«Значит, его смерть тебе здорово подыграла, а?»
— Пожалуй. Но отношения к ней я, как ни странно, не имею. Иногда мне не хватает Велрода, его звериного чутья, его опыта, его выдержки, но… В то же время я рад, что все закончилось именно так. Возможно, для самого Велрода это был лучший выход.
«Я снижу эффект той дряни, что ты съел, иначе всю ночь ты проваляешься тут, забывшись в воспоминаниях».
— Я думал, сейчас утро.
«Это вечер, Маадэр. Ты проспал целый день».
— Нда… — протянул он, — Хорошо меня вырубило.
События вчерашнего дня он помнил. Коллекционеры, три мертвеца в машине, ледяной дождь… Он добрался до какой-то дешевой гостиницы на другом конце города, снял номер, купил с рук немного эфедрина, покормил Вурма и себя самого…
— Нам нужно оружие, — сказал он вслух, — У меня в барабане два патрона с прошлой ночи. Надо раздобыть хоть что-то на первое время.
«У тебя не так много денег чтобы найти оружие. Про время я и не говорю».
— Верно, — признал Маадэр с сожалением, — Но новый чистый ствол мне и не нужен. Главное — чтоб он не развалился после первого же выстрела. Только вот незадача — идти к известным в Девятом ребятам, торгующим такими штуками, у меня желания нет. Там меня вполне могут ждать господа из «РосХима».
«Ты параноик, я говорил тебе об этом?»
— Если ловишь мерценария, который употребляет наркотики и часто влипает в нехорошие истории — ищи его там, где продают наркотики и еще те свинцовые штучки, которые нужды, когда влипаешь в нехорошую историю… Тогда я побуду параноиком. Параноики дольше живут, знаешь ли. На счет подходящего ствола можно будет узнать у Боберга, старик много лет не занимается таким товаром, но, зная нашего скрягу… Конечно, есть еще старик Уэббли, но его я оставлю на крайний случай, в последний раз мы с ним расстались в прохладных чувствах.
Маадэр одел плащ, положил в карман контейнер с эфедрином и вышел из номера. Сейчас он ощущал только легкое головокружение и несколько неприятные ощущения в левом боку, там красовался умеренных размеров кровоподтек, оставленный ему коллекционером. Эфедриновое возбуждение зудело в его жилах, покалывало нёбо, копошилось в груди. Но это было не только наркотическим пост-эффектом.
Ощущение охоты, которого он так долго был лишен.
Вкус чужой крови во рту.
Сладкий запах воспоминаний.
9
В Девятом у гостиниц не было звезд. Отчасти потому, что земные традиции укоренялись на Юпитере и в его окрестностях долго и неохотно. Отчасти — потому, что здешние жители самостоятельно могли составить рейтинг. Если ты платишь за номер двадцать рублей — ты получаешь комнату, кровать, войс-аппарат и, за дополнительную плату, какой-нибудь дряни или девочку в номер. Если ты платишь десятку — ты получаешь кровать. Все остальные услуги клиент обеспечивает себе самостоятельно. Маадэр знал это, и даже находил весьма удобным. В прошлом ему не раз приходилось снимать комнаты в подобных местах.
В холле обнаружился исправный войс-аппарат. Маадэр снял трубку и, помедлив, набрал номер Боберга. Он терпеть не мог пользоваться подобными средствами связи, но принятый эфедрин давал возможность по крайней мере не беспокоиться о неприятных ощущениях.
Трубку сняли на шестом гудке.
— Куница, — сказал Маадэр негромко, — Что для меня?
На другом конце невидимого провода Боберг рассмеялся. Судя по всему, он был в хорошем расположении духа и поспешность Маадэра его развеселила.
— К чему спешка, Куница? Не прошло и суток. Только не говори, что ты принял дозу этой своей дряни и теперь без нее не можешь?
— Мало времени на болтовню. Ты нашел «Сирень»?
Боберг некоторое время молчал, точно специально испытывая его терпение. Он мог себе это позволить — и знал это.
— Я нашел твой цветок, Куница.
Маадэр глубоко вздохнул. Удовлетворение? Нет, он чувствовал что-то другое. Разочарование? Возможно. Разочарование от охоты, которая слишком быстро подошла к концу.
— Это точно она?
— Я видел маркировку, так что можешь не волноваться, не подделка. Старого образца, довоенный продукт… Тогда умели делать хорошую дрянь.
— Кто ее продает?
— Не спеши, Куница! — опять смех, — У тебя свои клиенты, а у меня свои. Но мои не любят внимания, как ты знаешь. Я сказал тебе, «Сирень» всплыла. Сперва все было глухо, я даже подумал, что это была какая-то шутка с твоей стороны… Ты человек веселый, мог пошутить, а я старик и искать на улицах твою…
— Пожалуй, я приберегу жалость для того, кто в ней нуждается. К делу.
— В общем, когда я уже решил, что дело гиблое и про твою «Сирень» не знает ни одна живая душа на Пасифе, на меня вышел человек.
— Человек?
— Я не называю клиентов, помнишь?
— Готов поспорить, ты видел его впервые в жизни… — пробормотал Маадэр.
— Какая разница? Когда он узнал, что меня интересует его товар, а точнее не меня, а моего близкого товарища и старого друга…
— Думаю, ты сказал что-то вроде «у меня есть под рукой один идиот, который хорошо заплатит за твое зелье».
