Сейчас я спешу на место, где двое моих товарищей из «команды пенсионеров» собираются начать совместный обыск. Гаража человека, которого мы давно подозреваем в похищении и убийстве Биргит Майер, сестры нашего друга Вольфганга Зилаффа. Несколько часов спустя, когда я собрал последние кусочки, необходимые для разгадки головоломки почти 30-летней давности, у нас имеется доказательство. Убийца закопал останки своей жертвы там, где их никто не должен был найти. Забетонировал глубоко под гаражом своего дома.
«Все члены семьи много лет страдали, потому что не могли выяснить, где моя сестра. Мы не могли ничего с этим поделать, – впоследствии рассказывал Вольфганг Зилафф в интервью. – Мы даже не могли ее оплакать, ведь могилы не было. Теперь настал момент, когда можно начать скорбеть».
Почти полжизни прошло между 29 сентября 2017 года, когда мы обнаружили тело Биргит Майер, и днем, когда она бесследно исчезла. Большую часть времени я был кем-то вроде компаньона семьи пропавшей.
Когда тебя волнуют страдания тех, кто для тебя важен, то судьба этих людей становится немножко твоей собственной. Ты вовлекаешься и становишься частью их истории…
Утром 15 мая 1989 года Вольфгангу Зилаффу позвонила его племянница. «Мама пропала», – рыдая, сообщила молодая женщина. Она обнаружила дом своей матери Биргит заброшенным. Ее спальня выглядела так, будто та отлучилась лишь на несколько минут: покрывало на кровати откинуто, а балконная дверь распахнута. Однако несколько предметов одежды и ее документы отсутствовали. Кошки брошены. По словам дочери и брата, 41-летняя женщина никогда бы не оставила животных без еды. К тому же она всегда сообщала дочери, куда собирается. Родственники твердо уверены: Биргит Майер похитили.
В то время ее брат, Вольфганг, работает начальником Управления уголовной полиции Гамбурга и, следовательно, является одним из самых влиятельных полицейских города. Но даже со всеми своими контактами он не может заставить ответственную полицию Люнебурга бросить все силы на поиски пропавшей. Следователи слишком заняты другим делом: за несколько недель до исчезновения Биргит Майер две пары были застрелены в лесу Герде, к юго-востоку от Люнебурга. Когда нашли их полураздетые и слегка присыпанные землей тела, они были практически скелетированы. Расследование продвигалось стремительными темпами. Подозрение, что один и тот же преступник замешан в обоих убийствах, которые по всей стране попали в заголовки газет как «убийства в Герде», не вызывает сомнений. В людях поселяется страх. Проклятие «леса мертвецов» теперь повисло над некогда популярной зоной отдыха. Полиция разыскивает убийцу четырех человек. Пропажу Биргит Майер в полиции классифицируют как дело об исчезновении. Следователи предполагают, что женщина могла покончить жизнь самоубийством. А если это убийство, то у них уже есть подозреваемый: муж, живущий отдельно. По данным полиции Люнебурга, мотивом могла стать ссора из-за денег.
Но у супруга, богатого предпринимателя, возникают собственные подозрения насчет того, кто мог убить его жену, и он обращается в детективное агентство. Так он узнает, что человек, работающий садовником на кладбище, контактировал с Биргит Майер. Мужчина, которого окружающие описывают как привлекательного честолюбивого парня с ледяным оценивающим взглядом. Курт-Вернер Вихман был осужден в возрасте 14 лет за то, что напал на спящую соседку и пытался ее задушить. Позже он угрожал полицейским мелкокалиберной винтовкой. В 20 лет он изнасиловал автостопщицу, а затем пытался убить молодую женщину, за что был приговорен к пяти с половиной годам лишения свободы. После того как муж пропавшей Биргит Майер рассказал полиции об этом преступнике с его почти «классической карьерой» насильника, кладбищенского садовника допрашивают, но весьма формально. Только в феврале 1993 года за дело берется новый прокурор и приказывает провести обыск в доме Вихмана. Там полиция обнаруживает потайную комнату, в которой 43-летний мужчина хранил различное огнестрельное оружие с боеприпасами, два глушителя, порнографию, принадлежности с нацистской символикой и наручники. На наручниках пятна, очень похожие на кровь. И владелец дома закопал на участке новый автомобиль. Собака-ищейка заинтересовалась его багажником, что побуждает создать следственную группу.
Только Вихман давно находится в бегах. Не проходит и двух месяцев, как он устраивает дорожно-транспортное происшествие на проселочной дороге недалеко от Хайльбронна, и его арестовывают потому, что полиция обнаруживает в его машине оружие. Спустя десять дней, находясь под стражей, заключенный вешается на собственном ремне. Он оставил странные инструкции в прощальном письме к жене и брату. Нужно позаботиться об особой фигурке Мадонны и прочистить определенный водосток. Он умоляет членов своей семьи: «…Меня беспокоит дом и двор, пожалуйста, постарайтесь сохранить наш дом, пожалуйста, пожалуйста!!» Можно предположить, что это зашифрованные послания.
