Фарфор со звоном скользит по стеклянной поверхности стола.
- Это почему? Мы с ней давно знакомы, - удивляюсь искренне, даже играть не приходится.
- Потому что чужие семьи потемки, и неизвестно, что и как там происходит, - его взгляд наконец встречается с моим, и в нем я читаю предупреждения "закрой рот", "не лезь не в свое дело", "знай свое место".
Я отмахиваюсь от этого, будто тема и правда закрыта, встаю, подхожу к нему. Мои шаги бесшумны. В ушах звенит, а в груди пустота, будто кто-то выжег там все чувства, оставив только решимость.
- Хорошо, не буду, - говорю тихо, обнимаю его со спины за талию, прижимаюсь щекой к его спине, чтобы он не видел моего лица, не увидел ту ненависть, что горит в моих глазах.
Его спина теплая, знакомый запах его кожи проникает в нос, и меня чуть не тошнит от этого привычного, родного аромата, который теперь кажется чужим.
- И как хорошо, что ты у меня не такой. Я бы не выдержала предательства. Прибила бы, наверное, обоих, прямо на месте, и стала бы вдовой.
Его тело напрягается под моими руками, мышцы становятся жесткими, как камень. Он не отвечает, не поворачивается, будто боится, что, если посмотрит на меня сейчас, я увижу в его глазах правду. Его дыхание стало чуть чаще, и я чувствую, как под моими ладонями учащенно бьется его сердце. Или это мое собственное?
- Я никогда тебя не предам. Кроме тебя мне никто не нужен, - от этих слов с силой сжимаю пальцы и закрываю глаза. – Успокойся, тебе нечего бояться.
В голове всплывает картина: их семейный портрет, который я видела в доме Иры, их счастливые лица, его рука на ее плече, их будущее, которое он строит за моей спиной.
Ври пока можешь, милый, ври, закапывай себя в этой лжи.
Завтра я начинаю свою месть.
Завтра я начну рушить твой карточный домик, но не махом, а по ярусу, наслаждаясь волнами твоей агонии.
И обещаю, тебе это не понравится, Марк.
Дорогие мои, Альбина воплощает свой план, будут ли у него последствия и с чем потом придется разбираться Дорохову пока непонятно, но вот он, тот момент, когда жертва пустила кровь, и акула ее учуяла. Но это не все, сегодня хочу предложить вашему вниманию историю Ульяны, которая резче своей подруги и с шилом в одном месте)
Месть. Не стоило мне лгать
- Ого, по какому поводу цветы? – удивленно спрашиваю у мужа с букетом роз.
- А нужен повод, чтобы порадовать любимую жену? – коротко целуя, спрашивает муж.
- Ну да, для этого повод не нужен. Просто подумала, что изменил, и теперь заглаживаешь вину, как в том дешевом кино, - муж замирает, нервно сглатывает. В его глазах паника.
- С чего такие мысли?
- Не знаю, ты просто давно ты мне их не дарил без повода.
- Понял, исправлюсь.
Сегодня мой мир перевернулся с ног на голову. Я узнала, что у мужа есть другая. Его первая школьная любовь. Она родила ему сына, а скоро подарит и второго.
Он хочет уйти, обманув меня и забрав все деньги и имущество. Но нет, так дело не пойдет.
Я тебе отомщу. Я вам обоим отомщу.
Новинка про Улю ТУТ
Глава 14
Глава 14
Альбина
- Подождите, у него важная встреча. Вы не можете так просто войти! - тонкий, раздраженный голос секретарши Тимофея летит мне в спину, но я уже толкаю тяжелую дубовую дверь его кабинета.
Мне плевать, какая у него там сейчас встреча, плевать на его важных гостей. Я напряжена до предела, будто вот-вот лопнет, как перетянутая струна. Он поговорит со мной сейчас, потому что Марк уехал, и эти несколько часов, мой единственный шанс поговорить с ним не боясь быть замеченной мужем.
Кабинет встречает меня холодным блеском и резким запахом дорогой кожи.
Тимофей сидит за массивным столом из черного дерева, его пальцы нервно постукивают по папке с документами, а напротив незнакомый мужчина с тяжелым, изучающим взглядом, от которого по спине пробегают мурашки. Его массивная фигура кажется еще больше на фоне хрупкого кресла, в котором он развалился с видом хозяина положения. Но мне плевать, кто он и зачем здесь.
Сейчас в мире существует только одно лицо с тенью недоумения в глазах, лицо человека, который должен стать моим союзником или... Нет, даже думать об этом страшно.
- Добрый день. Прошу прощения, что прорываю ваш разговор, но, Тимофей. Нам нужно срочно поговорить. Ты не мог бы прерваться?
- Альбина, привет. Я немного занят. Подожди, пожалуйста, в приемной. У меня сейчас встреча закончится, и мы с тобой поговорим. А еще лучше давай в кафе внизу через час, - он улыбается, но в глазах тревога, словно я могу сорвать ему что-то важное своим появлением.
- Нет, я не могу ждать столько времени, Тимофей. Это очень срочный вопрос, - губы дрожат, и я резко закусываю нижнюю, чтобы остановить эту предательскую слабость. Нет, я не позволяю себе дать слабину в надежде на поддержку, которой так не хватает.
- Альбина, если тебя интересует, где Марк, то он на выездной встрече. По остальным вопросам, повторюсь, у меня сейчас у самого встреча. Давай позже, - Тимофей вздыхает, его пальцы сжимают ручку так, что костяшки белеют.
