На корабле возникла первая проблема — люки. Они шумно скрипели при открытии, это могло выдать Ивана. Приходилось хитрить, медленно открывать створку, чтобы звук маскировался шумом воды.
«Системы защиты от проникновения в вашем мире находятся на стадии распространения. Они уже стали достаточно компактными и эффективными, уже не запредельно дороги, но все ещё недоступны для широкого применения. В хорошо защищённые места так просто уже не пройти, но каждый склад такими системами не оснастить» — ответил Зевс. — «Впрочем, если правильно поставить охрану, создать узлы, мимо которых вторженец не сможет пройти, и контролировать эти узлы нужно не менее чем тремя живыми охранниками, плюс камерами, и проникнуть без боя уже не выйдет. Вероятно, Михаил реализовал именно такой подход»
В нос ударил запах от искусственной фильтрации воздуха. Но в любом случае он был куда приятнее ароматов снаружи. Здесь уже работало искусственное освещение, тусклый свет ламп падал на не старый ещё, но побитый жизнью пол. Зевс двигался быстро и уверенно, без труда находя маршрут в этих лабиринтах. Коридоры, узкие лестницы, двери. Или их правильно называть иначе? Люки?
А затем Зевс без предупреждения вскинул ПП и, миновав поворот, дал две короткие очереди. Пара охранников упала на пол, не успев как-то среагировать на угрозу.
«Чёрт. Ты бы хоть предупредил!» — возмутился Иван.
«Зачем?»
«Я бы приготовился»
«Как? Зажмурился бы?»
Иван промолчал.
Зевс не стал трогать тела, проходя сразу в грузовой отсек.
«А если их найдут?»
«Если придут на пост и их не найдут — всё равно поднимут тревогу» — ответил спутник.
В грузовом отсеке источников света не было, здесь царила кромешная тьма. Что, естественно, не помешало Зевсу найти нужное место. Установка заряда много времени не заняла.
«Всё, можно уходить»
«Всего один заряд?» — удивился Иван.
«Его будет достаточно» — с железобетонной уверенностью ответил Зевс.
Заряд был установлен. Иван перехватил ПП и двинулся к выходу, чуть пригнувшись и держа оружие наготове.
«Нас ждут, да?» — с обречённостью спросил парень.
«Да»
В эту секунду Иван был рад, что не он контролирует тело. Он не испытывал страха в том понимании, в каком обычно говорят об этом чувстве. Он не паниковал, не испытывал желания спрятаться куда-нибудь. Нет, Иван испытывал напряжение. Всматривался и вслушивался в темноту, ожидая в любой тени, найти врага.
А затем включили свет.
Привыкшие к темноте глаза на миг ослепило, но Зевс тут же их закрыл. Ему глаза были ни к чему.
В темноте Зевс рассчитывал на тишину, рассчитывал пользоваться своим преимуществом. Свет изменил расклад, скрытность больше не имела значения, и машинный разум переиграл ставку. Теперь он рассчитывал на скорость и мобильность тела практика.
Грузовые трюмы корабля были не слишком высокими, и вместо контейнеров здесь стояли деревянные ящики, квадратные, с двухметровым ребром. Поэтому он был уверен в единственном заряде, пламени будет достаточно.
Зевс дал очередь в щель между ящиками, когда на той стороне мелькнула чья-то нога. А затем с разбега запрыгнул на деревянный короб и перекатился по нему, спрыгивая с другой стороны. Спрыгивая и стреляя в падении. Длинная очередь скосила троих, ещё двух Зевс добил уже стоя на полу. Закинул ПП за спину и подхватил штурмовую винтовку, заодно забрав пару магазинов. А затем начался тир.
К этому моменту глаза уже привыкли к свету, и Иван видел, как Зевс играючи одиночными выстрелами срезает появляющихся охранников. Пожалуй, не в каждом боевике можно такое увидеть.
Зевс без труда мог выстрелить в ногу, показавшуюся из-за укрытия, чтобы следующую пулю положить в голову, или пробить выстрелом дерево, зная, что за ним есть противник. У одного из убитых он забрал рацию, чтобы слышать переговоры. Пару минут охрана этого не понимала, а затем тот, кто координировал команду, ругнулся.
«Проклятие! Он нас слышит! Смените волну на запасную!»
Но Зевс лишь перенастроил рацию вместе с бойцами охраны.
Грузовой трюм остался позади, Зевс быстро двигался по кораблю, отбросив подобранное оружие. И даже ПП в руки не брал, угрозы не было — его потеряли. Камерами облепили далеко не все внутренности корабля, и большая часть технических отсеков осталась в мёртвой зоне. Охрана, уже лишившись двух десятков человек, просто не решилась туда лезть.
На палубу Иван поднялся по какой-то лестнице, оказавшись на корме судна. После чего выбросил рацию и пошёл прямо к краю.
«О нет! Только не говори, что ты…»
«Именно» — подтвердил Зевс.
Переступив через ограждение, он прыгнул в воду.
Глава 15
центральный офис Митсуя
Погруженные в сумерки длинные прямые коридоры, повсюду напускной футуризм и скрытая под ним роскошь, холодные тона, сталь, пластик и стекло повсюду. Братья всё это презирали.
