- Передай ей, что ее супруг у нас.
Энни бросила на нее гневный взгляд. Ярость разожглась в ее сердце, и она чуть ли не вцепилась ей в шею. Но каким-то чудным образом ей удалось совладать с собой. Вероятно, благодаря здравому осознанию, что она может нарваться на смерть. Энни сделала глубокий вдох и поразмыслила. Аконит провоцирует ее. Нельзя необдуманно поддаваться эмоциям. Нужно ее тактику обернуть против нее же, но так, чтобы добиться желаемого. Но разгневав ее, она рискует распрощаться с жизнью. И все же,.. другого варианта Энни не видит. Нужно рискнуть.
- Скольких людей ты убила? - ровным и уверенным голосом спросила Энни, закинув ногу на ногу.
Ухмылка девушки приобрела больше лукавства, чем прежде, и она ответила:
- Многих.
- Даже не сомневаюсь, - швырнула Энни, с очевидным отвращением. - Мне любопытно, ты была рождена монстром, или стала им после того, как осталась с убийцей своих родителей?
Гнев затронул Аконит, Энни сразу же заметила это. Ее глаза сверкнули злостью, и она немного прикусила нижнюю губу. Но сохранив хладнокровность, она сказала:
- Ты либо смелая, либо безумная, либо невероятно глупая. Но как по мне, все это - одно и то же. Не зли меня, иначе умрешь медленной и страшной смертью.
Но Энни вошла в кураж, играя роль бесстрашной. И злость, которою разожгла в ней Аконит, отлично помогает ей в этом.
- Да-да, я поняла. Не повторяйся, - бросила она, продолжая давить. - Так в чем же дело? Во власти и богатстве? Ради этого можно простить убийство своих близких? Или ты сама убила их, по приказу Рашдельгара Бессмертного?
Энни видит, как напряжение и гнев возрастают в Аконит. Она сжимает руками перила своего кресла. Ее глаза наполняются бешенством. И Энни продолжила говорить, провоцируя ее еще больше. Именно это ей и нужно.
- Отравила ядом, чтобы смерть их была быстрой. Но почему яд? Орудие подлых и никчемных личностей. Никакого благородства и отваги. Ах, ну да, тебе подходит. А твои бедные родители даже не догадывались, какое ты чудовище на самом деле. Ты смотрела им в глаза, когда они умирали? Наслаждалась их смертью? Или ты…
- Умолкни! - не выдержав, закричала Аконит, вскочив на ноги. – Я любила свою семью больше жизни!
В испуге Энни тоже вскочила с кресла, застыв на месте. Она ощутила странное веяние легкого ветерка в сторону Аконит. И вдруг, у нее на глазах стены, пол, потолок, и вся мебель в комнате стремительно начали стареть за считанные секунды. Ткани гниют, в них появляются дыры, которые разрастаются, становясь все больше. На деревянных изделиях появляются трещины, они темнеют, тлеют и рассыпаются. Картины на стенах выцветают, и изображения полностью исчезают в темноте сгнившего полотна. Звуки треска и разрушения мебели заполонили комнату. Энни наблюдает за происходящим затаив дыхание, то ли из-за восторга, то ли из-за страха.
Внезапно Энни почувствовала прикосновение к своей руке, что заставило ее резко обернуться. Она увидела Эдмонда, он согнулся и стоит на коленях. Он держится из последних сил. Внешний вид у него ужасающий. Он наполовину исхудал, его кожа разлагается, белки глаз пожелтели, а волосы поседели, большая часть которых уже успела осыпаться на пол.
- Уходи, - простонал он едва слышно. - Быстрее... Уходи.
И в этот момент, когда она увидела полуживого Эдмонда, Энни словно очнулась. Она наклонилась к нему и взяла его за плечи.
- Эдмонд!
Жизнь продолжает покидать его. Чего нельзя сказать о Энни. Она ничуть не изменилась. Ни один волос на ее голове не поседел. Энни смотрит на бедного Эдмонда и на ее глаза накатываются слезы, а душа горит жалостью. Она всегда недолюбливала его, но погибать такой смертью ужасно. Она никогда не желала ему ничего подобного. Энни опустилась на колени, придерживая Эдмонда. Она подняла жалостный взгляд на Аконит и закричала:
- Прекрати! Прошу тебя, остановись!
Но все продолжается. Аконит смотрит на нее, прямо ей в глаза, так пристально, словно пытается увидеть ее душу. Она в недоумении. Ее глаза расширились от удивления, в них поселился дикий страх и полнейшее замешательство. Она не может поверить в то, что видит. Не может понять, что происходит. Ведь Энни не подвластна ее силе. Никогда ранее она не сталкивалась ни с чем подобным. Аконит впала в ступор, продолжая вытягивать жизнь из всего в комнате.
«Нужно что-то предпринять. Нужно остановить ее!»
Энни рывком поднялась и подскочила к девушке. Она схватила ее за плечи и посмотрела ей в глаза с сочувствием и пониманием.
- Аконит, мы можем помочь тебе. Позволь нам тебе помочь.
Потрясение проходит и Аконит, тяжело вздохнув, на мгновение закрыла глаза. Все стихло. Легкое веяние ветра прекратилось. Энни обернулась и взглянула на Эдмонда. Он жив, но потеряв сознание, лежит на полу.
- Вы поможете мне? – с сарказмом переспросила Аконит.