Он не хочет этого разговора, но у него нет выбора. Как и у меня.
- Тимофей, тебе стоит прервать свою деловую встречу. То, что я хочу с тобой обсудить, намного важнее, и в том числе важно для всех твоих будущих деловых встреч. Прервитесь ненадолго, - каждое слово дается с трудом, будто я выдавливаю их сквозь ком в горле.
Незнакомец фыркает, и его губы растягиваются в ухмылке. Он откидывается на спинку кресла, скрещивает руки на груди. Его взгляд тяжелый, оценивающий, медленно ползет по мне, от каблуков до растрепанных волос. Мне хочется закричать, чтобы он перестал, но вместо этого я лишь сильнее расправляю плечи, чувствуя, как внутри все сильнее пульсирует ярость.
- Дамир Артурович, простите, но сами понимаете… Женщины. Бывает, проще уделить им время, чем объяснять, почему не можешь этого сделать, - Тимофей разводит руками, обращаясь к незнакомцу, его улыбка фальшива, как и этот тон, будто он извиняется за капризного ребенка. Плевать, лишь бы мы поговорили.
- Когда женщина красива, ей можно многое простить. Я все понимаю. Подожду, - голос незнакомца низкий, бархатистый, но в нем слышится насмешка, будто он знает какую-то тайну, которая мне недоступна, но это уже просто накрутка самой себя.
Я резко отворачиваюсь к окну, где за стеклом город, такой далекий и безразличный. Река внизу прекрасна, но сегодня ее красота не трогает. Все внутри сжалось в тугой узел, каждый вдох дается с трудом. Мне не до радостей жизни, увы.
- Благодарю. Уверяю, это не займет много времени. Можем продолжить позже или перенести. Например, завтра совместить обеды. Мы все равно обсудили с вами основные моменты и нужно их доработать.
- Хорошо. Я посмотрю, что у меня завтра на это время. Сориентируемся. Через секретаря передам ответ. До встречи, Тимофей.
Незнакомец встает, и его тень на мгновение падает на меня. Когда он проходит мимо, в нос ударяет терпкий аромат древесины и цитрусов, дорогой, уверенный, как и он сам. Его рука на мгновение задерживается на моем плече, будто проверяя, дрогну ли я, но я застываю, как статуя, не давая ему этого удовольствия. А потом он убирает руку, сделав вид, что убрал соринку.
Дверь закрывается с тихим щелчком, и только теперь я понимаю, что вся дрожу. Но это не страх. Это ярость, которая клокочет внутри, как лава, готовая вырваться в любую секунду.
- Альбина, ты что творишь? Какого черта ты так врываешься? - Тимофей резко поднимается из-за стола, опрокидывая стакан с водой. Холодные капли растекаются по полу, но он даже не замечает. Его глаза, обычно спокойные, теперь горят праведным гневом. - Вы что там с Марком поругались? И ты пришла мне на него жаловаться?
- Нет, не поругались, - отвечаю, подходя к столу и сажусь туда, где только что сидел, кажется, Дамир. - Он просто мне изменяет, хочет кинуть тебя, а я решила ему отомстить и пришла предложить тебе... Поучаствовать в этом увлекательном проекте.
Тимофей замирает. В кабинете вдруг становится тихо, только тикают дорогие часы на стене, отсчитывая секунды моего позора. Его взгляд скользит к телефону, наверное, хочет позвонить Марку, спросить, не сошла ли я с ума. Но я уже достаю папку. Мои руки не дрожат. Удивительно.
- Альбин, мне сейчас не до твоих шуток, - он нервно проводит рукой по лицу. - У нас сейчас с Марком конфликт, и он хочет ввязаться в одну авантюрную схему. Я не знаю, говорил он тебе или нет, но это такие риски, что можно просто остаться без ничего и потерять компанию. Мне бы с этим разобраться, а не с вашей драмой. Мне не до твоей ревности.
Я молча кладу папку перед ним. Она глухо шлепается о полированную столешницу. В ней лежат распечатки переписок, выписки со счетов, фотографии. Все, что собирала по крупицам все эти недели. Каждая бумажка обжигает пальцы, будто пропитана ядом.
- Поверь, это не ревность, - голос звучит как ни странно спокойно. - Я точно знаю, что у него есть другая женщина и ребенок. А также... У меня есть кое-что интересное, - подталкиваю папку к нему.
- Что это? - удивленно спрашивает он, прикасаясь к документам.
- Посмотри. Там все написано.
Тимофей устало вздыхает, и все же открывает и начинает бегло просматривать страницы. А там - документы по разорению. Схема разорения, последовательность действий, а также договор купли-продажи доли фирмы, в котором такие смешные суммы… С каждой страницей глаза Тимофея становятся все больше.
Он в шоке, не может поверить, что видит это. Я была в таком же шоке, когда узнала, что у него другая.
- И что ты хочешь сделать со всей этой информацией? - он вдруг хрипит, будто пробежал марафон. - Почему ты пришла ко мне? - в его глазах читается то же, что я чувствовала месяц назад - предательство, боль и ярость. Чистую, незамутненную ярость.
- Я хочу отомстить, Тимофей, - губы растягиваются в улыбке, которую я не узнала бы в зеркале. - Я хочу развестись. Я хочу оставить его без всего. Но мне нужна твоя помощь.