Чжоу благоговейно взял конверты и удалился из беседки. Пройдя через ухоженный садик, он обратился к монаху, подметавшему земляной двор:
– Послушник Лунь!
– Да, – откликнулся молодой деревенский парень с простодушным выражением лица.
– Не да, а так точно! Вы поднимаете пыль своей метлой. Полейте двор, и после этого продолжайте уборку! Затем берите лопату и отправляйтесь на западный склон. Будем сажать фруктовые деревья. Теперь это наша земля.
Послушник вздохнул, и поплелся за лейкой. Эконом поднял свободную руку:
– Да благословит твой труд великое Небо! – и поспешил отправлять документацию.
Глава вторая
Синицын с Петровым в поисках работы. Мэтью Хаггард вспоминает свой последний визит к психоаналитику.
Ярким весенним днем Игорь Синицын не спеша прохаживался по своему излюбленному маршруту от Лубянки до Сретенки. Хотя солнце и заливало Москву ярким светом, зима подбросила с севера немного мороза, и воздух был очень и очень холодным. Сильные порывы ветра быстро остужали пыл слишком легкомысленно одетых горожан. Синицын был одет по погоде, расслаблено кусал мороженое, ветер был ему нипочем. Он шел без особой цели, стараясь более разобраться с маршрутом своих внутренних поисков, нежели с направлением движения в городе. Ноги вынесли его к одной из информационных точек. Это был ничем не примечательный деревянный щит с неровно наклеенными клочками бумаги. Уникальной особенностью этого щита было соседство с рынком, цирком, киноцентром и дворцом спорта, где когда-то процветали секции боевых искусств. Теперь дзюдо, каратэ и айкидо уступили место милому ночному клубу, но многие адепты боевых искусств по старой памяти передавали информацию на этой доске объявлений.
Синицын быстро пробежал глазами по объявлениям.
– Продаются щенки бультерьера, девочки б/к, нужны охранники, сниму квартиру, водитель со своей а/м, регистрация АО, Всемирное Общество Евангелических Технологий готовит инструкторов по Скайфлаингу, Палыч, сука, верни деньги! Семен.
Игорь не спеша пошел дальше. Щенки бультерьера наверняка без родословной, выбракованы в Европе в связи с излишней агрессивностью.
Кто-то умный нанимает девочек без комплексов, водилу, охранников и снимает квартиру под подпольный бордель. В лучшем случае можно не попасть под пулю или в тюрьму. Деньги этот кто-то пообещает через два месяца работы, а за это время найдет новых лохов и хату.
Палыч деньги не отдаст, Семен его не найдет. Остается Всемирное Общество.
Игорь ясно представлял, что Всемирное Общество наверняка нигде, кроме окрестностей московских ночных дискотек неизвестно. Скайфлаинг… Что-то он об этом слышал. Не то новая наркота, не то экстремальный вид спорта… Синицын доедает мороженое, бросает в урну яркую упаковку, сворачивает в сторону Садового Кольца. На огромной дороге формируется пробка. В ярком воздухе особенно четко видны облака смога. Какой-то безумец продает газеты на разделительной полосе.
Синицын вгляделся внимательнее и узнал своего друга Петрова.
– Ты с ума сошел? От рака легких хочешь загнуться? Здесь же совсем дышать нечем! – укорял Игорек своего старого знакомого.
Они шли переулками в сторону Сухаревской.
– Да, понимаешь, решил попробовать. Лишняя копейка не помешает, – оправдывался худой и озабоченный Петров.
– Андрей, здоровье за деньги продавать нельзя. Неужели у тебя других подработок нет?
– Да какие там подработки! Я сейчас официально работаю в НИИ Недр Земли. Знаешь такой?
– Что-то слыхал, но не в курсе.
– Раньше это был сверхсекретный объект. Там за десять лет можно было стать академиком, обеспечение, надбавки. Теперь все развалено. Лаборатории сдаются под офисы, на территории братки ходят, как у себя дома, денег на науку нет.
– В фирме работать пробовал?
– Пробовал.
– Ну и что?
– Понимаешь, мне в НИИ НЗ денег не платят. Но я там работаю. Мне интересно, понимаешь? А в фирме я должен с утра до глубокой ночи разные дела улаживать. Каждому все объясни, документы в порядок приведи, все проверь за блатными мудаками, которые не хера работать не умеют.
– Андрей, ты только не горячись.
– Я полгода вкалывал, ишачил в одном агентстве. Заработал не так много. Появился у себя в НЗ, посмотрел…
Народ полуголодный, пашет с утра до ночи. Академик с паяльником из рухляди приборы делает. И это все работает! Америка нас догнать еще лет десять не сможет. У них космос, лазеры на орбитах, сверхточная съемка. Но мы все равно пока впереди. И если бросим, тогда отстанем, и может быть, навсегда. Так что я рассчитываю только на временную работу. Основное у меня – там.
Синицын с любопытством посмотрел на энтузиаста.
– А тебе не кажется, что ты гребешь против течения? Все равно страна в заднице, не сейчас, так через десять лет превратимся в колонию. Зачем мучиться? – он с интересом ожидал реакцию Андрея.