Однако следственные органы не следуют четким указаниям, в чем убеждены криминальные психологи. Наоборот: все попытки собрать дополнительные улики против главного подозреваемого оставлены, поскольку в Германии действует принцип, согласно которому против умерших не ведется расследование. Однако в данном случае полностью игнорируются явные признаки наличия сообщника. Например, свидетели утверждают, что в момент совершения преступления перед домом Биргит Майер остановилась машина с работающим двигателем. Помощник? Кроме того, принцип отсутствия расследования против умерших игнорирует законные потребности родственников. Их могут продолжать преследовать мрачные мысли и кошмары. У них еще остаются неотвеченные вопросы. Они хотят уверенности. И они до сих пор могут находиться под подозрением. Как и в случае с пропавшей Биргит Майер, мужа которой некоторые все еще считали убийцей.
В недавнем постановлении Федеральный конституционный суд Германии подчеркнул право родственников на раскрытие преступлений.
Дело о пропавшей сестре не дает покоя опытному начальнику полиции Вольфгангу Зилаффу. Он доверяет своему зятю и сомневается в добросовестности люнебургской полиции, работа которой, по его убеждению, в течение многих лет была отмечена слабым энтузиазмом и еще меньшим усердием и осмотрительностью. Ведь есть, например, наручники с подозрительными пятнами из потайной комнаты Вихмана, которые никогда не подвергались судебно-медицинской экспертизе. А что насчет машины, закопанной на участке, которой заинтересовалась собака-ищейка? Большинство упущений невозможно исправить, потому что после самоубийства Вихмана улики были быстро уничтожены по указанию прокуратуры Люнебурга. Но остается множество документов, которые можно просмотреть. Когда в 2002 году Зилафф выходит на пенсию, благодаря семейному адвокату он получает доступ к этим нескольким метрам папок. Он копается в заметках, выводах, заключениях. Где-то среди этих сотен тысяч печатных слов, он уверен, должна скрываться правда.
Тогда Вольфганг Зилафф привлекает меня к расследованию дела. Конечно, я готов помочь ему, потому что он доверился мне, как другу, потому что я всегда высоко ценил его как детектива и потому что, как судмедэксперт, я прекрасно знаю, что смерть не приносит успокоения. Особенно смерть, произошедшая при неизвестных обстоятельствах. Кроме того, мой институт отвечает за все дела в Люнебурге и его окрестностях. Довольно часто мне действительно удавалось помочь родственникам. Например, в нескольких делах об убийствах я смог предоставить улики для разоблачения ложного алиби подозреваемых и осуждения виновных, определив точное время смерти. Мы смогли внести ясность: пропавший без вести был найден спустя долгие годы, имя умершего было установлено благодаря точным выводам и четкой идентификации. Родственники получили наконец возможность похоронить своих близких и оплакать их.
Судмедэксперты способствуют тому, чтобы дать родным и близким некое подобие внутреннего покоя. Хотя, конечно, мертвых к жизни это уже не вернет.
«Команда пенсионеров» вскоре заметила связь между исчезновением Биргит Майер и «убийствами в Герде», а также с другими ранее нераскрытыми преступлениями, совершенными в районе Люнебурга с конца 1960-х годов. Во всех случаях жертвой становилась женщина, а орудием убийства обычно служила мелкокалиберная винтовка. Среди прочего, мы разрабатываем профиль преступника и анализируем личность Вихмана. И наконец, когда мы снова обыскиваем его потайную комнату, находим важные улики, которые в свое время упустили люнебургские следователи. Например, у кладбищенского садовника сохранились две видеокассеты с пометкой «XY»… Нераскрытые дела, связанные с исчезновением Биргит Майер и двойными убийствами в Герде – преступления Вихмана? Убийца наслаждался своей сомнительной славой, пока криминалисты блуждали во тьме?
В результате наша команда собрала достаточно доказательств, чтобы убедить начальника полиции Люнебурга снова взяться за расследование. Формируется новая следственная группа «Итерум». В переводе с латыни это означает «заново». Один из детективов «Итерума» находит улику, которая, как все полагали, давно была уничтожена. Однако наручники с красновато-коричневыми пятнами из потайной комнаты Вихмана сохранились до сих пор. Они лежали на дне ящика стола в отделении судебной медицины в Ганновере. Наручники отправляют на ДНК-экспертизу. Вне всяких сомнений, это кровь; результаты анализа показывают, что она принадлежит Биргит, сестре Вольфганга Зилаффа. Муж Биргит Майер, десятилетиями находившийся под серьезным подозрением, теперь полностью реабилитирован, а мертвый Курт-Вернер Вихман осужден как убийца. Но где же тело пропавшей?
Дальнейшие, к сожалению, далеко не тщательные обыски, проводимые полицией в окрестностях бывшего дома Вихмана остаются безрезультатными. В конце концов даже вскрывают несколько могил того времени, когда Вихман работал кладбищенским садовником. Но все безуспешно. Тело Биргит Майер словно исчезло с лица з