Вот оно - место простого человека в мировой истории!
Ну, ладно, сам Иван Афанасьевич - человек-глыба. Допустим, полковник Харитонов - тоже чин немалый. Но чтоб простой бандит Андрей Таганцев кроил судьбу страны?!
Хотя, чем очевиднее бред, тем скорее люди верят в него. А бунтарей в России пруд пруди. Дай только волю.
У Таганцева братки, перед тем как определить его в холодильник, забрали оружие, наручные часы и мобильный телефон. Спасибо, что включать систему охлаждения не стали и свет оставили зажженным.
Сначала Андрей пытался определять время своего заточения, но очень скоро сбился. Вообще, казалось, что просидел он в оцинкованном контейнере целую вечность. Но наконец тяжелая дверь открылась. На пороге стоял сам Соболь.
- Выходи, братан, - сказал бригадир вполне миролюбиво. - Базар есть.
Вместе они прошли в обеденный зал пустого ресторана и расположились за накрытым столом.
Таганке вернули изъятые вещи, за исключением оружия. Надевая часы, он понял, что просидел в холодильнике всю ночь и весь следующий день. Стрелки показывали девять. За окнами ресторана плыли вечерние сумерки.
Андрей заметил, что здесь, в зале, были уже и Шуруп с Дупелем. Они стояли чуть в стороне, переминаясь с ноги на ногу.
- Подгребай сюда, братва, - обратился к ним Игорь Соболев. - Рассказывайте, что там да как.
Пацаны, перебивая друг друга, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями, принялись уже во второй раз излагать суть приключившегося с ними в минувшую ночь. В цветах и красках расписывали то, как приехали они к Насте, как попали в засаду, как в Настиной квартире производился обыск.
- Выходит, я зря на тебя грешил, кореш, - Соболь похлопал Таганку по плечу. - Прости, "непонятка" вышла. Ты, вообще, в курсе был, что подругу твою мусора "пасли"?
- Откуда?! - воскликнул Таганцев.
- От верблюда. Внимательнее нужно быть. Ходишь по городу - оглядывайся. Работа у нас нервная, осторожность не повредит. Получается, менты следили и за тобой, и за твоей Настей.
- А за ней-то с какого куста?
Андрей больше всего боялся сейчас за любимую. До сих пор ее судьба оставалась не известной ему, а задавать на этот счет вопросы он не решался.
- Пацаны! - Соболь повернулся к Шурупу и Дупелю. - Какую вы там фотку на хате у Насти видали?
- Да этого, Рыбина! - ответил Дупель.
- Захара?! - искренне удивился Андрей. - Каким образом?!
Действительно, Таганка и предположить не мог, что фотокарточка Захара Матвеевича, крупного государственного чиновника и партнера Соболя по бизнесу, окажется в Настином доме.
- Откуда? В этом мы еще разберемся, - загадочно ответил бригадир. - Одно ясно: Дупеля и Шурупа "замели" в квартире твоей подруги. Там же менты проводили обыск. С чего бы вдруг? Загадка. Да, кстати, мусора изъяли на той хате дипломат с деньгами. Не тот случайно, который я тебе давал?
- Наверное, тот, - растерянно ответил Таганцев.
- Считай, плакали твои денежки. Не вернут они. Но и состава преступления в этом нет, как понимаешь. Так что бояться тебе пока нечего.
- А Настя?! - вырвалось у Андрея.
- Ее как забрали из квартиры вместе с пацанами, так и выпустили потом из ментовки, почти одновременно. Скажу прямо: молодец девка. Ни слова о тебе. Ни кто ты, ни откуда…
- Да она и не знала ничего, - сказал Таганцев.
- Ясный перец! - вклинился в разговор нетерпеливый Шуруп. - Легавые на понт брали! Предъявить-то им нечего! Потому и отпустили днем!
Соболь выразительно посмотрел на братка, и тот, запнувшись на слове, умолк.
Не далее как вчера бригадир наказывал словоохотливого пацана. Так нет ведь, опять заговорил, когда не спрашивают!
- Давай, знаешь что, - предложил Соболь Андрею, - поедем к Насте твоей вместе. Ну, успокоим после тревожной ночи, поговорим по душам…
И вновь Таганцев напрягся. Видать, не окончен еще серьезный разговор, продолжает бригадир копать под него. А вдруг докопается? И откуда фотка Рыбина очутилась в Настиной квартире?
- А что там за фотокарточка, все-таки? Какая связь между Рыбиным и Настей? - не сдержавшись, спросил Андрей у Соболя, когда они уже ехали в "мерседесе" Игоря.
- Экий ты горячий! - осклабился бригадир. - Не спеши, узнаешь. Вместе узнаем, - уточнил он фразу, глубоко о чем-то задумавшись.
Многовато загадок в одни сутки накопилось.
…Настя открыла на звонок входную дверь и, как только увидала на пороге Таганцева, сразу же бросилась к нему.
- Андрюша! Это ужас! Тут такое было после твоего отъезда ночью! Какие-то деньги дома нашли! Меня в тюрьму посадили!
- Познакомься, - сказал Андрей, слегка отстраняясь. - Это Игорь.
Из-за спины Таганцева вышел Соболь. На его губах блуждала хищническая улыбка. Ничего хорошего от этого ждать было нельзя.
- Прокатиться бы надо, барышня…
- Постой, Соболь, куда прокатиться?! - вопросом возразил Андрей. - Мы так не договаривались!
- Мы с тобой вообще ни о чем не договаривались, - продолжая ухмыляться, проговорил бригадир.