– Видишь, ли Игорь, что будет через десять лет, никому не известно. У нас в НИИ информации побольше, чем где-либо, и все равно, на десять лет прогноз не даст никто. Но по имеющимся данным, наша старушка – Земля вполне может выкинуть такой кульбит, что последний день Помпеи покажется детским праздником.
– Это ты на Атлантиду намекаешь?
– Типа того. По легендам Майя, наша цивилизация – пятая по счету.
Последняя погибла в потопе, другая – в огне. Есть данные, что все это правда. Научные данные.
– Это не повод, чтобы сидеть без денег. Пока нет потопа, деньги нужны.
– Согласен с тобой, мой драгоценный друг. Но как быть бедному ученому, обремененному грузом проблем? Может быть, ты просветишь меня, недостойного?
– Кончай кривляться. Надо подумать. Может быть вдвоем найдем что-нибудь нераскрученное?
– Увы, блага этого мира преходящи. То, что сегодня кажется привлекательным, завтра окажется пеплом в руках, и землей в карманах.
– Это ты что, про МММ?
– Да все эти раскрутки однотипны. Закричал на всю страну, собрал лохов, взял деньги, скрылся, напился на Канарах, проснулся в местной тюрьме. Вернулся в Россию, дал рекламу, собрал лохов…
– Кончай прикалываться. Делом ты уже занимаешься, почему не попросить других поделиться деньгами? Кстати, я видел сегодня одно объявление. Всемирный центр Евангелических Технологий…
Синицын осекся. Его друг, который только что спокойно шел рядом, корчился на мокром снегу.
– Ты что? – он с успокоился, увидев, что Андрей разрывается от смеха.
– Ка-ка-ка-ких технологий? – смеясь, выговорил Петров.
– Евангелических. Да вставай ты!
Петров, шатаясь, встал, попробовал сделать глубокий вдох.
– Насмешил. Ты знаешь, до этого Петросян с Хазановым не додумались. И чем этот центр занимается?
– Готовит специалистов по Скайфлаингу. Кстати, ты не знаешь, что это такое?
Андрей попробовал сделать серьезное лицо, но потерпел неудачу.
– А что, давай туда забуримся. Но чур! Денег ни копейки не давать. Из них, сколько сможем, вытрясем. Предлагаю послать на разведку Котеева.
Мэтью Хаггард прохаживался по Красной Площади в приподнятом настроении. Регистрация Всемирного Общества обошлась ему на три тысячи баксов дешевле, чем они с Дэниэлом прикидывали в Америке. Настроение у Мэтью улучшилось еще больше, когда он подсчитал, сколько сэкономил на гостинице, сразу поселившись в частной квартире. Эти русские так доверчивы, прекрасная возможность делать хорошие деньги.
Мэтью шел, и вспоминал свои последние дни перед перелетом. Он тогда нервничал, немного боялся лететь через океан, и решил навестить своего психоаналитика. Эти визиты стоили недешево, но они всегда были для него единственной возможностью быть честным с самим собой. Психоанализ давал ему шанс понять, разобраться в самом себе. Он ясно помнил свой последний визит:
… Лютиция фон Зонненберг сидела на своем вращающемся стуле, высоко возвышаясь над рабочим столом, заваленном папками, тестами, толстыми тетрадями. За ее спиной грозно нависали полки, уставленные толстыми фолиантами классиков психоанализа. Золото блестело на книгах Карла Густава Юнга, прижизненные издания старика Фрейда потускнели и потемнели от времени. Лютиция, как всегда, быстро поднялась ему навстречу, едва Мэтью переступил порог ее кабинета.
– Господин Хаггард! – она радостно протянула ему тонкую руку.
– Раньше Вы называли меня просто Мэтью, – заметил он, с опаской усаживаясь в мягкое кресло.
Некоторое время Хаггард успокаивал дыхание, украдкой любуясь своим психоаналитиком. ”С такой фигурой – и не в шоу-бизнесе! Почему экстрасенсы не любят шоу-бизнес? Там денег на порядок больше, даже не экстрасенсу понятно! А ведь не любят…” Мэтью внимательно посмотрел вокруг себя.
Кабинет Лютиции вызывал у него довольно сложное впечатление. Во-первых, в помещении не было ни одного электронного прибора. Не было компьютера, телефона, переговорного устройства. Отсутствовали телевизор и радио, не было видно даже кондиционера. Прохладный воздух подавался через скрытые вентиляционные отверстия, свет проникал через закрытый матовым стеклом потолок. Во-вторых, не было окон, дверь полностью сливалась со стеной, и входящий почти мгновенно терял пространственную ориентацию. Лютиция постоянно изменяла конфигурацию мебели, и привыкнуть к ее кабинету было практически невозможно.
На стенах в строгой последовательности висели редкие вещицы из всех уголков Земли. Лютиция собирала орудия примитивных народов. Ее коллекция была небольшой, но все знали, что Лютиция не держит подделок. На стенах висели только подлинники.
Там были ритуальные предметы индейцев, африканских дикарей, и аборигенов Австралии. По углам кабинета стояли настоящие тотемные столбы, раскрашенные красками с преобладанием красного и коричневого тонов, окруженные копьями и томагавками.