Она насмешливо ухмыльнулась и вернулась к креслу. Присев и закинув ногу на ногу, она надменно посмотрела на Энни и добавила:
- Лучше себе помогите. Очень скоро Эллинлив прекратит свое существование.
Она говорит так уверено. Неужели она права? Неужели Лиге Королей Мира удастся уничтожить могущественный Эллинлив? Аконит… верит в это.
Внезапно Аконит бросила взгляд на Эдмонда и сказала с еще большим наслаждением:
- Вскоре он пробудится. И первое, что почувствует – непреодолимый голод. Как думаешь, он сможет сдержаться, чтобы не вцепиться в твою тонкую и изящную шейку?
Как не прискорбно это осознавать, но Аконит все же права. У Энни больше нет времени и нужно уйти прежде, чем очнется Эдмонд.
Энни сделала шаг к Аконит и произнесла:
- Прошу, подумай над тем, что я сказала.
- Здесь и думать нечего, - отсекла Аконит, с гордым видом. - Вы все трупы. А я всегда на стороне победителя. В чем, отмечу, нет ничего постыдного.
Сердце Энни сжалось жалостью. Да, именно жалостью. Ей стало невыносимо жаль эту бедную девушку. И то, что она намерена произнести, отнюдь ни во спасение себя или Эллинлива, а во спасение ее – Аконит.
- Нет ничего постыдного в верной и чистой любви, в искренней дружбе, в бескорыстной доброте и в любви к Миру. А то, о чем говоришь ты – трусость. Это трусость в чистом виде. Выживание любой ценой. И если ты идешь этой тропой - значит, ты потеряла веру во все, за что, по твоему мнению, стоило бы бороться… Но это не так. И я очень надеюсь, что ты осознаешь это до того, как совершишь непоправимый поступок.
Энни замолчала. Она сказала все, что требовал высказать голос ее души. И она направилась к двери, но в этот момент Аконит внезапно поднялась с кресла и произнесла:
- Беги.
- Что? – переспросила Энни, обернувшись вполоборота.
- Беги, - повторила Аконит дрожащим голосом. – Уходи из Эллинлива. Выйдя за эту дверь, бери все, что дорого тебе и беги прочь, подальше от этого места. Подальше от этих людей. И никогда не возвращайся.
Энни скромно улыбнулась.
- Если б я только могла.
Она постучала в дверь, сделав пять ударов. Послышался щелчок замка, дверь открылась, и на пороге возникло двое гвардейцев.
- Помогите господину Эдмонду, - обратилась к ним Энни.
И они вынуждены были повиноваться ей. За считанные секунды гвардейцы вытащили Эдмонда из комнаты, взяв его под руки. Энни еще раз взглянула на Аконит с добротой и вышла. Дверь закрылась и заперлась.
Просторный дворцовый зал, оборудованный для тренировок. Большие окна от пола до потолка, пропускающие утренние лучи местной звезды. Светом залито все помещение.
В центре комнаты высокий темноволосый мужчина, умеренно спортивного телосложения, преподает урок фехтования на мечах девочке, приблизительно десятилетнего возраста. Мужчина совершенно не щадит ребенка, не смотря на разницу в возрасте, в весовой категории и в уровне владения мечом. Он наносит удары сложной непрямолинейной траектории, используя мышцы руки для достижения скоростного удара. И он не останавливается на передышку даже после попадания. Далее он использует диагональный удар снизу и выбивает меч из рук девочки. Но она не теряется и не мешкает. Она мгновенно делает сальто, и поднимает меч с пола, вновь становясь в нужную стойку, дабы продолжить бой.
Звон оружия заполонил зал, превращаясь в музыку. У стены на удобной скамье со спинкой сидит еще одна девочка, приблизительно такого же возраста, в нежно синем длинном платье. У нее светло серые глаза. Она читает книгу, время от времени отрывая от нее взгляд, чтобы посмотреть на сражающихся людей. У нее благородная внешность и, несомненно, в ее венах течет королевская кровь. Она ровно держит осанку и иногда поправляет длинные светло-русые волосы, забрасывая их за спину.
Неожиданно открывается тяжелая двойная дверь и на пороге возникает воин в сверкающих доспехах и с длинным синим плащом. Он не произнес ни слова, но мужчина, бросив на него короткий взгляд, остановился и произнес своему маленькому противнику:
- Милая, мне нужно ненадолго отлучиться. Ступай к сестре.
Мужчина покинул зал, а девочка, поправив темные ровные волосы, заключив их в высокий хвост, подошла к сестре и присела рядом с ней на скамье. Она положила меч рядом с собой и раскинулась, как лягушка на спине, расставив ноги и руки в разные стороны. Ее дыхание тяжелое и прерывистое. Она измотана, но, не смотря на это, в ней все еще много желания продолжать тренировку.
Сестра бросила на нее быстрый взгляд и, делая вид, что продолжает читать книгу, уведомила:
- Через полчаса у нас урок по истории Эллинлива.
Темноволосая девочка подняла голову и с удивлением посмотрела на сестру.
- Ты к чему это говоришь? – с подозрением спросила она.
Сестра мигом отложила книгу в сторону и задорно выпалила:
- Притворись, что ты подвернула ногу. И нам не придется идти на урок.
- Ха, - рассмеялась вторая. – Отец сразу же разоблачит меня. И тебя тоже. Он прекрасно знает, что именно ты генератор всех безумных идей.
- Ты права, - немного огорченно проронила ее сестра и устремила взгляд в окно, через которое открывается непревзойденных пейзаж.