ведется неправильно, тогда и „колодезные" поля получаются неодинаковыми, жалованье чинам будет выдаваться не поровну.
Вот почему жестокие правители и нечистые на руку чиновники во всех случаях нерадивы к упорядочению земельных меж.
Если же упорядочение земельных меж произведено правильно, тогда можно, сидя у себя дома, устанавливать раздел полей и назначать жалованья.
Ведь во владении Тэн пахотные земли представляют собой узкие полоски. Должно быть, среди них есть предназначенные для добропорядочных мужей, есть и для невежественных дикарей. Без добропорядочных мужей некому управлять дикарями, а без дикарей некому кормить, содержать добропорядочных мужей. Пожалуйста, сделайте так, чтобы дикари отдавали одну девятую из своего урожая и ввели у себя подать „чжу". Все остальные пусть сами платят подати внутри владения в размере одной десятой дохода. Пусть у сановников ниже ранга верховных вельмож „цин" обязательно будут поля клиньями (подобно начертанию иероглифа – скипетр. – В. К.). Эти поля должны быть по пятьдесят му. Остаточные земли распределите по двадцать пять му на чиновника[34]. Эти земли не отчуждать ни в случае смерти, ни в случае перемещения в другую округу. Окружные поля обрабатывать всем сообща. При выходе из округи или при вступлении в нее всем относиться друг к другу по-дружески, помогать друг другу в наблюдении за посевами и в охране их. При болезнях поддерживать друг друга, тогда в ста семействах, составляющих весь наш народ, установится родственная любовь.
Отмерьте землю по всем четырем сторонам в одно ли и разделите ее на равные участки, подобно начертанию иероглифа „колодец". У вас получится девятьсот му на весь такой „колодец". Средний участок путь будет общим полем, а остальные участки по сто му раздайте восьми семьям в личное пользование. Сперва все сообща должны будут ухаживать за общим полем и только по окончании общих работ могут позволить себе заниматься работами на личных участках. Вот этим-то они и будут отличаться от дикарей.
Таково в общих чертах землеустройство, а если желательно развивать его, то это будет зависеть от твоего государя и от тебя».
5.4. Был некий Сюй Син, выступавший с речами в пользу правления Шэнь-Нуна. Как-то раз он прибыл во владение Тэн из владения Чу, направился во дворец правителя Вэнь-гуна и сказал ему:
– Я из далекой страны. Прослышав о том, что вы, государь, осуществляете беспристрастность в делах управления, хочу сделаться вашим подданным, получив у вас постоянное место в торговых рядах.
Вэнь-гун отвел ему место. И вот несколько десятков его учеников, одетые в одежды из грубой шерсти, занялись починкой обуви и плетением циновок для снискания себе пропитания.
Один из учеников Чэнь Ляна, по имени Чэнь Сян, со своим младшим братом Чэнь Синем прибыли во владение Тэн из владения Сун, притащив на плечах плуги и бороны. Они сказали правителю:
– Мы слышали, государь, что вы проводите управление, которое когда-то было предложено премудрыми людьми. Значит, и вы сами тоже являетесь премудрым. Мы хотим быть подданными премудрого.
Чэнь Сян, встретившись с Сюй Сином, очень обрадовался, забросил прежнее учение и стал учиться у него.
Как-то раз Чэнь Сян при встрече с Мэн-цзы, пересказывая ему речи Сюй Сина, спросил:
– Как же получается, что правитель владения Тэн добрый, когда ныне у него имеются свои житницы, амбары, склады и сараи, стало быть, для того, чтобы одному кормиться всем этим, угнетая свой народ? Между тем Сюй Син утверждает, что правитель владения Тэн действительно добрый государь, хотя еще и не наслышан о пути к истине, согласно которому тот, кто добрый, «пашет вместе с народом и этим кормится, сам готовит себе утреннюю и вечернюю еду и в то же время правит народом».
Тогда Мэн-цзы спросил его:
– Учитель Сюй Син, безусловно, сам сеет хлеба, а потом питается ими, не так ли?
Тот ответил:
– Верно! Мэн-цзы спросил:
– Учитель Сюй, безусловно, сам ткет шелковые ткани, а потом одевается в них, не так ли?
Тот ответил:
– Нет! Учитель Сюй одевается в одежды из грубой шерсти. Мэн-цзы спросил:
– Носит ли учитель Сюй головной убор? Тот ответил:
– Носит. Мэн-цзы спросил:
– Что за головной убор?