Боберг рассмеялся. Смех у него был как у обычного человека, искренний и громкий. Боберг умел получать удовольствие от жизни — всеми способами, которые она могла предоставить к его услугам.
— Ты хорошо меня знаешь, Куница… Ну да дело не в этом. Этот человек готов встретиться с тобой и продать твоей проклятой рассады.
— Сколько доз? — быстро спросил Маадэр.
— Он не уточнял. Но больше двадцати.
— Прекрасно. Это действительно прекрасно. Но почему он не решил провести сделку через тебя? Это сэкономило бы ему время, да и позволило бы не задумываться о безопасности. А ты, старый паук, смог бы заработать на этом пару процентов, так ведь?
— Ты несправедлив ко мне, Маадэр. Я предлагал ему это. Но он сказал, что встретится только с покупателем лично. Я не стал настаивать. Его правила. Я много лет веду дела и, сам понимаешь…
— Ты с готовностью обманул бы собственного внука, если бы не был слишком жаден для того чтоб завести хотя бы жену. Скажи мне имя, время и место.
— Ты всегда был слишком суетлив, — заметил Боберг, ничуть не обидевшись, — Но я тебя понимаю. Было время — и я сбивал ноги в кровь, бегая по улицам за какой-нибудь невзрачной склянкой. А теперь у меня есть дом и обеспеченная старость, по крайней мере за свою жизнь я могу не волноваться… Имя тебе ни к чему, я и сам его не знаю. Но он будет ждать тебя в половину одиннадцатого в Девятом.
— Адрес?
— Бывший склад компании «Бон-ва-Дэм». Это где-то на юго-востоке. Думаю, ты найдешь.
— Я найду.
— Тогда удачи.
— Доброй ночи, Исаак.
— И Маадэр… — благодушный голос Боберга на мгновенье стал ниже тоном, отвердел, — Я надеюсь на твою добрую память.
— А я помню о своем обещании. Ты получишь свою дозу на пробу этой же ночью.
— Хорошо. Надеюсь, тебе повезет.
Боберг отключил свой аппарат, еще секунду Маадэр слышал в трубке лишь неровные щелчки помех, потом и сам повесил трубку.
— Странные дела, — сказал он тихо, себе под нос, — Если даже хитрый старикан вроде Боберга не сумел поживиться, это о чем-то говорит.
«Боберг тоже не всесилен».
— Он достаточно опытен, чтобы получить все то, что пожелает. Он берет тот товар, который ему нравится, и платит столько, сколько сочтет нужным. Если его, как и меня, заинтересовала «Сирень», но он был вынужден принять все условия нашего таинственного продавца, тот, видно, знает себе цену. Себе и «Сирени».
«Но это может быть и обманом. Допустим, если Боберг поднимает на уши весь черный рынок дряни на Пасифе в поисках какого-то загадочного стимулятора, может найтись человек, который этим воспользуется. И вместо смертельного зелья ты получишь какой-нибудь био-софт класса „Е“, лечащий пневмонию у младенцев».
— Конечно, когда ты покупаешь био-софт, никогда нет гарантии, что ты берешь именно то, что хочешь. Но врядли кто-то в здравом уме захочет играть в такие игры с Бобергом.
Маадэр взглянул на часы в холле. У него было два часа. Склад «Бон-ва-Дэм» располагался достаточно далеко, чтобы это время не показалось ему излишним. Он вышел на улицу.
Дождя не было, что он счел хорошим знаком, однако в этот раз промозглый вечер Девятого принес с собой туман. Туман на Пасифе не был тем проявлением погоды, которое ждали с нетерпением. В нем, как и в дожде, сосредотачивалось слишком много того, что считалось для человеческого организма если не смертельно опасным, то, по крайней мере, биологически вредным. Маадэр с удовольствием закурил сигарету и несколько минут стоял на крыльце, наблюдая за тем, как темный камень поглощает белесая, едва прозрачная пелена, опускающаяся, казалось, с самых звезд. Точно какие-то невидимые силы заворачивали весь город в слой плотного полиэтилена.
«Как бракованный товар, — подумал Маадэр, — Который затем отправят на склад или в переработку. И верно, у этого города давным-давно вышел срок годности…»
«Да только он протянет побольше тебя, — подал голос Вурм, — Признайся, тебе и самому кажется, что в ближайшее время может приключиться какая-нибудь пакость».
«Мне это кажется с того самого дня, как я увидел в иллюминаторе Пасифе… И, надо сказать, это чувство не прошло и до сих пор. В таком деле пакость является непременным условием, надо лишь вовремя сообразить, с какого направления ее ждать».
«Безлюдный склад в самом дальнем уголке Девятого. Совсем не то место, где принято назначать деловые встречи».
«У торговцев нелегальным био-софтом с черного рынка есть свои представления о ведении дел».
«И убийство покупателя, при котором должна быть немалая сумма, вполне в эти представления вписывается, как ты знаешь. Это может быть ловушкой».
«Разумеется».
«Ты не знаешь, сколько их будет. Возможно, их там не один или два, а пятеро или даже целая дюжина. А у тебя два патрона в барабане — и больше ни оружия, ни планов. Ты считаешь, что хорошо подготовлен?»
«Ситуация и так складывается не в мою пользу, Вурм. Я на чужой территории и изначально в невыгодном положении. Если они захотят вместо био-софта предложить мне несколько грамм свинца и обшарить мои карманы, им не понадобится дюжина головорезов, хватит и одного с винтовкой… Я не собираюсь устраивать перестрелку, поэтому количество патронов не играет никакой роли. Если я у