Не из личных предпочтений, вовсе нет, они могли оценить удобство и комфорт, что даровались современными технологиями. Они могли это оценить куда лучше всех вокруг. Большую часть жизни братья жили буквально в другом мире, в другой эпохе, в другой реальности, настолько бутафорское окружение им создали. Никаких технологий. Горное ущелье, деревянные дома, простая льняная одежда. Вода из колодца, удобства на улице, деревянная посуда. Посуда. Смешно. Деревянная плошка, предназначенная и для еды, и для питья, для всего. И никаких столовых приборов. Зачерпнуть из общего котла пресный рис и съесть руками. Затем этой же плошкой зачерпнуть воды из ведра. Весь рацион, вода и рис. И тренировки. Бесконечные тренировки. А ещё лаборатория. Братья ненавидели лабораторию. Там им причиняли боль, после лаборатории они долго приходили в себя. Их детство было ужасным, но основные ужасы были связаны именно с лабораторией. Офис Митсуя напоминал им лабораторию. И за этой они оба лютой злостью ненавидели местный интерьер.
Но их хорошо тренировали. Никто не сумеет увидеть на их лицах даже тени эмоции.
Сейчас они были одни, в комнате, выделенной им для проживания. Мизу смотрел запись их боя с объектом. Это было частью мастерства синоби, поставить камеру, записывать. Чтобы учиться. Чтобы находить и исправлять свои ошибки. Чтобы искать слабости врагов и учиться у них тоже. И чтобы потом отправить материал в клан, на ошибках будут учить новые поколения. Этот бой и он, и с Пей пересмотрели много раз.
В этом бою они проиграли.
Двум братьям, с детства приученным к тому, чтобы осознавать себя оружием, предметом, инструментом клана, не была свойственна гордыня. И тем не менее они по праву считали себя если не лучшей боевой парой клана, то одной из лучших. Они не знали поражений. Не совершали ошибок.
Братья впервые терпели такое поражение за последние четыре года.
Пока Пей выполнял упражнения для ускорения выздоровления, Мизу продолжал перематывать запись, запоминая каждую секунду.
И то, что он видел, не укладывалось в голове опытного воина. Не складывалось цельной картины. Слишком велика была разница между тем, что Мазу видел сейчас, и тем, что он чувствовал во время поединка. Там, тогда, Мизу чувствовал, что ему не хватает буквально немного, чуть-чуть. Чувствовал, что его противнику везёт, что он уходит из-под удара в последний момент, что лишь уловки спасли русского от клинков братьев.
Сейчас он видел иное. То, что невозможно было понять во время боя. То, что можно было понять только вот так, глядя со стороны, внимательно следя за каждым движением. Иван не совершил ни единой ошибки. За весь бой он не терял контроля и самообладания даже на сотую секунды. Все его движения, все действия, были экономны, скупы, точны. Безупречно выверены. И неизбежно эффективны. Итог боя не был случайным стечением обстоятельств. Это был закономерный результат, выражение превосходства противника над ними. Это не было удивительным, но заставляло задуматься. Их наставник когда-то сказал, что порой победить просто невозможно. Не могут младшие ученики побеждать мастеров. Так не бывает. Иван оказался лучшим мастером, чем они, вот и всё.
Вот только Иван не был мастером. В его жизни хватало чёрных пятен, но составить мнение о способностях парня возможность была. Он не был мастером. Он не был даже сильным бойцом. Посредственность, не более того. Эта загадка не давала Мизу покоя.
— Может это и не он вовсе? — предложил Пей.
— Зачем маскироваться? — возразил Мизу. — Только привлекать к себе лишнее внимание.
— Логично, — согласился Пей, закончив выполнять упражнения.
Его травмы не были серьёзными и не могли угрожать здоровью, но влияли на движения, сковывали. Следовало сначала срастить все ткани, прежде чем снова вступать в бой. Особенно с таким противником.
Мизу свернул запись.
Севший за свой компьютер Пей занялся просмотром картинок с камер. Когда-то их обучали в формате синоби древности, но после завершения базового обучения познакомили и с современным миром. В том числе научили скрытно устанавливать камеры и прочую шпионскую аппаратуру.
— Эй! Смотри! К старику пришёл Хён У. Докладывает что-то.
Оба брата тут же накинули наушники.
Начало разговора они пропустили. Острой необходимости в слежке за собственным заказчиком не было, но иногда мониторить общую ситуацию следовало. Му Хён своего кабинета не имел, старик уже отошёл от дел, и в повседневную рутину не вмешивался. Его наследник, второй по старшинству сын, управлял компанией и в основном самостоятельно принимал все решения. И потому разговор шёл в гостевой комнате. Му Хён восседал на большом диване, хмуро глядя на сына. Рядом со стариком сидела девушка в строгом костюме, державшая под рукой пару баллонов и дыхательную маску. Последнюю помощница раз в минуту прикладывала к лицу старика. Сын стоял перед отцом как провинившийся ребёнок.
— Даже если мы перенастроим другую производственную линию, вчера сгорел склад с комплектующими. Заказ будет провален, как бы мы ни крутились, — закончил говорить Хён У.