- Андрюша, кто это? - испугалась Настя пуще прежнего. - Я никуда не поеду!
Боже! Как беззащитна она была в эту минуту! Хрупкая, измученная тревогой и навалившимися страхами!
- Соболь! - решительно произнес Таганцев. Он хотел, видимо, сказать что-то еще, но бригадир недвусмысленно сунул правую руку за полу своей куртки, туда, где обычно носил двадцатисемизарядный австрийский пистолет "глок".
- Некогда болтать! - сказал, как отрезал, Соболев и посмотрел на Настю. - Живо собирайся!
Теперь уже Таганцев не сомневался: их с Настей вывезут за город и убьют.
Сопротивляться не имело никакого смысла. Сверху и снизу по лестнице рассредоточились вооруженные братки из личной охраны бригадира. Эдик Скрипач - бывший спецназовец и нынешний начальник бригадной службы безопасности - вообще стоял в двух шагах. С этим шутки плохи, голову на раз откручивает.
"Вот и жизнь тебе в раю", - подумалось Андрею. Как-то очень уж тоскливо подумалось.
"Мерседес" Игоря Соболева, едва не увязнув в московских дорожных "пробках", миновал городскую черту и резво помчался в направлении Ново-Рижской трассы.
Андрей сидел справа от шофера. Настя - сзади. Рядом с ней развалился Скрипач.
Бригадир всю дорогу угрюмо молчал.
Позади "мерседеса", как привязанный, держался суровый внедорожник "Шевроле Трэйл Блазер", напичканный братками из охраны Соболя.
Московия привычно погружалась в ночь, когда с Ново-Рижского шоссе машины свернули влево, покатили по лесной дороге. В движениях Игоря Соболева появилась нервозность. Он даже выругался, попав несколько раз колесами в выбоины дороги.
Эдик Скрипач так же не мог скрыть своего волнения. Краем глаза Таганцев даже в сумерках видел, что Скрипников то и дело ерзал на диване, глаза его бегали из стороны в сторону, а клапан плечевой кобуры, выглядывающей из-под куртки, был расстегнут. В таком положении Эдику хватит десятой доли секунды, чтобы выхватить пистолет.
Таганцев обернулся. Настя была ни жива ни мертва. На глаза ее навернулись слезы, а губы мелко дрожали. Значит, она тоже чувствовала неладное.
"Шевроле" танком двигался следом, как бы навязывая, вдалбливая своей мощью мысль о том, что назад дороги нет, пути отступления перекрыты.
Андрей оценивал обстановку. Торчащая из-под куртки Скрипача рукоять пистолета в расстегнутой кобуре обращала на себя внимание. Можно было попытаться завладеть оружием Эдика. Вот только время надо выбрать подходящее, когда "мерседес" начнет прыгать на ухабах.
А будут ли эти ухабы вообще? Дорога, наоборот, стала ровнее. Нет, ждать было недопустимо. Так можно навеки остаться лежать где-нибудь неподалеку от этой лесной дорожки. Таганка вдохнул полной грудью, приготовился к броску на Скрипача…
И тут "мерседес" неожиданно выскочил из леса на прямую, как стрела, бетонку, ведущую к кирпичным особнякам элитного поселка. По обе стороны от бетонки высились столбы освещения с включенными фонарями.
Стоп! Куда это их привезли? Вряд ли Соболь притащил Настю и Андрея в эту роскошную новорусскую гавань, чтобы пристрелить на глазах блаженствующих после дневных трудов олигархов и политиков.
Летняя пора теплая, и народ повыползал из домов в уютные беседки, расселся у мангалов с дымящимися шашлыками, попивал на открытых террасах холодное пивко. В добром соседстве здесь жили прокуроры и воры-законники, представители противоборствующих на людях политических партий, пекущихся о благе простого народа, и нефтяные магнаты.
Впрочем, появление на улочках поселка "навороченного" "мерседеса" и не менее "крутого" "шевроле" никого нисколько не удивило - обитатели особняков имели тачки куда как более "кучерявые". Так что все нормально. Никого ведь в городе не шокирует, если мимо проедет, предположим, трамвай!
Соболь уверенно подрулил к одному из трехэтажных особняков, окруженному высоким глухим забором.
- Приехали, - сказал Игорь.
Когда Настя вышла из машины, Соболь слегка подтолкнул ее вперед, к калитке рядом с воротами.
Девушка нажала кнопку звонка, и, когда калитка открылась, к приехавшим вышел… Захар Матвеевич Рыбин собственной персоной.
- Настюша! Доченька! - воскликнул он. - Какими судьбами? На ночь глядя! Что случилось?
Но, увидев спутников девушки, немного растерялся.
- Игорь? Андрей? Вы? Но… каким образом? - он нелепо переводил взгляд с одного на другого, не в силах проанализировать сложившуюся ситуацию. - Настя, вы знакомы?
- Знакомы, знакомы, Захар Матвеевич, - ответил за нее Соболь, выступая вперед. - Может, в дом пригласите?
Глава 9
Пуле-дуре все равно
Мы все приходим в этот мир нагие.
И я себя похоронил давно.
А в гроб по блату улеглись другие.
Выходит, пуле-дуре все равно?
- Невероятно! Это просто невероятно! - Захар Матвеевич Рыбин взволнованно расхаживал по просторной гостиной. - Настя и Андрюша дружат! Как это неожиданно! Мир тесен… Мир тесен… В большом городе, среди миллионов людей встречаются двое…